авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 ||

Эмиссия и баланс диоксида углерода в наземных экосистемах россии

-- [ Страница 2 ] --

Таблица 5. Суммарные и экстра CO2-потоки (г C /м2/период) из изучаемых почв во время циклов замерзания оттаивания Варианты опыта Поток CO Цикл Лесная Лесная Пахотная Пахотная 60% ППВ 100% ППВ 60% ППВ 100% ППВ Экстра-поток (после 1-й цикл 1.37 0.81 0.70 0. оттаивания) Суммарный поток 7.00 7.34 2.73 1. Экстра поток / Суммарный поток, % 19.6 11.1 25.5 17. Экстра-поток:

2-й цикл до 2-го замораживания 0.23 0.32 0.14 0. после оттаивания 0.56 -0.10 0.41 0. общий 0.79 0.22 0.56 0. Суммарный поток 6.46 7.04 2.84 1. Экстра поток / 12.3 3.1 19.6 11. Суммарный поток, % Общий экстра-поток 1-й и 2-й 2.17 1.03 1.25 0. Суммарный поток циклы 13.5 14.4 5.56 3. Экстра поток / 16.1 7.2 22.5 14. Суммарный поток, % Обнаружено, что суммарные и дополнительные потоки СО2 за два цикла промерзания-оттаивания положительно коррелировали с общей порозностью, соотношением С/N, содержанием общего азота и углерода. Значения температурных коэффициентов Q10, характеризующих усиление эмиссии СО2 в процессе оттаивания почв, в зависимости от влажности почвы и типа землепользования составляли 4.7-6.9 (Kurganova, Teepe, 2003). Таким образом, проведенные эксперименты показали, что часто повторяющиеся циклы промерзания–оттаивания могут внести значительные коррективы в величины сезонных и годовых потоков СО2 из сезонно-промерзающих почв бореальной и умеренной зон.

Изучение влияния процессов увлажнения-высушивания на скорость выделения СО2 из почв проводили путем анализа данных полевых мониторинговых наблюдений в летние сезоны 2001, 2002 и 2007 гг., когда продолжительные (несколько недель) весенние или летние засухи чередовались с периодами нормального или повышенного увлажнения. Объекты и методика этих динамических наблюдений изложены в главе 2. В 2002 и 2007 гг. сумма осадков в течение лета была меньше среднемноголетних значений в 1.8 и 2. раза соответственно, а интенсивность дыхания почв в луговых и лесных ценозах во время сухих периодов не превышала 67-84 мг С/м2/час, что сравнимо со значениями зимних потоков СО2 из почв. В агроценозе депрессивное влияние засухи было выражено еще сильнее: средняя интенсивность дыхания почв здесь составляла всего 15-22 мг С/м2/час. Увлажнение почв после длительных периодов иссушения приводило к значительному (в 1.5-3 раза) усилению их дыхательной активности (Ларионова и др., 2010). Поскольку во время позднелетних засух наступление влажного сезона обычно сопровождалось существенным снижением температуры почвы (на 5-10оС), то действительное повышение интенсивности почвенного дыхания, вызванное увлажнением почв после их иссушения, было, по-видимому, еще более значительным.

Продолжительные летние засухи 2002 и 2007 гг. обусловили и весьма низкую суммарную эмиссию СО2 из почв за летний период, которая в лесных и луговых ценозах была ниже среднемноголетних значений в 1.5-2.5 раза, а в серой лесной почве под агроценозом – в 3.8-4.6 раза (рис. 11). Доля летнего сезона в засушливые годы составляла всего 25-30% от годового потока СО2 из почв при среднем многолетнем 41-49%.

Рис. 11. Сравнение летних потоков СО2 из Летние потоки СО2, г С/м почв различных экосистем южно таежной зоны в засушливые годы со среднемноголетними значениями суммарной Лесной ценоз Лугов ой ценоз Лесной Агроценоз Лугов ой-1 Лугов ой- летней эмиссии СО2 из Дернов о-подзолистая Серая лесная почв.

2002 г. 2007 г. среднее 1997-2008 гг.

Проведенный анализ позволяет заключить, что весенние и летние засухи значительно снижают суммарные летние потоки СО2 из почв, несмотря на значительное усиление дыхательной активности почв, индуцированное ее увлажнением после значительного иссушения. Можно предположить, что изменения климата, наблюдаемые в настоящее время и выражающиеся в общем потеплении зимних периодов, более частых засухах и неоднократно повторяющихся периодах промерзания-оттаивания почв, незначительно изменят общую величину годовых потоков СО2 из почв, но приведут в конечном итоге к относительному перераспределению долевого участия отдельных сезонов в суммарной годовой эмиссии углекислого газа из почв, а именно: увеличению вклада зимних потоков СО2 и уменьшению доли летнего периода.

Не менее важным экологическим фактором, оказывающим огромное влияние на интенсивность дыхания почв, наряду с температурой и влажностью, является тип растительности. Анализ данных многолетних полевых наблюдений за эмиссией СО2 из дерново-слабоподзолистой и серой лесной почв показал, что вид ценоза значимо влиял на величину потоков СО2 из почв одного типа.

Вариабельность суммарной годовой эмиссии углекислого газа из серой лесной почвы, обусловленная типом растительности, в различные годы изменялась от до 52%, при средней величине - 28%. На дерново-слабоподзолистой почве, среднемноголетняя вариабельность потоков, обусловленная типом ценоза, была заметно ниже – 16%. Различия между ценозами более отчетливо проявлялись в летний (теплый) период и были более сглажены в холодное (зимнее) время года. В то же время, в условиях южно-таежной зоны тип почвы оказывал незначительное влияние на величину годовых потоков СО2: вариабельность, обусловленная этим фактором, в среднем за весь период исследований составляла 6-7%, свидетельствуя о том, что величина эмиссионных потерь СО2 в южно-таежной зоне определяется в первую очередь типом ценоза.

Данные модельного эксперимента 2 по изучению влияния типа растительности на скорость выделения СО2 из почв зонального ряда при различных температурно-влажностных условиях показали, что ИВ СО2 из почв при 25оС (начальная скорость) широко варьировала (от 0.01-0.02 до 4-5 мкг С/г/час) в зависимости от типа почвы, вида ценоза и уровня увлажнения (рис. 12).

В почвах степной зоны (черноземы, лугово-каштановые почвы и солонцы) выделение СО2 было максимальным во всем диапазоне температур при уровне влажности, соответствующем 90% ППВ, а минимальным - при 30% от ППВ уровне увлажнения. В почвах лесной зоны ИВ СО2 также была минимальной при увлажнении почв, соответствующем 30% ППВ, а различия между увлажнениями 60 и 90% ППВ не были достоверно значимыми.

В пределах одного типа почв при всех уровнях влажности пахотные варианты изучаемых почв характеризовались значимо более низкими величинами ИВ СО2 по сравнению с их естественными аналогами ( =0.1%). По абсолютной величине эти различия были самыми слабыми при низких температурах (0 и 5оС) и достигали максимальных величин при 25оС. Так, в черноземах типичных дыхание пахотных почв было в 1.5-2.5 раза меньше, чем целинных: в серых лесных почвах и солонцах в 2.5-4.7 раза, а в лугово каштановых почвах - в 6-8 раз. Найдены тесные позитивные связи ИВ СО2 из почв с содержанием Сорг, общего и минерального азота. Эти связи были более тесными и проявлялись в интервале температур от 10оС до 25оС при увлажнении 60 и 90% ППВ (R=0.64-0.84, F0.01). При влажности, соответствующей 30% ППВ, связь между этими показателями была менее выражена (R=0.52-0.61, F0.01) и проявлялась лишь при температуре 25оС.

Таким образом, недостаточное увлажнение заметно лимитировало процессы деструкции ОВ почв.

5, 3, Б А Лесополоса Лес 2,5 4, Целина ИВ СО2, мкг С/г/час Луг 2, Косимая степь 3, Пашня Пашня 1, 2, 1, 1, 0, 0,0 0, 0 5 10 15 20 0 5 10 15 20 3, 4, В Г Лесополоса 2,5 Лесополоса ИВ СО2, мкг С/г/час 3, Целина Целина 2, Пастбище Пастбище 1, 2, Пашня Пашня 1, 1, 0, 0, 0, 0 5 10 15 20 0 5 10 15 20 о о Температура, С Температура, С Рис. 12. Интенсивность выделения СО2 из почв различного землепользования при различных температурах и влажности, соответствующей 60% ППВ: А – серые лесные почвы (Московская обл.);

Б – чернозем типичный (Курская обл.);

В – лугово-каштановая почва (Уральская обл.);

Г – солонец солончаковый (Уральская обл.). Вертикальные линии обозначают доверительный интервал при =0.1%.

Зависимость ИВ СО2 из почв от температуры (Т) носила экспоненциальный характер и хорошо аппроксимировалась уравнением регрессии 1-го порядка:

ln ИВ СО2 = аТ + b (R2=0.86-0.99, F0.01).

Температурные коэффициенты Q10, варьировали от 1.0 до 7.1 в зависимости от типа почвы, ценоза, уровня влажности и температурного интервала, в пределах которого они вычислялись (Лопес де Гереню и др., 2004;

Lopes de Gerenyu et al., 2004).

Наши расчеты показали, что вариабельность дыхательной активности основных типов почв зонального ряда, обусловленная типом ценоза, была минимальной в черноземах типичных и, в зависимости от температуры, составляла 31-39%. Для других типов почв она была значительно выше и изменялась от 48 до 72%. Влияние типовой принадлежности почв, оцененное для ценозов одного вида, наиболее сильно проявлялось в агроценозах. Для них коэффициент вариабельности составил в среднем 78%. Минимальное влияние (24%) тип почвы оказывал их ДА в лесных ценозах. Таким образом, проведенный эксперимент показал, что тип растительности оказывает значительное влияние на скорость выделения СО2 из почв и его необходимо учитывать, когда речь идет о средних значениях ИВ СО2 из отдельных типов почв.

Глава 6. Оценка общего, микробного и корневого дыхания почв в наземных экосистемах России Для того чтобы на основании данных о летних потоках СО2 из почв всех экосистем, представленных в созданной нами БД «Дыхание почв России», рассчитать годовые потоки диоксида углерода, была собрана сопряженная база данных, включающая результаты круглогодичных измерений потоков СО2 из почв 19 различных экосистем Евроазиатского континента. Используя эти данные, была рассчитана доля летнего сезона в годовом потоке СО2 из почв (Cs) и найдено, что ее величина имеет тесную обратную связь со среднегодовой температурой воздуха и адекватно описывается линейной и полиноминальной функциями: R2 = 0.91-0.95 (F0.001;

рис. 13).

сумарный годовой поток (Сs), % Сs = -2,71Тв + 59, Вклад летнего потока CO2 в R2 = 0, Рис. 13. Взаимосвязь между величиной вклада летнего потока СО2 в суммарный годовой поток и среднегодовой (Cs) Сs = 0,014Тв3 + 0,035Тв2 - 4,07Тв + 61, температурой воздуха (Тв).

R2 = 0, -15 -10 -5 0 5 10 Среднегодовая температура воздуха Тв, C o На основе экспериментальных данных, характеризующих летние потоки СО2 из почв различных регионов (БД «Дыхание почв России») и разработанной эмпирической модели * были рассчитаны величины вклада летнего потока СО2 в суммарный годовой поток для почв всех 415 экосистем, представленных в БД.

Суммарные годовые потоки диоксида углерода из почв (AF) оценивались согласно следующему уравнению:

AF = Fs ·100 / Cs (4), где: AF – годовой поток СО2 из почв отдельных экосистем (г C/м2/год);

Fs поток СО2 из почвы за летний период (июнь-август, г C/м2/лето);

Cs - величина вклада летнего потока СО2 в суммарный годовой поток (%).

В наших дальнейших расчетах мы использовали полиноминальную модель, как наиболее точно * описывающую обнаруженную закономерность.

Годовые потоки СО2 из почв Российской Федерации, рассчитанные с использованием описанного выше алгоритма, изменялись в очень широких пределах: от 4 г С/м2/год в рекультивированных тундровых почвах до 1933 г С/м2/год - в черноземах мицелярно-карбонатных (Ставропольский край) и зависели от типа почв и категории землепользования. Среднее и медианное значения суммарной годовой эмиссии СО2 из почв Российской Федерации составили 448 и 385 г С/м2/год, соответственно.

В рамках диссертационного исследования была разработана иная методология оценки почвенного дыхания, основное отличие которой состояло в применении дифференцированного подхода, включающего учет природно климатических зон и категорий землепользования при подсчете общего, корневого и микробного дыхания почвенных разностей. Новый методологический подход стал возможен на основе применения геоинформационного анализа, позволяющего наложить друг на друга Почвенную карту РСФСР, 1:2.5 млн. (Фридланд, 1988), Карту категорий земель СССР 1:4 млн. (Январева, 1989) и Карту растительности СССР, 1: млн. (Исаченко, 1990), и рассчитать: (1) площади почв, относящихся к четырем категориям землепользования (леса, луга+пастбища, сельскохозяйственные угодья, заболоченные земли), для каждой из шести основных биоклиматических зонах (полярные пустыни, тундра, северная, средняя и южная тайга, леса умеренного пояса, степи, полупустыни);

(2) средневзвешенные значения общего и микробного дыхания почв, с учетом доли различных категорий земель в пределах одного почвенного типа, находящегося в разных биоклиматических зонах.

Для расчета средневзвешенных значений общего и микробного дыхания почв было использовано следующее уравнение:

AFiw = fAFi · Pf + gAFi · Pg + cAFi · Pc+wAFi · Pw (5), где: AFiw - средневзвешенное значение годового потока СО2 (AF) для индивидуального почвенного типа;

fAFi, gAFi, cAFi и wAFi – значения AF из индивидуальных почвенных типов соответственно под лесной, луговой, сельскохозяйственной растительностью и на заболоченных землях;

Pf, Pg, Pc и Pw – доли вышеперечисленных категорий земель в пределах одного почвенного типа.

С целью дифференцированной оценки вклада микробного дыхания в общий поток СО2 из почв были собраны все доступные литературные данные, сообщающие о долевом участии корневого дыхания в общее дыхание почв (Kurganova, 2003). Имеющиеся данные были объединены в пять различных групп и соответствовали следующим категориям земель: тундра, леса северной и южной тайги, луга и агроценозы. После процедуры выбраковки данных (были оставлены значения, ограниченные квантилями х0.10 и х0.90), мы рассчитали некоторые статистические параметры, характеризующие долю корневого дыхания в общем потоке СО2 из почв, принадлежащим к пяти различным категориям земель (табл. 6).

Таблица 6. Доля корневого дыхания (CКД) в общем потоке СО2 из почв, относящихся к различным категориям земель Категория земель Число Доля корневого дыхания, % иссле- Средняя Медиана Минимум Максимум дований Тундра 5 63 33 Северная тайга 6 72 43 Южная тайга 60 48 20 Луга 16 45 25 Агроценозы 10 38 16 Расчет микробного и корневого дыхания различных типов почв с учетом вышеупомянутых категорий земель, производили согласно следующим уравнениям:

AFКД = AF · CКД /100 (6) AFМД = AF · CМД /100 (7), где: AFКД и AFМД – корневое и микробное дыхание в отдельных типах почв;

AF - общий поток СО2 из той же почвы, (г C/м2/год;

рассчитан согласно полиноминальной модели);

CКД и CМД = 100 – CКД – медианные значения доли корневого и микробного дыхания в общем потоке СО2 из почв, %.

На основе наших расчетов были получены средневзвешенные значения общего, микробного и корневого дыхания из 54 типов почв (Kurganova, 2003).

Для остальных 82 почвенных типов, содержащихся в легенде почвенной карты (Фридланд, 1988), экспериментальные данные отсутствовали. Они были получены нами путем аппроксимации имеющихся значений для других почвенных типов с учетом общности генезиса, гидротермического режима и территориальной близости этих почв.

Общее дыхание почв и его основные компоненты на территории Российской Федерации рассчитывались на основе средневзвешенных значений этих показателей для каждого типа почв и соответствующих площадей. Было найдено, что общее, микробное и корневое дыхание в почвах Российской Федерации составляет соответственно 5.67, 2.78 и 2.89 Гт C/год. Другими словами, приблизительно половина общего потока СО2 из почв наземных экосистем России образуется за счет микробного дыхания почв (Kurganova, 2003;

Кудеяров, Курганова, 2005).

На основе Почвенной карты РСФСР и полученных значений общего, корневого и микробного потоков СО2 из отдельных почвенных типов, составляющих легенду этой карты, была создана серия карт «Дыхание почв России» (рис. 14-16;

Kurganova, 2003) и рассчитаны средневзвешенные общие и микробные потоки СО2 из почв различных категорий землепользования в различных биоклиматических зонах (таблицы 7, 8). Анализ полученных данных позволил заключить, что самая высокая интенсивность микробного дыхания характерна для лугов умеренного пояса (308 г С/м2/год), сельскохозяйственных угодий и лесов степной зоны (соответственно 364 и 292 г С/м2/год).

Таблица 7. Средневзвешенные значения микробного дыхания почв различного землепользования в основных биоклиматических зонах (г С/м2/год).

Биоклиматическая С/х Леса Луга Заболоченные Общее зона угодья земли среднее Полярная пустыня 4.5 4. Тундра 101 92 71 80 Северная тайга 106 98 111 83 Средняя тайга 173 165 152 138 Южная тайга 273 255 280 242 Леса умерен. пояса 265 282 308 248 Степи 364 292 273 211 Полупустыни 228 270 185 163 Средневзвешенное по классам 307 173 121 128 землепользования Таблица 8. Микробный годовой поток СО2 (числитель, Мт C/год) из почв, относящихся к различным категориям земель и биоклиматическим зонам, и соответствующие площади (знаменатель, млн. га).

Категории земель % от Биоклиматическая Сумма С/х Леса Заболочен- Луга и суммы зона угодья ные земли пасбища Тундра 2.7 3.5 37 152 195 7. 3 4 46 212 270 16. Северная тайга 2.3 138 50 32 222 8. 2 141 60 29 233 14. Средняя тайга 31 752 107 202 1092 39. 18 455 77 132 682 41. Южная тайга 100 322 81 40 543 19. 37 127 34 14 211 13. Леса умеренного 76 74 2 14 166 6. пояса 29 26 1 4 60 3. Степи 423 27 2.5 59 512 18. 116 9 1 22 148 9. Полупустыни 27 3.5 0.5 22 53 1. 12 1 0.01 12 25 1. Сумма 661 1321 281 520 2783 216 764 220 430 1629 % от суммы 23.8 47.5 10.1 18.6 13.3 46.9 13.5 26.3 Рис.14. Карта общего годового дыхания почв на территории России.

Рис.15. Карта микробного дыхания почв на территории России.

Рис.16. Карта корневого дыхания почв на территории России.

Проведенные расчеты показали, что микробное дыхание почв, занятых лесной растительностью, составляет примерно половину общего почвенного потока СО2 на территории Российской Федерации (табл.8). На долю сельскохозяйственных, луговых и заболоченных земель приходится соответственно 1/4, 1/5 и 1/10 части. Самый высокий вклад в величину общего микробного дыхания в почвах России вносят леса средней тайги (27%), сельскохозяйственные земли степной зоны (15%) и лесные территории южно таежной зоны (11%).

Необходимо подчеркнуть, что полученные оценки потоков СО2 из почв Российской Федерации относятся к 1990 г., который является базовым для стран участниц Киотского протокола, поскольку они строились на анализе литературных данных, большая часть которых была получена в 1950-1990 гг.

прошлого столетия, а используемые карты (почвенная, землепользования и растительности) относятся к 1988-1990 гг. Неопределенности полученных значений общего, микробного и корневого дыхания почв наземных экосистем России велики и составляют не менее 50% (Nilsson et al., 2000). Они обусловлены, главным образом, временной и пространственной неравномерностью полевых измерений эмиссии СО2 из почв Российской Федерации, недостатком экспериментальных данных в северных и горных территориях, в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке, а также весьма ограниченными данными по ИВ СО2 из почв за пределами вегетационного сезона. Для получения более точных оценок суммарной эмиссии СО2 из почв России и ее отдельных составляющих, необходимы прежде всего дополнительные полевые исследования и обновленные карты землепользования, поскольку соотношение различных категорий земель в Российской Федерации кардинальным образом изменились в начале 90-х гг. прошлого столетия.

Глава 7. Баланс углерода в залежных экосистемах умеренной зоны и на территории Российской Федерации Геоботанические исследования, проведенные в залежных (пост-агрогенных) экосистемах показали, что после выведения почв из сельскохозяйственного использования в течение 5-10 лет происходило направленное изменение видового состава травостоя фитоценозов от сорных растений к преимущественно луговым (Курганова и др., 2007;

Kurganova et al., 2008). Во всех изученных залежных экосистемах Московской области ассимиляция углерода растительностью превышала потери углерода из почв за счет эмиссии СО2 в атмосферу. Величина этого превышения (стока) определялась возрастом залежи, типом растительности и погодными условиями года исследований. В 2004 году, основные метеорологические характеристики которого были близки к среднемноголетним, средняя величина стока углерода в залежных экосистемах составила 302±164 г С/м2/год. В 2007 году, который выдался экстремально засушливым, все исследуемые залежные экосистемы также выступали стоком углекислого газа атмосферы и величина их углеродного баланса в зависимости от возраста залежи изменялась от 116 до 392 г С/м2/год (рис. 17), в среднем составляя 233±48 г С/м2/год (Курганова и др., 2007;

Kurganova et al., 2008).

1200 800 Б A 400 гС/м 2/год Возраст залежи Возраст залежи 4 8 13 (некос.) 13 (косим.) - 1 5 10 - -400 - - - - ЧПП ОДП МД ЧЭП - - Рис. 17. Углеродный баланс и его основные компоненты в залежных экосистемах различного возраста на серых лесных почвах в 2004 (А) и 2007 (Б) гг.

Предварительные расчеты, сделанные нами на основе собственных полевых исследований и немногочисленных литературных данных (Belleli Marchezini et al., 2007), показали, что средняя величина стока углерода в залежных экосистемах в первые 15 лет восстановления составляла 245±73 г С/м2/год. В пересчете на всю территорию Российской Федерации дополнительное связывание углерода атмосферы в залежных экосистемах в 1990-2006 годах оценивается приблизительно в 1093±326 Мт С (для площади 30.2 млн. га) или 74±22 Мт С/год.

Таким образом, можно заключить, что залужение малоплодородных пахотных почв может быть хорошей альтернативой лесоразведению с целью дополнительного связывания углерода и поможет решить задачи, стоящие перед Россией в свете выполнения требований Киотского протокола. Согласно оценкам, полученным в рамках Европейского лесного проекта (EUROFLUX), величины стока углерода в лесных экосистемах Европы, имеющих возраст от 7 до 30 лет, составляют 100-670 г С/м2/год- (Valentini et al., 2000) и являются довольно близкими к полученным нами величинам углеродного стока в экосистемах залежей. Результаты, полученные в рамках Европейского проекта по изучению баланса парниковых газов в луговых экосистемах Европы (GreenGrass Project) с применением современного метода пульсационных измерений, показали, что обследованные луга, расположенные в 10 различных Европейских странах, также выступали стоком углерода, величина которого варьировала от 50 до 550 г С/м2/год в зависимости от географического положения, режима использования и возраста лугового ценоза (Soussana et al., 2004).

В последние годы территория нашей страны и оценка ее углеродного баланса все чаще привлекает внимание исследователей, поскольку, благодаря огромной площади, Россия играет значительную роль в глобальном цикле углерода. Базовые (относящиеся к 1990 г.) оценки основных компонентов углеродного баланса РФ составляют 4.41 и 2.78 Гт С/год для ЧПП (Воронин и др., 1995) и МД (Kurganova, 2003;

Кудеяров, Курганова, 2005), соответственно.

Антропогенная эмиссия СО2 на территории РФ в 2002-2006 г. оценивается величиной 0.80 Гт С/год (Kudeyarov et al., 2009;

Kurganova et al., 2010).

Современный баланс углерода (в 2005-2006 гг.) на территории России, рассчитанный с учетом приведенных величин и дополнительного стока углерода, обусловленного изменениями в системе землепользования России после 1990 г., составляет 0.90 Гт С/год или около 1/3 современного глобального стока углерода в наземные экосистемы планеты, который, в соответствии с различными оценками, варьирует от 2.1 до 2.7 Гт С/год (Ito et al., 2003;

http://www.globalcarbonprogect.org/carbonbudget). Неопределенность величины углеродного баланса на территории России составляет не менее 50%, поскольку оценки основных потоков С, формирующих его, имеют неопределенности от до 40% (Nilsson et al., 2000). Дополнительный сток углерода, обусловленный изменениями в сельском хозяйстве (74 Мт С/год), способен компенсировать около 70% современного уровня эмиссии СО2 в сельскохозяйственном секторе нашей страны (108 Мт С/год) и около 20% - в индустриальном (409 Мт С/год).

Глава 8. Изменение запасов углерода в почвах России вследствие изменения системы землепользования в 1990-2005 гг.

Наши расчеты показали, что скорость аккумуляции углерода в бывшем пахотном слое (0-20 см) варьировала в широких пределах: от 42 до 279 г С/м2/год, в среднем составляя 99±14 г С/м2/год. Темпы накопления углерода зависели от типовой принадлежности почв и длительности периода, в течение которого почвы не обрабатывались (табл. 9).

Таблица 9. Средние скорости накопления углерода (±SE, г С/ м2/год) в основных типах почв РФ в зависимости от возраста залежи (слой 0-20 см).

Возраст Тип почвы Весь ряд залежи, лет почв Дерново- Серая Чернозем Каштановая подзолистая лесная 1–15 131 ± 13 134 ± 36 175 ± 52 66 ± 24 132 ± 15–30 46 ± 7 67 ± 11 89 ± 30 - 67 ± 1–77 97 ± 22 102 ± 23 109 ± 32 - 99 ± Как правило, темпы аккумуляции Сорг были выше в первые годы восстановления (1-15 лет) и заметно снижалась, когда период времени, в течение которого почвы не обрабатывались, составлял несколько десятков лет.

Было найдено, что отрицательная логарифмическая функция удовлетворительно описывает зависимость скорости накопления углерода в почвах от длительности периода их восстановления, как для каждого типа почв в отдельности, так и для их совокупности (табл. 10).

Почвенное органическое вещество (ПОВ) включает в себя множество различных компонентов (пулов), отличающихся по их доступности к разложению (Six et al., 2002). Считается, что наиболее важным показателем устойчивого функционирования экосистемы является не столько количество (запас) углерода в почве, сколько время его пребывания в составе ПОВ или какого-либо из его пулов (Six and Jastrow, 2002). На примере черноземов обыкновенных и серых лесных почв было показано, что выведение почв из сельскохозяйственного производства привело к усилению дыхательной активности, увеличению содержания микробного углерода и его доли в составе общего пула Сорг залежных почв по сравнению с пахотными (Курганова и др., 2006;

Kurganova et al., 2007). Кроме того, в черноземах обыкновенных возросло содержание трудноминерализуемой (более стабильной) фракции в составе ПОВ: от 20.6 мг С/г почвы на пашне до 28.6 мг С/г почвы - в 77-летней залежи, а время ее пребывания в составе ПОВ увеличилось в 1.9-2.2 раза (Lopes de Gerenyu et al., 2008;

Лопес де Гереню и др., 2009). Проведенные исследования позволили заключить, что при выведении пахотных черноземов из сельскохозяйственного производства накопление углерода в бывшем пахотном горизонте происходило, главным образом, за счет увеличения содержания наиболее стабильных фракций в ПОВ.

Таблица 10. Логарифмические модели для расчета скорости накопления углерода (слой 0-20 см) в зависимости от возраста залежи, A (* - модель значима при F0,01;

ns- модель не значима).

Возраст Тип почвы Весь ряд залежи, почв Дерново- Серая Чернозем Каштановая лет подзолистая лесная Модель –54lnP + 238 –60lnP + 261 –70lnP + 317 –17lnP + 111 –53lnP + n 5 10 18 6 R2 0.21ns 0.89* 0.74* 0.71* 0.63* Расчеты величины общего накопления углерода в бывших пахотных почвах России, проведенные с применением различных подходов, показали (табл. 11), что в зависимости от метода расчета общая величина накопления Сорг в почвах России за период 1990-2005 гг. оценивается от 196 до 319 Мт С, а неопределенность оценок, вызванная разной методологией подсчета невысока и составляет приблизительно 8%.

Таблица 14. Оценки общего накопления углерода (млн. т) в почвах Российской Федерации в 1990-2005 гг. с использованием разных подходов.

Подход Аппроксимация Почвенно- Модельный геоинформационный Общий 292 - Равные доли 274 319 Дифференцированный 241 276 Если допустить, что по своей обоснованности используемые методы расчета равнозначны, то оценка среднего накопления углерода в почвах России составляет 252±32 Мт С ( =5%) для площади 14.8 млн. га. Эта величина очень близка к последней оценке, представленной в работе А.А Романовской (2008) и составляющей 248 Мт С за тот же период (модель RothC), но полученной для площади почти в 2 раза большей (27.9 млн. га). Важно отметить, что органическое вещество, накопленное в залежных почвах, формирует чистую биомную продукцию экосистем (ЧБП) и представляет собой долговременный резервуар углерода, время пребывания в котором на порядок выше, чем в «лесах Киото».

Проведенные расчеты показали также, что к 2005 г. увеличение запасов органического вещества в бывшем пахотном слое произошло на 1.7-2.8% по сравнению с началом 90-х годов прошлого столетия. В целом же, величина секвестра углерода за счет исключения земель из сельскохозяйственного пользования, в среднем составляющая 17±2 МтС в год, является весьма ощутимой, и ее целесообразно учитывать в Национальных сообщениях России Секретариату Рамочной конвенции ООН по климатическим изменениям.

ВЫВОДЫ:

1. На основе непрерывных 11-летних мониторинговых наблюдений за эмиссией СО2 впервые получены оценки сезонных и годовых потоков СО2 из почв южно-таежной зоны и оценена их межгодовая вариабельность. В зависимости от типа растительности среднемноголетние годовые потоки СО2 из дерново-подзолистой и серой лесной почв изменялись от 381±78 до 809±100 г C/м2/год, а их межгодовая вариабельность составляла 13-21% для почв естественных экосистем и 33-37% - для почвы агроценоза.

2. Разработаны эмпирические модели, описывающие взаимосвязь между величиной суммарной годовой эмиссии СО2 из почв различных экосистем южно-таежной зоны и количеством осадков за весенне-летний период.

Показано, что в условиях южно-таежной зоны основным фактором, определяющим и контролирующим величины годовых потоков СО2 из почв, является сумма осадков за период весна-лето.

3. Температура почвы является основным предиктором среднесуточных и среднемесячных потоков СО2 из почв. Коэффициенты эмпирических моделей (линейных и экспоненциальных), описывающих взаимосвязь между скоростью выделения СО2 и температурой почвы, зависели от временных, температурных и влажностных интервалов, внутри которых проводился расчет. Межгодовая вариабельность температурных коэффициентов Q10 для дыхания почв в различных экосистемах южно-таежной зоны составляла 27-47%.

4. Выделение СО2 из сезонно-промерзающих почв южно-таежной зоны не прекращается в зимнее время года и в полностью промерзшей почве. Эмиссия СО2 в холодный период (ноябрь-апрель) составляет существенную часть в суммарном годовом потоке СО2 из почв южно-таежной зоны и она должна учитываться при оценке суммарных годовых потоков СО2 из почв.

5. Замораживание и последующее оттаивание почв инициирует значительный по величине, но непродолжительный по времени всплеск эмиссии СО2, имеющий место во время оттаивания почв. Величина этого всплеска зависит от влажности почв и особенностей их землепользования. Часто повторяющиеся циклы промерзания-оттаивания почв, имеющие место в условиях бореальной и умеренной зон, могут внести значительные коррективы в величины сезонных и годовых потоков СО2 из почв, особенно при современных изменениях климата.

6. Наиболее стабильным показателем, характеризующим особенности эмиссии СО2 из почв, является вклад суммарной летней эмиссии в годовой поток СО2 из почв, что позволяет рекомендовать использовать этот показатель для расчета годовых потоков углекислого газа из почв. Обнаружена тесная негативная связь межу величиной вклада летнего периода в годовой поток СО и среднегодовой температурой воздуха.

7. Тип растительности значимо влиял на величину эмиссии СО2 из почв одного типа. Вариабельность интенсивности выделения СО2 из различных типов почв Европейской части России, обусловленная особенностями землепользования, составляла от 28% (данные многолетних мониторинговых наблюдений) до 36-62% (данные модельных экспериментов). Влияние типа землепользования сказывалось как на абсолютной величине потоков СО2 из почв (суточных, месячных, сезонных), так и на их перераспределении между отдельными сезонами года. Для адекватной характеристики потоков СО2 из почв более корректно использовать не простое (арифметическое) среднее, а средневзвешенные значения, учитывающие пропорции различных категорий земель в пределах одного почвенного типа.

8. Общее, микробное и корневое дыхание почв на территории Российской Федерации, составляет соответственно 5.67, 2.78 и 2.89 Гт C/год. Полученные оценки относятся к 1990 г. и базируются на использовании дифференцированной методологии расчета, результатах собственных многолетних мониторинговых наблюдений, анализе литературных данных, модельном и геоинформационном подходах.

9. Бывшие пахотные почвы после 4-5 лет залежного развития являются устойчивым стоком диоксида углерода атмосферы. Для всей территории Российской Федерации дополнительный сток СО2 атмосферы вследствие перехода бывших пахотных угодий в залежные земли составил 74±22 Мт С/год, что может компенсировать около 70% современной эмиссии СО2 в сельскохозяйственном секторе, около 20% - в индустриальном. Залужение малоплодородных пахотных почв является хорошей альтернативой лесоразведению с целью дополнительного связывания углерода.

10. Современный баланс углерода на территории России на момент 2005- гг. оценивается приблизительно 0.9 Гт С/год, свидетельствуя в пользу того, что Россия выступает абсолютным стоком диоксида углерода атмосферы.

Неопределенность данной оценки высока и составляет не менее 50%.

11. При выведении почв из сельскохозяйственного использования, как правило, происходит увеличение запасов углерода в почвенном профиле.

Темпы накопления углерода в почвах зависят от их типовой принадлежности, длительности периода восстановления и мощности слоя, для которого производилась оценка скорости С-аккумуляции. Наиболее высокие скорости накопления углерода характерны для первых 10-15 лет восстановления почв.

12. Дополнительное накопление углерода в почвах Российской Федерации в результате изменения системы землепользования в России в 1990-2005 гг.

составило 252±32 Мт С. Величина секвестра углерода за счет исключения земель из сельскохозяйственного пользования, в среднем составляющая 17± Мт С в год, является весьма ощутимой, и ее целесообразно учитывать в Национальных сообщениях России Секретариату Рамочной конвенции ООН по климатическим изменениям.

Список принятых сокращений:

Сорг – органический углерод;

ЧПП – чистая первичная продукция;

ЧЭП – чистая экосистемная продукция;

ЧБП – чистая биомная продукция;

ПОВ – почвенное органическое вещество;

ОДП – общее дыхание почвы;

МД и КД – микробное и корневое дыхание;

ИВ СО2 – интенсивность выделения СО2 из почв;

ДА – дыхательная активность;

ППВ – полная полевая влагоемкость;

Тп – температура почвы;

Wп – влажность почвы;

Тп – температура почвы;

Тв – температура воздуха;

ЦЗО – цикл замораживания- оттаивания;

STD – стандартное отклонение:

SE – стандартная ошибка;

ДИ –доверительный интервал;

R2 – коэффициент детерминации;

R – коэффициент корреляции;

n – число повторностей в эксперименте;

CV – коэффициент вариабельности, % F – уровень достоверности;

– уровень значимости, %;

ЦЗО – цикл замерзания-оттаивания;

AF – суммарные годовые потоки диоксида углерода;

Cs – доля летнего сезона в годовом потоке СО2 из почв;

Fs – суммарный почвенный поток СО2 за летний период (июнь-август);

Мт – мега тонна (109 г);

Гт – гига тонна (1012 г).

СПИСОК ОСНОВНЫХ ПУБЛИКАЦИЙ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ * 1. Курганова И.Н., Кудеяров В.Н. Оценка потоков диоксида из почв таежной зоны России. Почвоведение. 1998. №9. С. 1058-1070.

2. Kudeyarov V.N., Kurganova I.N. Carbon dioxide emission and net primary production of Russian terrestrial ecosystems. Biol. Fertil. Soils. 1998. Vol. 27. Р.

246-250.

3. Лопес де Гереню В.О., Курганова И.Н., Розанова Л.Н., Кудеяров В.Н. Годовые потоки диоксида углерода из некоторых почв южно-таежной зоны России.

Почвоведение. 2001. №9. С. 1045-1059.

4. Lopes de Gerenyu V., Kurganova I., Sapronov D. Carbon dioxide fluxes from arable soils as affected by temperature and moisture. Proceedings of I World Congress on Conservation Agriculture, Madrid, 1-5 October 2001. Vol. 2. Р. 109-113.

5. Kurganova I., Lopes de Gerenyu V., Sapronov D. CO2 Emissions from Russian South taiga soils as affected by temperature and land use. Extended Abstracts of 6-th International Carbon Dioxide Conference, Sendai, Japan, October 1-5, 2001. Р. 540 543.

6. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Ларионова А.А. Мониторинг эмиссии CO из лесных почв Южного Подмосковья. Материалы совещания "Лесные стационарные исследования: методы, результаты перспективы", Москва, 18- сентября 2001. С. 362-365.

7. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Розанова Л.Н., Сапронов Д.В., Мякшина Т.Н., Кудеяров В.Н. Оценка эмиссии диоксида углерода из пахотных серых лесных почв. Агрохимия. 2002. № 9. С. 52-57.

8. Kurganova I.N., Lopes de Gerenyu V.O., Rozanova L.N., Sapronov D.V., Myakshina T.N., Kudeyarov V.N. Annual and seasonal CO2 fluxes from Russian southern taiga soils. Tellus 55B. 2003. Р. 338-344.

9. Larionova A.A., Rozanova L.N., Yevdokimov I.V., Yermolayev A.M., Kurganova I.N.

and Blagodatsky S.A. Land use change and management effects on carbon sequestration in soils of Russia’s south-taiga zone. Tellus 55B. 2003. Р. 331-337.

10. Курганова И.Н., Типе Р. Влияние процессов замерзания-оттаивания на дыхательную активность почв. Почвоведение. 2003. № 9. С. 1095-1105.

11. Ларионова А.А., Евдокимов И.В., Курганова И.Н., Сапронов Д.В., Кузнецова Л.Г., Лопес де Гереню В.О. Дыхание корней и его вклад в эмиссию СО2 из почвы. Почвоведение. 2003. № 2. С. 183-194.

12. Lopes de Gerenyu V.O., Kurganova I.N., Sapronov D.V. Carbon dioxide fluxes from arable soils as affected by temperature and moisture. Conservation Agriculture:

Environment, Farmers experiences, Innovations, Socio Economy, Policy. Kluwer Academic Publisher, Nitherlands. 2003. P. 355-359.

13. Kurganova I., R. Teepe, V. Lopes de Gerenyu, N. Loftfield Gaseous carbon and nitrogen Losses from agricultural soils induced by freeze-thaw processes. Practical Solutions for Managing Optimum C and N Content in Agricultural Soils – II”, Czech University of Agriculture, Prague. 2003. Р. 233-242.

14. Kurganova I.N. Carbon dioxide emission from soils of Russian terrestrial ecosystems.

Interim Report, IR-02-070. 2003. IIASA, Laxenburg, Austria. (web: www.iiasa.ac.at) 64p.

15. Kurganova I.N., Rozanova L.N., Myakshina T.N., Kudeyarov V.N. Monitoring of CO emission from soils of different ecosystems in Southern part of Moscow region: data Жирным шрифтом выделены публикации в изданиях, рекомендуемых ВАК России для публикации * результатов диссертационных работ base analyses of long-term field observations. Eurasian Soil Science. 2004. Vol. 37, Supplement 1. Р. 74-78.

16. Благодатский А.С., Курганова И.Н., Кудеяров В.Н. Годовая эмиссия и баланс СО2 в почвах лесных и луговых экосистем Приокско-Террасного заповедника. Вестник МГУ, сер. Биология. 2004. № 1. 32-37.

17. Лопес де Гереню В.О., Курганова И.Н., Типе Р., Лофтфильд Н. Влияние процессов замораживания – оттаивания на эмиссию парниковых газов из пахотной буроземной почвы. Агрохимия. 2004. № 2, С. 23-30.

18. Курганова И.Н., Розанова Л.Н., Федченко Ю.Ю., Лопес де Гереню В.О. Влияние температуры на скорость выделения СО2 из основных типов почв Европейской части России. Эмиссия и сток парниковых газов на территории Северной Евразии: сб. статей под ред. акад. Н.П. Лаверов. Пущино: ОНТИ ПНЦ РАН. 2004.

92-97.

19. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Розанова Л.Н., Мякшина Т.Н., Сапронов Д.В., Кудеяров В.Н. Мониторинг эмиссии СО2 из почв различных экосистем южного Подмосковья: анализ данных многолетних полевых наблюдений. Эмиссия и сток парниковых газов на территории Северной Евразии: сб.статей под ред.

акад. Н.П. Лаверов. Пущино: ОНТИ ПНЦ РАН. 2004. 87-92.

20. Ларионова А.А., Евдокимов И.В., Курганова И.Н., Сапронов Д.В., Лопес де Гереню В.О. Вклад корней и микроорганизмов в эмиссию СО2 из серой лесной и дерново подзолистой почв. Эмиссия и сток парниковых газов на территории Северной Евразии: сб. статей под ред. акад. Н.П. Лаверова, ОНТИ НЦБИ Пущино. 2004. С.

112-117.

21. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Кудеяров В.Н. Оценка потоков углерода из почв лесной зоны России: мониторинговые наблюдения, методология, моделирование. Материалы IV съезда ДОП, Новосибирск. 2004. Книга 1. С. 356 358.

22. Kurganova I.N., Lopes de Gerenyu V.O., Kudeyarov V.N., Shvidenko A. Z. Assessment of annual CO2 fluxes from soils in forest zone of Russia: Data base analysis, monitoring, modelling, methodology. CD-ROM Proceeding of Еurosoil Congress, Freiburg.

Germany: 2004. Р. 225-234.

23. Кудеяров В.Н., Курганова И.Н. Дыхание почв России: анализ базы данных, многолетний мониторинг, моделирование, общие оценки. Почвоведение. 2005.

N 9. С. 1112-1121.

24. Lopes de Gerenyu V.O., Kurganova I.N., Rozanova L.N., Kudeyarov V.N. Effect of temperature and moisture content on СO2 evolution rate of cultivated Phaeozem:

analyses of long-term field experiment. Plant, Soil and Environment. 2005. Vol. 51. N5.

P. 213-219.

25. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Розанова Л.Н., Сапронов Д.В., Мякшина Т.Н., Кудеяров В.Н. Углерод в почвах лесных и луговых экосистем Приокско Террасного Биосферного Заповедника: запасы, эмиссионные потери, баланс.

Экосистемы Приокско-Террасного Биосферного Заповедника: Сб. научн. тр., Пущино. ОНТИ ПНЦ РАН. 2005. С. 9-18.

26. Лопес де Гереню В.О., Курганова И.Н., Замолодчиков Д.Г., Кудеяров В.Н. Методы количественной оценки потоков диоксида углерода из почв. Методы исследований органического вещества почв: Сб. статей, Владимир. 2005. С. 408 425.

27. Kurganova I.N., Lopes de Gerenyu V.O. Empirical models of carbon fluxes from forest and grassland soils of Russian sub-boreal zone. Proceedings of the Fifth European Conference on Ecological Modelling, Pushchino, Russia, September 19-23, 2005. P.

106-107.

28. Курганова И.Н., Ермолаев А.М., Лопес де Гереню В.О., Ларионова А.А., Сапронов Д.В., Келлер Т., Ланге Ш., Розанова Л.Н., Личко В.И., Мякшина Т.Н., Кузяков Я.В., Романенков В.А. Потоки и пулы углерода в залежных землях Подмосковья.

Почвенные процессы и пространственно-временная организация почв: Сб.

научных трудов под ред. В.Н. Кудеярова, М.: Наука. 2006. С. 271-284.

29. Потоки и пулы углерода в наземных экосистемах России / В.Н. Кудеяров, Г.А.

Заварзин, С.А. Благодатский, А.В. Борисов, П.Ю. Воронин, В.А. Демкин, Т.С.

Демкина, И.В. Евдокимов, Д.Г. Замолодчиков, Д.В. Карелин, А.С. Комаров, И.Н.

Курганова, А.А. Ларионова, В.О. Лопес де Гереню, А.И. Уткин, О.Г. Чертов // отв.

ред. Г.А. Заварзин М.: Наука, 2007. 315 с.

30. Курганова И.Н., Ермолаев А.М., Лопес де Гереню В.О., Ларионова А.А., Келлер Т., Ланге Ш., Кузяков Я.В. Баланс углерода в залежных землях Подмосковья.

Почвоведение. 2007. № 1. 60-68.

31. Kurganova I., Teepe R., Loftfield N. Influence of freeze-thaw events on carbon dioxide emission from soil at different moisture and land use. Carbon Balance and Management.

2007. 2:2. P. 1-9.

32. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Розанова Л.Н, Мякшина Т.Н., Сапронов Д.В., Кудеяров В.Н. Многолетний мониторинг эмиссии СО2 из дерново подзолистой почвы: анализ влияния гидротермических условий и землепользования. Проблемы экологического мониторинга и моделирования экосистем. Прод. издание, Том XXI. Санкт- Петербург, Гидрометеоиздат. 2007. С.

23-44.

33. Kurganova I., Lopes de Gerenyu V., Sukhanova N., Kerimzade V. Carbon pools and respiratory activity of the former arable lands in Russian Federation. Proceeding of International Symposium “Organic matter dynamics in agro-ecosystems” Poitiers, France, 16-19 July 2007. Р. 245-246.

34. Lopes de Gerenyu V., Kurganova I. CO2 emission from agricultural soils of Russian Federation: total estimations, interannual variability and effect of soil temperature.

Proceeding of International Symposium “Organic matter dynamics in agro-ecosystems” Poitiers, France, 16-19 July 2007. Р. 121-122.

35. Курганова И.Н., Кудеяров В.Н., Лопес де Гереню В.О. Баланс и эмиссия СО2 из почв Российской Федерации: мониторинг, методология, общие оценки.

Материалы Международной научно-практической конференции «Экология биосистем: проблемы изучения, индикации, прогнозирования», Астрахань, 20- августа 2007, часть 1. 139-140.

36. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Мякшина Т.Н., Сапронов Д.В. Кудеяров В.Н. Оценка газообразных потерь углерода из почв агроэкосистем Российской Федерации. Труды IV Всероссийской научной конференции «Гуминовые вещества в биосфере», Санкт-Петербург. 2007. С. 54-57.

37. Давыдова А.Ю., Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Мякшина Т.Н., Квасова А.М., Личко В.И., Ермолаев А.М., Сапронов Д.В., Розанова Л.Н. Баланс углерода в залежных экосистемах различного возраста. Труды IV Всероссийской научной конференции «Гуминовые вещества в биосфере», Санкт-Петербург. 2007. С. 233 236.

38. Квасова А.М., Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Давыдова А.Ю., Гультяева Е.М. Влияние землепользования на гумусное состояние и дыхательную активность серых лесных почв. Труды IV Всероссийской научной конференции «Гуминовые вещества в биосфере». Санкт-Петербург, 2007. С. 260-264.

39. Суханова Н.И., Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Керимзаде В. Изменение содержания органического углерода и дыхательной активности чернозема обыкновенного под влиянием зарастания естественной растительностью. Труды IV Всероссийской научной конференции «Гуминовые вещества в биосфере», Санкт Петербург. 2007. С. 310-314.

40. Kurganova I.N., Lopes de Gerenyu V.O. Assessment of changes in soil organic carbon storage in soils of Russia, 1990-2020. Eurasian Soil Sci. 2008. Supplement. Vol. 41. N 13. P. 1371-1377.

41. Kurganova I.N., Lopes de Gerenyu V.O., Myakshina T.N., Sapronov D.V., Lichko V.I., Yermolaev A.M. Сhanges in the carbon stocks of former croplands in Russia. ems ko Mokslai. 2008. V. 15. N 4. P. 10-15.

42. Lopes de Gerenyu V., Kurganova I., Kuzyakov Ya. Carbon pools and sequestration in former arable Chernozems depending on restoration period. Ekologjia. 2008. Vol.54. N 4. P. 38-44.

43. Kurganova I.N., Gallardo Lancho J.F., Lopes de Gerenyu V.O. Comparison of organic carbon pool of soil belonging to temperate forests of Russia and Spain. Proceedings of International Conference “Man and environment in boreal forest zone: past, present and future”. July 24 – 29, 2008. P. 50-51.

44. Lopes de Gerenyu V.O., Kurganova I.N., Myakshina T.N. and Sapronov D.V.

Temperature effect on CO2-fluxes from soils in two forest ecosystems of Moscow region. Proceedings of International Conference “Man and environment in boreal forest zone: past, present and future”. July 24 – 29, 2008. P. 58-59.

45. Kurbatova J., Varlagin A., Kurganova I., Lopes de Gerenyu V. Soil CO2 fluxes:

metodology of measurements and role in carbon balance of nature ecosystems.

Proceedings of Russian-Mongolian Symposium “Global and regional features of ecosystems transformation in Baikal region”, September 9-11, 2008. Ulan-Bator, Mongolia, 184-188.

46. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О. Запасы органического углерода в почвах Российской Федерации: современные оценки в связи с изменением системы землепользования. Доклады Академии наук. 2009. Т. 426. №1. С.132 134.

47. Лопес де Гереню В.О., Курганова И.Н., Ермолаев А.М., Кузяков Я.В. Изменение пулов органического углерода при самовосстановлении пахотных черноземов. Агрохимия. 2009. № 5. С. 5-12.

48. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О. К чему ведет сокращение пахотных земель.

Природа. 2009. № 11. С. 20-27.

49. Ларионова А.А., Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Золотарева Б.Н., Евдокимов И.В., Кудеяров В.Н. Эмиссия диоксида углерода в агроэкосистемах на серых лесных почвах в условиях изменяющегося климата. Почвоведение.

2010. № 2. С.

50. Курганова И.Н., Лопес де Гереню В.О., Швиденко А.З., Сапожников П.М.

Изменение общего пула органического углерода в почвах России в 1990- гг. Почвоведение. 2010. № 3. С.

51. Kurganova I.N., Kudeyarov V.N., and Lopes de Gerenyu V.O. Updated estimate of carbon balance on Russian Territory. 2010. Tellus B. (submitted) 52. Belelli Marchesini L., Vuichard N., Ciais P., Kurganova I., Valentini R. Carbon credits from abandoned croplands of former USSR. Geoscience 2010. (submitted) 68 работ опубликовано в сборниках тезисов российских и международных конференций.



Pages:     | 1 ||
 




 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.