авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:     | 1 ||

«Д. В. Михель МЕДИЦИНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ: ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ДИСЦИПЛИНЫ Учебное пособие Саратов, 2010 1 УДК ...»

-- [ Страница 2 ] --

В 1992 г. в Королевский колледж института медицинских сес тер (RCNI) была назначена Ян Севидж (Ian Savage), уже известная к тому времени своими работами по проблемам пола и сексуальности в сфере медицинской профессии. В частности, Севидж показывала, сообщество медицинских сестер представляет собой закрытую соци ально-профессиональную область, со своими «племенными» обы чаями и нормами поведения, отличными от тех, что присущи «пле менам» врачей и пациентов. По ее мысли, старая война между докторами и сестрами не может быть разрешена одними лишь бю рократическими средствами, но требует также участия и наблюде ния антропологов. В начале 1990-х Севидж сумела организовать ис следовательскую сеть с участием медицинских сестер и антропологов, на основе которой сложилась Группа по этнографии и проблемам здоровья (EHG).

Характерной особенностью британской медицинской антропо логии по сей день остается сравнительно малое внимание к пробле мам народной медицины и медицинского плюрализма, присущие многим другим национальным традициям. В британской социаль ной жизни уже с XIX в. многие проявления народной культуры, прежде всего народное врачевание, переживали явный упадок. В связи с этим британские исследователи традиционно демонстриру ют значительно больший интерес к изучению медицинских культур других обществ, в особенности азиатских и африканских, многие из которых продолжают быть вовлечены в сферу британских экономи ческих интересов. Такие исследования позволяют медицинской ан тропологии оставаться важной частью современной британской ин теллектуальной культуры.

Избранная литература Davison C.S., Frankel and Davey Smith. The Limits of Lifestyle: Reassessing “Fatalism” in the Popular Culture of Illness Prevention // Social Science and Medi cine. 1992. Vol.34 (6). P.675-685.

Douglas M., Calvez M. The Self as Risk Taker: A Cultural Theory of Contagion in Relation to AIDS // Sociological Review. 1990. Vol.38 (3). P.445-464.

Frankenberg R. British Medical Anthropology: Past, Present, and Future // // Saillant F., Genest S. (eds.) Medical Anthropology: Regional Perspectives and Shared Concerns. Malden, Ma: Blackwell Publishing, 2007. P.183-211.

Frankenberg R.I. The Impact of HIV/AIDS on Concepts Relating to Risk and Culture within British Community Epidemiology: Candidates or Targets for Preven tion // Social Science and Medicine. 1994. Vol.38 (10). P.1325-1335.

Savage I. Nurses, Gender and Sexuality. London: Heinemann, 1987;

Savage I.

Nursing Intimacy: An Ethnographic Approach to Nurse-Patient Interaction. London:

Scutari Press, 1995.

Turner V.S. Lunda Medicine and the Treatment of Disease. Livingstone, Northern Rhodesia: Rhodes-Livingstone Museum, 1964.

7. Франция Во Франции медицинская антропология возникла в 1980-е гг.

на пересечении исследовательских интересов специалистов в облас ти медицины, религиозной антропологии и биологической антро пологии. Ее становление было также связано с влиянием англоя зычной научной традиции, отношение к которой во французском научном сообществе долгое время оставалось противоречивым. В этот период ее история была связана с развитием, по меньшей мере, трех научных традиций, за которыми закрепились различные на именования: «медицинская антропология», «антропология болезни»

и «этномедицина».

Термин «медицинская антропология» пришел во Францию из англоязычных стран, и в самой Франции под «медицинской антро пологией» обычно понимают прикладную медицинскую дисципли ну, где антропологическое знание используется с целью обогащения собственно медицины. По своему содержанию она довольно тесно связана с эпидемиологией и призвана объяснять некоторые биоме дицинские факты с помощью социокультурных факторов. Напро тив, «антропология болезни», которая сформировалась как неотъ емлемая часть социальной антропологии, по своей сути близка именно тому, что в Северной Америке называют «медицинской ан тропологией». В некоторых случаях дополнением к «антропологии болезни» выступает «антропология здоровья», которая на первом этапе фокусировалась на анализе деятельности органов здравоохра нения в странах Третьего мира. Но уже скоро область ее интересов расширилась и тесно переплелась с проблематикой «антропологии болезни». Следствием этого стал тот факт, что некоторое время французские исследователи были склонны говорить о целесообраз ности развития «антропологии здоровья и болезни» как единой об ласти знания. Что касается «этномедицины», то во Франции эта традиция оказалась ориентирована на изучение обыденного знания о болезни и способах ее лечения, делая особый акцент на исследо ваниях народной фармакопеи, траволечении и т.п. Таким образом, из трех имеющихся начал именно «антропология болезни» высту пает для нас наиболее значимой областью знания, которая по сво ему определению предмета близка к тому, что в англоязычных странах называют «медицинской антропологией», а в Бразилии – «антропологией здоровья».

Становление медицинской антропологии во Франции тесно связано с деятельностью, по крайней мере, трех научных школ, сформировавшихся вокруг таких фигур, как Марк Оже (Marc Auge), Андраш Земплени (Andras Zempleni) и Жан Бенуа (Jean Benoist).

Марк Оже, культовый французский антрополог, длительное время проработал в Западной Африке, после чего занимал пост ди ректора в Школе передовых исследований в социальным науках (cole des Haute tudes en Sciences Sociale/EHESS) в Париже. Он од ним из первых предложил считать «антропологию болезни» неотъ емлемой частью социальной антропологии, а сам феномен болезни – важной социальной конструкцией. Он поставил целую серию цен ных вопросов об отношениях между «биологическим порядком» и «порядком социальным», и многие из его работ были переведены на английский язык.



Уроженец Венгрии Андраш Земплени, почетный научный ди ректор Национального центра научных исследований (Centre national de la recherche scientifique/CNRS), профессор университета Париж-10, известен как специалист по Западной Африке, где в 1960 е гг. исследовал женскую одержимость, гадание и инициацию. Рабо тая в Дакаре, он занимался сравнением антропологических данных и клинических наблюдений. Будучи учеником Роже Бастида в Сор бонне, он увлекся психопатологией и установил связь между рели гиозной антропологией и этнопсихиатрией.

Жан Бенуа, профессор университетов Марселя и Монреаля, известен своими полевыми исследованиями в Карибском регионе, а также изучением медицинского плюрализма. Как автор двухтомной антологии по медицинской антропологии он сделал многое для продвижения медицинской антропологии в университетской среде.

Подобно своим зарубежным коллегам французские медицин ские антропологи начали с изучения феноменов здоровья и болезни применительно к так называемым «экзотическим обществам». Впо следствии эти исследования были перенесены «домой», породив жаркие споры о том, какой должна быть «домашняя антропология».

По мере быстрого превращения Франции в мультикультурное обще ство, значимость антропологических исследований в своей стране стала широко понятна как для научного сообщества, так и за его пределами.

Одной из неизбежных тем для французских антропологов с начала 1990-х гг. стала тема СПИД. С учетом высокого уровня фи нансирования такого рода исследований в эту сферу оказалось во влечено большое число специалистов. Были широко развернуты полевые исследования в странах Западной Африки, а также в Евро пе. В центр внимания вышли вопросы о социальном восприятии СПИД как заразной болезни, о дискриминации ВИЧ инфицированных людей, о рисках, связанных с заражением, о фи зических и моральных страданиях пациентов и т.д. Поскольку рас тущая эпидемия СПИД выявила бессилие современной биомедици ны перед вызовом грозной болезни, то на повестку дня антропологов вышли вопросы о медицинском плюрализме и взаи моотношениях традиционных врачевателей с научной медициной перед лицом СПИД. Важное место получили темы о сексуальности, шаткости семейных устоев и уязвимости женщин в контексте рас пространения СПИД, а также о связи между растущим числом ВИЧ инфицированных в Африке и неприкрытыми формами социального насилия, несправедливости и ответственности государственных вла стей, вследствие чего СПИД стало необходимым толковать не толь ко как инфекционное заболевание, но и как следствие нестабильно сти жизненных устоев. Во Франции прикладные исследования длительное время вызывали недоверие со стороны интеллектуалов и университетских ученых. Дискуссии о СПИД способствовали сти ранию границ между «академическим» и «политическим», особен но после того, как Бенуа с коллегами призвал к тому, чтобы сделать из антропологии «ангажированное знание», применимое в борьбе со СПИД.

Многочисленные исследования антропологов по СПИД пока зали, что как в Африке, так и на Западе, существует целая пропасть между социальным восприятием болезни и действием людей по от ношению к ней. Сознавая риск заражения, многие люди значитель но выше для себя ставят ценность сохранения связей со своими по ловыми партнерами, а солидарность и доверие ставят выше необходимости предохранения от инфицирования.

Среди других тем, развиваемых французскими антропологами, можно отметить тему использования лекарств. То, как используются лекарства в разных культурах, позволяет антропологам получить новые знания о природе индивидов и общества, равно как и пони мание того, как они производятся и распространяются.

Среди французских антропологов традиционным интересом пользуется вопрос о смысле: какой смысл люди приписывают бо лезни?, какой смысл приписывают их поведению окружающие?

Важным также остается вопрос о том, какими социальными мар шрутами движутся те, кто нуждается в помощи и заботе о здоровье.

С конца 1980-х гг. на развитие медицинской антропологии во Франции стали активно влиять идеи североамериканских авторов.

Особый интерес у французских исследователей вызвала «критиче ская модель», которая оказалась близка взглядам тех, кто старался на собственной почве развивать критический дискурс в духе Мише ля Фуко.

Отталкиваясь от предложенной Нэнси Шейпер-Хьюз и Марга рет Лок типологии тел (индивидуального, социального и политиче ского), Дидье Фассен (Didier Fassin) с конца 1990-х гг. стал утвер ждать, что всякое тело, как индивидуальное, так и социальное, является в то же время политическим телом. На этой основе он по пытался развить свою «политическую антропологию тела» и свя занную с ней теорию «политического пространства здоровья». Для Фассена, который с 2009 г. года работает в Школе социальных наук Института передовых исследований в Нью-Джерси, США, и имеющего обширный опыт полевой работы в Сенегале, Эквадоре, Южной Африке и Франции, «здоровье – это лакмусовая бумажка политического». В своих работах Фассен выдвинул положение о су ществовании различных «политических культур охраны здоровья»

и связанных с ними «культурных политиках охраны здоровья». Он пришел к выводу, что всякая риторика, возлагающая вину за рас трату здоровья на индивида или культуру, в реальности служит то му, чтобы снять ответственность с политических институтов, кото рые способны обеспечивать принятие важных решений в этой области.

Усиление «критической парадигмы» во французской меди цинской антропологии, как и в Северной Америке, привело к началу 2000-х гг. к ощущению того, что термин «культура» почти утратил свое познавательное значение для антропологии. Сильви Файнзанг (Sylvie Fainzang), научный директор Национального института здоровья и медицинских исследований (Institut National de la Sant et de la Recherche Mdicale/INSERM) и сотрудник Центра исследова ний медицины, науки, здоровья и общества (Centre de recherche Mdecine, Sciences, Sant et Socit) задалась вопросом о том, как очистить современные антропологические концепции культуры от «культурализма», и это дало ей повод утверждать, что границы ме жду «культурным» и «политическим» являются прозрачными.

Вместе с тем, влияние «критической модели» не отменяет и других подходов к изучению программ охраны общественного здо ровья. Так, Янник Жафре (Jannick Jaffre), научный директор На ционального центра научных исследований, прагматически анали зирует вклад антропологии в реализацию программ по борьбе с ма лярией в Западной Африке, а Жан-Пьер Оливье де Сардан (Jean Pierre Olivier de Sardan), из того же Центра, развивает антропологи ческий подход применительно к оценке современных процессов развития в том же регионе, акцентируя внимание на роли учрежде ний здравоохранения.

В начале XXI в. французская медицинская антропология обре ла много общего в плане развиваемой проблематики и используе мых методов с антропологическими традициями других стран. Про исходит все большая интернационализация теоретических взглядов и практикуемых форм исследований. Французские антропологи, не смотря на многолетнюю склонность к тому, чтобы оставаться в ареале франкофонной научной культуры, все шире публикуются в англоязычных странах и участвуют в международных сетях обмена научной корреспонденцией.

Избранная литература Benoist J. Une petite bibliotheque d’anthropologie medicale. Une anthologie.

T.1-2. Paris: AMADES, Diffusion Kathala, 2002.

Dressler W. Medical Anthropology: Toward a Third Moment in Social Science?

// Medical Anthropology Quarterly. 2001. Vol.15 (4). P.455-465.

Fainzang S. Of Malady and Misery. An Africanist Perspective on European Ill ness. Amsterdam: Het Spinhuis. 2000.

Fainzang S. Lying, Secrecy and Power within the Doctor-Patient Relationship // Anthropology & Medicine. 2002. Vol.9 (2). Special issue: "Towards a Medical An thropology of Lying".P.117-133.

Fainzang S. Religious-Cultural Attitudes to Prescriptions, Medicines and Doc tors in France // Culture, Medicine and Psychiatry. 2005. Vol.29 (4). P.457-476.

Fainzang S. Medical Anthropology in France: A Healthy Discipline // Saillant F., Genest S. (eds.) Medical Anthropology: Regional Perspectives and Shared Con cerns. Malden, Ma: Blackwell Publishing, 2007. P.89-102.

Fassen D. When Bodies Remember: Experiences and Politics of AIDS in South Africa. Berkeley: University of California Press, 2007.

Fassen D., Rechtman R. The Empire of Trauma: An Inquiry into the Condition of Victimhood. Princeton: Princeton University Press, 2009.

Jaffr Y. Contributions of Social Anthropology to Malaria Control // Tibayrenc M. (ed.) Encyclopedia of Infectious Diseases: Modern Methodologies. New York:

Wiley, 2008. P.591-602.

Olivier de Sardan J.-P. Illness Entities in West Africa // Anthropology and Medicine. 1998. Vol.5 (2). P.193-217.

8. Германия В германской научной культуре англоязычному термину «ме дицинская антропология» соответствует понятие «этномедицина»

(Ethnomedizin). В отличие от США и Канады в Германии медицин ская антропология институциализирована слабее, однако уже не один десяток лет существует обширная группа исследователей, ко торые ведут работу в этой области. При этом многие из разрабаты ваемых ими проблем являются общими для других региональных традиций, что свидетельствует о значимости проблем здоровья для современных германских обществоведов. Любопытно отметить, од нако, что в исторической ретроспективе именно германская научная мысль обладает приоритетом в постановке данной проблемы.





Истоки этого интереса восходят к середине XIX в., когда уси лиями Адольфа Бастиана (1826-1905) и Рудольфа Вирхова (1821 1902) было создано Берлинское общество антропологии, этноло гии и первобытной истории (Berliner Gesellschaft fr Anthropologie, Ethnologie und Urgeschichte). Оба основоположника германской ан тропологии были врачами, но если для Бастиана в рамках его ан тропологических увлечений тема здоровья так и осталась неакту альной, то для Вирхова она имела большое значение. Весной 1848 г.

Вирхов по заданию прусского правительства отправился в Верхнюю Силезию с целью выяснить причины распространившейся там эпи демии тифа. По возвращении в Берлин он сделал свой знаменитый в доклад, в котором заявил, что главными причинами тифа в этом регионе являются бедность, голод, политические притеснения мест ного славянского населения и его недостаточная образованность.

Лучшим «лекарством» против эпидемий Вирхов назвал социальные реформы.

Свои взгляды Вирхов отстаивал и позднее, когда активно включился в политическую деятельность. По заданию Берлинского городского совета он занимался улучшением здравоохранения и создавал больницы. Примечательно, что будучи разработчиком клеточной теории и одним из крупнейших ученых экспериментаторов своего времени, Вирхов продолжал настаивать на том, что многие болезни имеют социальные корни. Широко из вестны его слова: “Die Medizin ist eine sociale Wissenschaft, und die Politick ist weiter nichts, als Medizin in Grossen” («Медицина – соци альная наука, а политика есть ничто иное как медицина по преиму ществу»).

По примеру Вирхова в XIX в. многие европейские медики ак тивно участвовали в улучшении общественного здоровья, подчер кивая социальную миссию научной медицины. Ученик Вирхова Ге орг Гроддек (1866-1934) ввел различие между «болезнью» и «заболеванием». Болезнь, как и здоровье, он трактовал преимуще ственно как общественное явление. Гроддек писал: «Болезни не су ществует, есть только больные люди». В заболевании же он видел процесс социализации болезни.

В свою очередь Гроддек оказал серьезное влияние на врача невролога Виктора фон Вайцзеккера (1886-1957), который пропа гандировал концепцию «живого тела», противопоставляя ее господ ствующему в науке механическому пониманию телесности. Многие немецкие медики второй половины XIX в. – начала ХХ в. с энтузи азмом участвовали в философских и социальных дискуссиях, но этот интерес к социально-гуманитарному знанию оказался чужд их коллегам в ХХ в. В свою очередь подавляющее большинство деяте лей биомедицины проявляло слабый интерес к практикам народно го врачевания, низводя их к собранию суеверий и пережитков. Та кую же позицию разделяли и германские историки медицины, для которых народная медицина была малоинтересным предметом ис следования. Что касается германских антропологов, то последовате ли Бастиана по примеру своего лидера также оставляли вопросы здоровья, болезни и медицины без внимания.

Германская антропология второй половины XIX в. и начала ХХ в. обладала некоторой спецификой по сравнению с другими за падными антропологическими традициями. В частности, среди не мецких специалистов было принято различать “Volkskunde” (фольклор) и “Ethnologie” (этнологии). Первая область знания име ла своим предметом культуру собственного, германского народа и до некоторой степени культуры других европейских народов, тогда как вторая изучала культуру неевропейских народов. В условиях, когда каждая из дисциплин разрабатывалась обособленно друг от друга, потребность в обобщениях отсутствовала. Касалось это и про блематики народной медицины, которая разрабатывалась как «фольклористами», так и «этнологами».

С приходом Гитлера для германской антропологии наступили мрачные времена. Некоторые ученые вынуждены были оставить свою науку или эмигрировали из страны, тогда как другие активно сотрудничали с нацистами. Более того, уже в начале 1920-х гг. ши рокая группа антропологов включилась в разработку печально из вестной «расовой теории», что увело германскую антропологиче скую мысль в сторону от других региональных антропологических традиций.

Процесс возрождения немецкой науки в послевоенный период был непростым. В этот период в германском социальном знании наметились новые перспективы. Некоторые из них основывались на философской базе, которую в послевоенный период символизиро вали имена Эдмунда Гуссерля и Мартина Хайдеггера. Другие стали более тяготеть к американской социальной науке. Существовали и промежуточные формы. Становление медицинской антропологии в Германии связанно именно с ними.

Иоахим Стерли (Joachim Sterly) (1926-2001) стал одним из за чинателей новой дисциплины в Германии. После защиты диссерта ции о священных целителях Меланезии в кельнском университете Стерли активно занялся продвижением медицинской антропологии в Германии. В 1969 г. он создал медико-антропологический иссле довательский центр в университете Гамбурга. В 1970 г. там же он ор ганизовал Рабочее общество этномедицины (Arbeitsgemeinschaft fr Ethnomedizin), которое в 1975 г. переместилось в университет Гейдельберга. В 1971 г. он начал публиковать журнал «Этномедици на: журнал междисциплинарных исследований». Из философии Гуссерля и Хайдеггера он позаимствовал некоторую терминологию, поставив в центр своего внимания проблемы «жизненного мира», «здесь-бытия» и «целительного». Он избегал трактовать практики целительства в позитивистской манере, но при этом внес важный вклад в развитие этноботаники. В 1997 г. вышла его трехтомная работа о растениях, известных племенам, говорящих на языке симбу и проживающих в высокогорных районах Новой Гвинеи. В ней он описал более чем 1900 видов растений и относящихся к ним позна ний у меланезийцев.

В 1978 г. «Рабочее общество этномедицины» стало издавать журнал “Curare: Zeitschrift fr Ethnomedizin und transkulturelle Psychiatrie / Journal of Medical Anthropology and Transcultural Psy chiatry”, который вскоре стал играть роль главного германского из дания по медицинской антропологии. Вследствие этого в 1982 г. из дание журнала «Этномедицина» прекратилось. В свою очередь, “Curare” стал двуязычным изданием на немецком и английском языках, что открыло его для зарубежного читателя. В свою очередь, статьи немецких авторов стали печататься по-английски.

В начале 1980-х гг. научные центры медицинской антрополо гии уже существовали в университетах Кельна, Гейдельберга и Гам бурга. При этом в Гамбурге на кафедре этнологии активно заявила себя Беатрикс Пфляйдерер (Beatrix Pfleiderer). С начала 1980-х гг.

она начала печатать сборники научных работ по медицинской ан тропологии, а в 1985 г. вместе с Вольфганом Бихманом (Wolfgang Bichmann) выпустила первый немецкий учебник по медицинской антропологии – «Болезнь и культура: введение в этномедицину»

(“Krankheit und Kultur. Eine Einfhrung in die Ethnomedizin”).

Пфляйдерер собрала вокруг себя большую группу начинаю щих исследователей, начав их готовить к написанию диссертацион ных работ по медицинской антропологии. Кроме того, она включи лась в активное сотрудничество с североамериканскими коллегами, организовав целый ряд значительных международных конферен ций и публикаций.

Важным центром медико-антропологических исследований стала кафедра тропической медицины и общественного здоровья медицинской школы при гейдельбергском университете. Когда ее возглавил Ханс Йохен Дисфельд (Hans Jochen Diesfeld), на кафедре появилась должность лектора по медицинской антропологии. Дис фельд начал рассматривать эту кросс-культурную область знания как весьма актуальную для медиков и социальных работников, при званных работать за пределами западного мира. На базе кафедры тропической медицины были развернуты многочисленные исследо вания, ориентированные на работу в тропических странах.

В 1980-е и 1990-е гг. в Германии рост интереса к медицинской антропологии продолжался. В 1997 г. в составе Германского обще ства культурной антропологии (Deutsche Gesellschaft fr Volkerknde) была образована рабочая группа по медицинской ан тропологии. В ее состав кроме германских участников вошли иссле дователи из Австрии и Швейцарии, наряду с антропологами – ме дики, психологи, фармакологи. Кроме того, разработка научных проблем медицинской антропологии и ее преподавание – в рамках курсов наук о здоровье или же самостоятельно – началась в других университетах, в том числе в Геттингене, Берлине, Галле и др. В первом десятилетии XXI в. курсы медицинской антропологии в той или иной форме были развернуты в 25 германских университетах на базе институтов культурной и социальной антропологии. Препода вание медицинской антропологии также началось в школах для ме дицинских сестер, акушерок и социальных работников.

Многие научные исследования по медицинской антропологии в современной Германии выполняются при финансовой поддержке самих университетов, а также научных фондов. Это дает исследова телям возможность проводить их на солидной материальной основе, организовывать дальние зарубежные поездки. Выполняемые дис сертации обязаны опираться на оригинальные результаты полевых исследований. Магистерские тезисы, как правило, предполагают проведение шестимесячной работы в поле, а докторские диссерта ции – более длительные по срокам и развернутые за пределами страны исследования.

Традиционно большое число работ немецких антропологов в последние годы посвящено проблемам СПИД, здоровья мигрантов, женщин, репродуктивности и т.д. Систематические полевые иссле дования ведутся в Индии, Южной и Восточной Африке, азиатских странах, Латинской Америке. Не забыты и старые, привычные для германской научной культуры, темы народной медицины, ритуалов целительства, популярных представлений о болезни.

Развитие новых медицинских технологий сделало актуальны ми антропологические исследования, касающиеся социокультурных аспектов трансплантации органов, технологий репродуктивной ме дицины, иммунологии, геномики. Процессы глобализации и вне дрения в практики западной биомедицины приемов врачевания из китайской и тибетской традиций, Аюрведы привело к трансформа ции современной медицинской системы, которая стала более плю ралистичной, гибридизированной. Рассматривая процессы глобали зации медицинских знаний как часть процессов формирования нового глобального ландшафта, Анжелика Вольф (Angelika Wolf) и Виола Хёрбст (Viola Hrbst) предложили для этого ввести специаль ный термин - медикошафт.

Для Вольф и Хёрбст медикошафты – это «разворачивающиеся в глобальных масштабах ландшафты из людей и организаций ши рокого медицинского профиля, которые появляются в конкретных местностях, но в то же самое время связывают между собой другие места, человеческие существа и медицинские учреждения. Эти ландшафты формируются международными поставщиками меди цинской помощи и людьми, нуждающимися в ней, мировой фарма цевтической индустрией, ВОЗ как глобальным поборником биоме дицины, организациями так называемых традиционных целителей, регионально рассеянными практиками целительства и тем, как их воспринимают на удаленном расстоянии, всемирно известными способами врачевания и международными организациями помощи и развития с медицинским уклоном. Они выступают в качестве раз нородных медицинских потоков, пересекающих культурные и на циональные границы, и вызывают изменения на локальных уров нях, имеющие затем глобальный отзвук».

В целом, в начале XXI в. германская медицинская антрополо гия все еще оставалась слабо институциализированной. Сегодня не мецкие медицинские антропологи в большинстве своем рассматри вают свою работу как составную часть более обширной области культурной антропологии, но продолжающаяся трансформация германской системы высшего образования дает неплохие шансы для развития медицинской антропологии в качестве признанной самостоятельной дисциплины. С учетом возрождающегося интереса исследователей к идеям врача, политика и антрополога XIX в. Ру дольфа Вирхова такие шансы весьма велики.

Избранная литература Ackerknecht E. Medicine and Ethnology: Selected Essays. Baltimore: The Johns Hopkins University Press, 1971.

Dilger H. AIDS in Africa: Broadening the Perspectives on Research and Policy Making // Africa Spectrum. 2001. Vol.36 (1). P.5-16.

Dilger H. Sexuality, AIDS, and the Lures of Modernity: Reflexivity and Moral ity among Young People in Rural Tanzania // Medical Anthropology. 2003. Vol. (1). P.23-52.

Ecks S. Bodily Sovereignity as Political Sovereignity: “Self Care” in Kolkata (India) // Anthropology and Medicine. 2004. Vol.11 (1). P.75-89.

Eisenberg L. Rudolf Ludwig Karl Virchow, Where are You Now That We Need You? // American Journal of Medicine. 1984. Vol.77 (3). P.524-532.

Hrbst V., Wolf A. Globalisation of Medicine: An Introduction // Hrbst V., Wolf A. (eds.) Medicine and Globalisation: Universal Pretensions - Local Responses.

Mnster: Lit., 2003. P.3-30.

Hrbst V. Infertility and In-Vitro-Fertilization in Bamako, Mali: Women`s Ex perience, Avenues for Solution and Social Contexts // Curare. 2006. Vol.29 (1). P.35 46.

Pfleiderer B., Bibeau G. (eds.) Anthropologies of Medicine: A Colloquium on West European and North American Perspectives. Braunschweig: Vieweg, 1991.

Schrder E. Ethnomedicine and Medical Anthropology // Reviews in Anthro pology. 1978. Vol.5 (4). P.473-485.

Sterly J. Simbu Plant-lore: Plants Used by the People in the Central Highlands of New Guinea. Berlin: Reimer, 1997. 3 vols.

Sommerfeld J. Medical Anthropology and Infectious Disease Control // Tropi cal Medicine and International Health. 1998. Vol.3. P.993-995.

Wirsing R. Perceptions of German Children and Their Parents on Health, Ill ness and Medicine Use // Trakas D., Sanz E. (eds.) Childhood and Medicine Use in Cross-cultural Perspective. Luxembourg: Office for Official Publications of the Euro pean Communities, 1996.

Wolf A. Morality and Indigenous Concepts of Sexually Transmitted Diseases // Africa Spectrum. 2001. Vol.36 (1). P.97-107.

Wolf A., Ecks S., Sommerfeld J. Medical Anthropology in Germany // Saillant F., Genest S. (eds.) Medical Anthropology: Regional Perspectives and Shared Con cerns. Malden, Ma: Blackwell Publishing, 2007. P.142-161.

9. Италия До 1980-х гг. итальянская медицинская антропология была слабо связана с зарубежными традициями и опиралась на нацио нальные культурно-антропологические и философские теории. Осо бенно сильное влияние имели идеи политической философии Ан тонио Грамши (Antonio Gramsci). При этом тематика итальянских антропологических исследований во многом была продиктована особенностями национальной политической и социальной истории.

В 1860-е гг. Италия стала единым государством, однако дос тигнутая политическая целостность не подкреплялась культурным единством. Особенно сильными оказались культурные различия между индустриально развитым Севером и сельским Югом. Они обусловили знаменитый «меридиональный вопрос», ставший глав ным вопросом итальянской национальной идеентичности. В начале 1920-х гг. противоречиями между рабочим классом Севера и кон сервативным крестьянством Юга воспользовались лидеры итальян ских фашистов, сумевших опереться на силы крестьянства в борьбе с вожаками рабочих партий. Позднее эти противоречия были под робно проанализированы Грамши в его «Тюремных тетрадях», су мевшего с позиций марксизма поставить вопрос о роли крестьян ской культуры итальянского Юга в жизни страны. В годы фашистского правления в Италии активность социальных исследо ваний была минимальна.

Италия почти не имела колоний, поэтому итальянские антро пологи работали в основном в Италии. Лишь в годы правления Мус солини они имели недолгую возможность проводить свои исследо вания в Эфиопии. По этой причине с самого начал «культурно дру гим» для итальянских антропологов были не заморские аборигены, а крестьянство собственной страны.

Уже с середины XIX в. среди итальянских интеллектуалов про явился интерес к проблеме политических институтов. Такие врачи, как Зено Занетти (Zeno Zanetti), во второй половине XIX в. включи лись в дискуссии о реформе системы здравоохранения и стали ак тивными участниками санитарных реформ. Тогда же, как и в других странах, в Италии начала формироваться социальная медицина, лидеры которой обнаружили связь между плохими условиями жиз ни крестьянства и распространением инфекционных болезней. На повестку дня одновременно стали вопросы борьбы с бедностью и «очищения» страны от малярии.

Подобно большинству современников из числа образованных людей Занетти трактовал практики народного целительства как свидетельство предрассудков и суеверий. Для Занетти и других итальянских гигиенистов проблема общественного здоровья имела, прежде всего, политический смысл, а существование народной ме дицины они рассматривали как препятствие на пути развития со временной медицинской науки.

Век спустя ведущий итальянский психиатр Франко Базалья (Franco Basaglia) (1924-1981) также был активным участником соци альных реформ. В 1970-е гг., живя в Триесте, он возглавил движение за демократизацию психиатрии. Базалья критиковал существую щую систему психиатрических больниц и выступал против отчуж дения душевно больных пациентов от общества. По его инициативе в Италии были приняты законы о реформировании психиатриче ских учреждений, и итальянский опыт широко повлиял на интел лектуалов во многих странах – от Франции и Мозамбика до Брази лии и США. Соратники и последователи Базальи, руководствуясь идеями политической философии, превратили существовавшую мо дель социальной психиатрии в транскультурную психиатрию и этнопсихиатрию. Вследствие этого итальянские психиатры стали активно заниматься проблемами внутренней миграции (с Юга на Север), а после 1980 г. – проблемами иностранной миграции. По добно Францу Фанону и до некоторой степени Фуко Базалья пропа гандировал «анти-институциональную философию». Его идеалом было освобождение пациентов от власти психиатрических институ тов и творческая мобилизация душевных сил безумца.

В 1950-е и 1960-е гг. среди итальянских медиков, психиатров и антропологов было много ярких фигур, чьи идеи находили широ кий отклик у образованной общественности. Идея демократизации психиатрии была одной из наиболее привлекательных и привлекла к себе специалистов, чей вклад в становление итальянской меди цинской антропологии считается решающим. В их числе – Эрнесто Де Мартино (Ernesto De Martino) (1908-1965).

Де Мартино – один из видных представителей итальянской «домашней антропологии». Он изучал крестьянские культурные практики в Меццоджиорно (центральная Италия – Д.М.). Подобно другим итальянским исследователям он был политически ангажи рован. Для Де Мартино и колдовство, и различные формы народно го целительства, замешанные на магии, были выражением скрытой формы конфликта между социальными классами. С этих позиций он интересным образом проанализировал ритуалы одержимости у крестьян на Юге страны. Вслед за Грамши Де Мартино рассматри вал их как своеобразный культурный ответ крестьянства на классо вое угнетение и публичную демонстрацию несогласия с ситуацией, которая грозила крестьянам утратой их культурной идентичности.

Ученики Де Мартино составили первое поколение итальян ских медицинских антропологов. В 1970-е и 1980-е гг. среди них видное место занимала Клара Галлини (Clara Gallini), изучавшая народную медицину и феномен заражения в магии и медицине. В 1980-е гг. итальянские медицинские антропологи начали испыты вать сильное влияние своих коллег из США, Канады и Франции.

Видной фигурой во второй половине ХХ в. стал Тулио Сеппил ли (Tullio Seppilli). Его научная карьера, в основном, оказалась свя зана с Перуджей, где после 1955 г. он занялся созданием Института этнологии и антропологии. Создав этот институт, он до 2000 г. был его директором. В центре внимания Сеппилли были крестьянские культуры центральной Италии, а также вопросы сельской миграции в крупные города.

Еще одной важной фигурой является Мариелла Пандольфи (Mariella Pandolfi). Она привнесла в традиционную сферу интереса к крестьянским культурным практикам Юга вопрос о роли специфи чески женских культурных ритуалов. Так, Пандольфи смогла пока зать, что на итальянском Юге с его характерным господством муж ских культурных кодов местные женщины, почти не имевшие права на голос, компенсировали свое культурное безмолвие эмоциональ ной экспрессией и публичной демонстрацией физических страда ний. В результате, тема боли и болезни приобрела у Пандольфи важное гендерно-политическое измерение. Заимствуя у Фуко поня тие «био-власти», Пандольфи с его помощью переосмыслила со временные практики гуманитарной помощи. К их изучению она об ратилась в 1990-е гг., когда начало военных конфликтов на Балканах, породило волны беженцев, хлынувших в Италию, и воз никла необходимость оказания им гуманитарной помощи. В работах Пандольфи 1990-х и 2000-х гг. были глубокого проработаны темы насилия, травмы, жертвы и опыта страдания.

Еще одним крупным демартианцем конца ХХ в. стал Пьеро Коппо (Piero Coppo). В отличие от многих своих коллег он вел свою научную работу за пределами Италии. С 1977 г. он начал свои поле вые исследования в Мали, где с 1984 по 1990 г. возглавлял между народную междисциплинарную группу ученых, изучавших психи ческое здоровье в племенах догонов. Им был создан Центр исследований традиционной медицины в Бандиагаре (Center de re cherche sur la medicine tradicionelle de Bandiagara). В его группе были итальянские и африканские специалисты – антропологи, психоло ги, психиатры, эпидемиологи. Совместными усилиями им удалось дать объяснение причин эпидемии душевных расстройств, распро странившейся в деревнях догонов. Коппо доказал, что ее корни ле жат в экономических и политических трансформациях, вызываю щих кризис старых личных и общественных ритуалов и распад тра диционного символического порядка. Выводы Коппо и его группы оказались крайне полезными для работы врачей-клиницистов, оза боченными тем, чтобы понять локальные интерпретации болезни у догонов.

В 1990 г. Коппо вернулся в Италию и основал там группу под держки исследований в области медицинской антропологии – Organizzazione Interdisciplinare Sviluppo e Salute/ORISS. В 1996 г. он опубликовал короткий трактат «Этнопсихиатрия», в котором выра зил свои ключевые представления, касающиеся данной области. Ра бота Коппо, воплощающего в своих исследованиях заветы Базальи и Де Мартино, связана последнее время с анализом процессов модер низации на африканские общества. Он ставит своей задачей объяс нить, как происходит процесс формирования идентичности афри канца, оказавшегося лишенным связи с привычными условиями жизни.

Последние годы в итальянской медицинской антропологии наметились серьезные перемены. Они связаны с приходом в науку нового поколения исследователей, таких, как Андреа Капрара (An drea Caprara), Пино Шириппа (Pino Schirippa), Антонелла Крудо (Antonella Crudo) и др. Многие из них получили хорошую подготов ку за пределами Италии и усвоили идеи зарубежной антропологии.

К тому же, они часто участвуют в международных научных проектах и ведут свои исследования в других странах, что делает их взгляды более свободными от национальных традиций антропологии. Вме сте с тем, большинство итальянских антропологов все еще редко публикуются в зарубежных журналах и придерживается проверен ных временем идей «домашней антропологии».

Формирование профессионального сообщества итальянских медицинских антропологов произошло в 1980-е гг. Толчком к этому стала национальная конференция итальянских антропологов в 1983 г. в Пезаро. В 1988 г. было образовано Итальянское общество медицинской антропологии, а в 1996 г. оно было вновь воссоздано как Rivista della Societa italiana di antropologia medica. В Италии в настоящее время издается три журнала по медицинской антрополо гии – I Fogli dei ORISS, Antropologia Medicale и Rivista di Scienze Transculturali. Активизирована работа антропологов в сфере клини ческой практики, а также в сфере изучения и оказания помощи ино странным рабочим, беженцам и эмигрантам.

Избранная литература Pandolfi M. Medical Anthropology in Europe: The State of the Art. Italy // Medical Anthropology Quarterly. 1986. Vol.17 (4). P.90-91.

Pandolfi M. Boundaries Inside the Body: Women’s Suffering in Southern Peasnt Italy // Culture, Medicine, and Psychiatry. 1990. Vol.14 (2). P.253-271.

Pandolfi M., Bibeau G. Suffering, Politics, Nation: A Cartography of Italian Medical Anthropology // Saillant F., Genest S. (eds.) Medical Anthropology: Regional Perspectives and Shared Concerns. Malden, Ma: Blackwell Publishing, 2007. P.122 141.

10. Испания Развитие медицинской антропологии в Испании во многом определяется спецификой политических и культурных процессов на европейском континенте. С началом формирования в послевоенной Европе так называемых государств «благоденствия» перед чинов никами здравоохранения встала задача дать оценку здоровья насе ления своих стран. Вследствие этого особую важность получили ко личественные методы исследований и эпидемиологический анализ.

Напротив, качественные методы, как и методология «культурализ ма» в целом, которые были приняты в США, здесь не имели особого значения.

В Испании вплоть до 1980-х гг. «медицинская этнография»

была маргинальной областью знания в рамках медицинской науки.

Ее предметом был медицинский фольклор, порождаемый самими же докторами. В свою очередь, испанские антропологи традиционно слабо интересовались медицинскими проблемами, уделяя внимание лишь магии и шаманизму. Антропологи избегали вторгаться в те сферы, которые принадлежали профессиональным медикам. Си туация изменилась лишь в последние 30 лет. Тем не менее некото рые истоки современной медицинской антропологии в Испании уходят в более раннее время.

После открытия Нового света Колумбом испанские авторы со ставили много этнографических сведений об индейских обществах, в том числе описания местных болезней, используемых лекарств и приемах врачевания. В XIX в. в связи с утратой Испании контроля над своими бывшими американскими колониями количество таких описаний сократилось. При этом стало расти число работ, опублико ванных собирателями фольклора в самой Испании. В 1883 г. одно из этнографических обществ, именуемое El folklore castellano, провело обширную работу по изучению представлений местных докторов с целью выявить их отличие от народных взглядов относительно до машнего лечения, используемых лекарств, заклинаниях и названиях болезней.

Большое влияние на развитие испанской этнографии в конце XIX в. оказала германская научная культура. Как и в Германии, ис панские исследователи постарались обнаружить свой собственный испанский «народный дух». На этом пути ими были выявлены не которые интересные культурные феномены, в том числе так назы ваемая «народная медицина». Такого рода германское влияние имело место вплоть до конца второй мировой войны.

В послевоенный период в сознание испанских антропологов проникли некоторые американские научные идеи. В 1949 г. Испа нию посетил Джордж Фостер, которого интересовал вопрос о соот ношении испанской медицины Золотого века и медицинских зна ний Нового света. После этого еще в течение 20 лет небольшая группа англо-американских антропологов продолжала здесь свою работу. В тесном контакте с ними работал Хулио Каро Баройя (Julio Caro Baroja), который опубликовал работу о колдовстве и инквизи ции в Испании.

До середины 1970-х гг. в Испании господствовал полуфашист ский военный режим генерала Франко, поэтому влияние американ ского «культурализма» оставалось незначительным. Среди испан ских интеллектуалов, однако, имели хождение некоторые марксистские идеи из Франции, а также концепции, сформулиро ванные британскими социальными антропологами. Первые опыты создания антропологических центров были малозначительными. В 1960 г. в Мадриде Эстева Фабрега (Esteva Fabregat) создал Школу антропологических исследований (Escuela de Estudios Antopologicos), а в 1969 г. он же начал преподавать антропологию в университете Барселоны. Главные события развернулись после 1975 г.

В 1975 г. пал режим Франко, и в стране начались широкие со циальные реформы. Подверглась реформированию и система здра воохранения, которая была призвана стать более демократичной и доступной народу. В этой связи актуальными стали различные фор мы изучения общественного здоровья и исследования народной «низовой» медицины. Свой вклад в развернувшиеся дискуссии вне сли антропологи, историки и социологи.

В 1978 г. антрополог Луис Малар (Lluis Mallart), долгие годы работавший в Париже, опубликовал работу о болезнях, вызываемых колдовством в Камеруне. Она не оставила больших следов в созна нии образованного испанского общества, поскольку африканская проблематика для Испании, как страны не имевшей серьезных инте ресов в Африке, была мало актуальной. Более важную роль сыграли работы Кармело Лисона (Carmelo Lison), учившегося у Эдварда Эван са-Причарда в Оксфорде. В начале 1970-х гг. он стал изучать фено мен одержимости в Галисии, связав темы болезни, колдовства и на родного врачевания. В 1976 г. его ученица Мария Катедра (Maria Catedra) развернула аналогичные исследования в Астурии и своих работах поставила серию вопросов о восприятии болезни, смерти и суицида глазами маргинальных групп сельского населения.

В те же годы свое слово сказали испанские историки. Начали печататься книги по истории различных медицинских традиций, существовавших когда-либо на Пиренейском полуострове, что при вело к постановке вопроса о медицинском плюрализме и необходи мости рассматривать медицину как особую форму культуры. В рам ках социологии развернулись исследования, касающиеся здоровья и благополучия современных маргинальных городских слоев, и авто ры этих публикаций активно черпали свое вдохновение из трудов американских социологов, в особенности таких, как Ирвин Гофман.

Активность, охватившая различные группы антропологов, ис ториков и социологов, привела к сближению их интересов и живому обмену идеями. Была актуализирована новая проблематика, кото рая стала восприниматься как общее дело для всех испанских соци альных исследователей. К началу 1980-х гг. тема медицинского фольклора стала восприниматься как отжившая свой век. Символом становления новой дисциплины стала книга «Медицинская антро пология в Испании», вышедшая в 1980 г. в Барселоне под редакци ей Майкла Кенни (Michael Kenny) и Хесуса де Мигеля (Jesus de Mi guel).

Кенни и Мигель провозгласили медицинскую антропологию новой полезной формой социального знания о здоровье. При этом они не проводили различия между медицинской антропологией и медицинской социологией. Их книга быстро стала популярной как в самой Испании, так и в испано-язычных странах Латинской Амери ки. На повестку дня для испанских антропологов вышли вопросы о проведении полевых исследований в клинической среде.

В самом начале 1980-х гг. появилась целая серия ярких работ, авторы которых приоткрыли новые темы для обсуждения. В 1982 г.

была напечатана диссертация Ориола Романи (Oriol Romani) о по треблении марихуаны в Барселоне в последние годы существования франкистского режима и сразу после его падения. Марта Аллуе (Marta Allue) выпустила серию статей о похоронных ритуалах и культурных контекстах смерти и страдания. В 1986 г. Хосе Мария Комеллес (Josep Maria Comelles) под влиянием идей американских, французских и итальянских авторов издал работу о необходимости деинституциализации психиатрических лечебниц.

Комеллес, занявшийся продвижением медицинской антропо логии в университете Таррагоны, скоро занял лидирующие позиции в рамках новой области. Вместе со своими коллегами он высказался против устоявшегося к тому времени разграничения между «народ ной» и «ученой культурами», предложив подход, основанный на идее плюрализма культурных ресурсов и терапевтических маршру тов, которым следуют люди, имеющие проблемы со здоровьем.

В 1981 г. университете Таррагоны начал преподаваться первый в Испании курс медицинской антропологии. Но его появление не нашло серьезного отклика в других университетах страны. В 1982 г.

испанские антропологи провели первый международный симпози ум по проблемам медицинской антропологии. Началась работа по установлению международного научного сотрудничества в этой об ласти. Особенно успешно удалось его наладить с коллегами из Ита лии и Мексики. Последовали и многочисленные публикации, авто рами которых наряду с антропологами часто были профессиональные медики.

Вступление Испании в Евросоюз привело к изменению соци ально-экономической ситуации в стране. Традиционные связи Ис пании со странами Латинской Америки отчасти отошли на второй план, в то время как более значимыми стали вопросы, связанные с миграцией рабочей силы в объединенной Европе, ростом числа иностранцев, в том числе из-за пределов Европы, и влияние этих процессов на здоровье. Возникла необходимость сопоставить пред ставления об одних и тех же болезнях для представителей разных культур. Большое значение получила тема психических расстройств, порожденных погружением в инокультурную среду. Это дало повод активизировать дискуссии по вопросам культурной психиатрии и этнопсихиатрии. На этой волне в 2000 г. доктор Хосеба Ацотегуй (Joseba Atxotegui) создал в Барселоне психиатрическую службу для мигрантов.

Экономический рост в стране повлек за собой уменьшение числа острых инфекционных болезней, тогда как большое значение стали иметь хронические заболевания. Важное место заняли дис куссии о правах инвалидов. В 1996 г. в Париже Марта Аллуе опубли ковала исследование о женщинах-инвалидах, сочетая автобиогра фические наблюдения с этнографическими исследованиями в ожоговом центре. Ее книга стала источником вдохновения для ис панских медицинских сестер, студенток медицинских факультетов и радикальной испанской этнографии. В 2003 г. в Барселоне она же выпустила новое сочинение, посвященное различию в восприятиях инвалидности, и продолжила дискуссию о равенстве и различиях.

В конце 1990-х гг. Хавьер Аллуе (Xavier Allue) сосредоточился на проведение этнографических исследований в медицинских уч реждениях, и наряду с этим появились тексты других антропологов о профессиональной деятельности педиатров, гинекологов и психи атров. В 1996 г. Хосе Урибе (Jose Uribe) подготовил работу о транс формации системы здравоохранения в регионе, населенном баска ми. Параллельно с этим появились и другие исследования о плюрализме в сфере охраны здоровья. Актуальными темами для испанских медицинских антропологов в 1990-е гг. стали также темы потребления наркотиков (кокаина и героина), наркозависимого по ведения, СПИД, гендере, сексуальности и телесности.

Не смотря на новые тенденции в испанском обществе, вызван ные интеграцией в единую Европу и ростом мультикультурализма, судьбы медицинской антропологии в испанских университетах по прежнему остаются не до конца проясненными. Политика обеспе чения равного доступа к медицинской помощи для всех групп насе ления ставит перед испанскими властями и обществом новые не простые вопросы, однако власти не спешат с финансированием медико-антропологических исследований, и многие из них осущест вляются на личном энтузиазме ученых. Курсы по медицинской ан тропологии введены далеко не во всех университетах, но количество социально-гуманитарных исследований по проблемам здоровья в первом десятилетии XXI в. продолжает возрастать.

Избранная литература Comelles J.M. Psychiatric Care in Relation to the Development of the Contem porary State: The Case of Catalonia // Culture, Medicine and Psychiatry. 1991. Vol. (2). P.193-217.

Comelles J.M. The Role of Local Knowledge in Medical Practice: A Trans Historical Perspective // Culture, Medicine and Psychiatry. 2000. Vol. 24 (1). P.41 75.

Comelles J.M., Perdiguero E., Martinez-Hernaez A. Topographies, Folklore, and Medical Anthropology in Spain // Saillant F., Genest S. (eds.) Medical Anthro pology: Regional Perspectives and Shared Concerns. Malden, Ma: Blackwell Publish ing, 2007. P.103-121.

Foster G. Hippocrates’ Latin American Legacy: Humoral Medicine in the New World. Amsterdam: Gordon and Breach, 1994.

Mallart L. Witchcraft Illness in the Eyuzock Nosological System // Culture, Medicine and Psychiatry. 1978. Vol.2 (4). P.373-396.

Martinez-Hernaez A. What’s Behind the Symptom? On Psychiatric Observa tion and Anthropological Understanding. Amsterdam: Harwood Academic Publish ers, 2000.

Perdiguero E. Healing Alternatives in Alicante, Spain, in the Late Nineteenth and Late Twentieth Centuries // Gijswjt-Hofstra M., Marland H., de Waardt H. (eds.) Illness and Healing Alternatives in Western Europe. London: Routledge, 1997. P.205 223.

11. Нидерланды Современные Нидерланды можно с некоторыми оговорками считать страной антропологов. До недавнего времени эта маленькая европейская страна была крупной колониальной империей, и про тестантские миссионеры из нее активно действовали в разных час тях света, прежде всего, в Индонезии, Суринаме и Южной Африке.

Наряду с миссионерами в колониях активно работали доктора и ме дицинские сестры. Написанные ими многочисленные работы не редко содержали в себе описания «чужих культур» и имели антро пологический статус. После того, как Нидерланды утратили свои заморские владения, голландские исследователи вынуждены были перенести свои исследования на отечественную почву, практикуя своего рода «домашнюю антропологию».

Характерно, что в 1950-е и 1960-е гг. работы, обсуждающие проблемы телесности, здоровья, болезни и медицины не считались «антропологическими». Тем самым корни современной медицин ской антропологии в Нидерландах во многом берут начало в трудах авторов, мало тогда знакомых антропологам.

В современных Нидерландах – много авторов, пишущих на около медицинские темы. В зависимости от ситуации и институцио нального контекста они могут рассматривать себя как медицинских антропологов или медицинских социологов, а также как социаль ных работников, медицинских историков и т.д. Можно считать, что современная медицинская антропология в Нидерландах является «эластичной» областью знания.

Медицинская антропология широко преподается в нидерланд ских университетах. Ведущий центр находится в университете Ам стердама, но активные исследования ведутся также в Лейдене, Ут рехте, Маастрихте, Ниймегене, Твенте, Свободном университете Ам стердама и др. Специальная кафедра (юнит) медицинской антропо логии в Амстердаме была открыта в 1990 г., и с тех пор на ней успели проработать 5 профессоров. С приходом на кафедру в 1994 г.

профессора Сьяака ван дер Гиста (Sjaak va der Geest) кафедра обрела свое современное научное лицо. Крупными исследователями в Ам стердаме являются также Стюарт Блум (Stuart Blume), Корлин Вар кевиссер (Corlien Varkevisser), Эльс ван Донген (Els van Dongen), Анита Хардон (Anita Hardon), Ольга Амстердамска (Olga Amsterdamska). В Утрехете это Аннемиек Рихтерс (Annemiiek Rich ters), в Масстрихте – Бернике Пасвир (Bernike Pasveer), в Твенте – Аннемари Моль (Annemarie Mol), в Ниймегене – Феннеке Рейсоо (Fenneke Reysoo).

Преподавание курса медицинской антропологии для студен тов-антропологов в Амстердаме началось в 1978 г. Впоследствии этот курс стал читаться и для студентов других специальностей. На ряду с этим стали преподаваться такие дисциплины, как «Здоровье и прогресс», «Антропология и психиатрия», «Гендер и репродук тивное здоровье», «Медицина и научная динамика», «Антрополо гия возраста», «Антропология инфекционных болезней», «Антро пология и эпидемиология», «Антропология и детство», «Этнография здоровья и здравоохранения» (в Африке, Азии, Евро пе) и др. В 1997 г. в Амстердаме была открыта международная маги стерская программа по медицинской антропологии.

За последние 25 лет в Амстердаме было защищено более диссертаций и 100 магистерских работ по медицинской антрополо гии. Среди разнообразия научных тем, избираемых начинающими исследователями, наибольшее распространение получили шесть следующих:

1. Представления и практики, касающиеся здоровья и болезни, а также формы социального ответа на СПИД, малярию, туберкулез и др. болезни.

2. Социальные, культурные и исторические контексты разви тия медицинского знания и техники, в том числе иммунизация и производство лекарств.

3. Гендер, репродуктивное здоровье и популяционная политика.

4. Хронические заболевания, старение, проблемы пожилых людей и забота о них.

5. Проблемы психического здоровья.

6. Проблемы охраны общественного здоровья, здравоохране ние, социальные реформы в сфере здравоохранения, роль в них об щественности и медицинских учреждений.

Исследователи из Нидерландов публикуют большое число ра бот по медицинской антропологии. Юнит в Амстердаме c 1989 г. из дает журнал «Medische Antropologie», в котором печатаются статьи на голландском и английском языках (журнал доступен для чтения в Интернете). Кроме того, выходят три книжные серии: «Здоровье, культура и общество», «Современные проблемы репродуктивного здоровья», «Социальные исследования по употреблению наркоти ков». Наряду с монографиями издаются разнообразные научные сборники и коллекции текстов. Панорама этих исследований об ширна – от анализа проблем репродуктивного здоровья женщин мигрантов из Азии до культурных последствий распространения контрацептивов, от вопросов, связанных с практиками помощи по жилым людям, до конфликтов западных производителей лекарств с локальными традициями врачевания.

В последние годы – налицо тенденция усиления прикладного характера медико-антропологических исследований. Продолжает возрастать роль «домашней антропологии», увеличивается число работ, посвященных изучению хронических заболеваний, проблем пожилых людей и здоровья мигрантов. В виду того, что на первый план все больше выходят именно эти темы, все более важным ста новится взаимодействие между медиками, медицинскими антропо логами и пациентами.

Избранная литература Adome R.O., Whyte S.R., Hardon A. Popular Pills: Community Drug Use in Uganda. Amsterdam: Het Spinhus Publishers, 1996.

Amsterdamska O., Hiddinga A. The Analysed Body // Pickstone J., Cooter R.

(eds.) Medicine in the Twentieth Century. London: Harwood Publishers, 2000.

P.417-433.

Blume S., Geesink I. Vaccinology: An Industrial Science? // Science as Culture.

2000. Vol.9 (1). P.41-72.

Blume S. Testing and Empowerment: On the Boundary Between Hearing and Deafness // Medische Antropologie. 2002. Vol.14 (1). P.55-69.

Gibson D. Negotiating the New Health Care System in Cape Town, South Af rica // Medical Anthropology Quarterly. 2001. Vol.15 (4). P.515-532.

Gijswjt-Hofstra M., Marland H., de Waardt H. (eds.) Illness and Healing Al ternatives in Western Europe. London: Routledge, 1997.

Hardon A. (ed.) Beyond Rhetoric: Participatory Research on Reproductive Health. Amsterdam: Spinhuis, 1998.

Krumeich A. The Blessing of Motherhood. Health, Pregnacy and Child Care in Dominica. Amsterdam: Het Spinhus Publishers, 1994.

Mol A. The Body Multiple. Ontology in Medical Practice. Durham, NC: Duke University Press, 2002.

Van der Geest S. (eds). The Art of Medical Anthropology Readings. Amster dam: Het Spinhus Publishers, 1998.

Van der Geest S. A Cultural Fascination with Medicine: Medical Anthropology in the Netherlands // // Saillant F., Genest S. (eds.) Medical Anthropology: Regional Per spectives and Shared Concerns. Malden, Ma: Blackwell Publishing, 2007. P.164-182.

Учебное издание Дмитрий В. Михель МЕДИЦИНСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ:

ИСТОРИЯ РАЗВИТИЯ ДИСЦИПЛИНЫ Учебное пособие Работа издана в авторской редакции.

Оригинал-макет: С. Берднов.

Подписано в печать 00.00.2010. Формат 60х84 1/16.

Гарнитура Георгия. Уч.-изд. л. 3,36. Усл.-печ. л. 4,88 (5,25).

Тираж 300. Заказ 455.

Издательство «Техно-Декор», Саратов, Московская, (8452) 26-38-

Pages:     | 1 ||
 

Похожие работы:


 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.