авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 ||

Нейрофизиологический анализ механизмов слухового восприятия в норме и при патологии центральной нервной системы

-- [ Страница 2 ] --

ВС ВС АКМ АКМ МПР МПР латентность, с амплитуда, мкВ латентность, с амплитуда, мкВ латентность, с амплитуда, мкВ N100 0,091 ± 0,010 -1,7 ± 0,9 0,112 ± 0,024 -1,9 ± 1,5 0,096 ± 0,006 -1,8 ± 1, N200 0,227 ± 0,026 -2,5 ± 1,4 0,308 ± 0,048 -2,6 ± 1,5 0,235 ± 0,003 -5,9 ± 9, P300 0,426 ± 0,054 2,7 ± 0,9 0,418 ± 0,022 4,01 ± 2,06 0,434 ± 0,021 4,12 ± 1, (m±n), где m – среднее значение, n – стандартное отклонение Введение инструкции «считать низкие звуки» приводило к изменению значений латентности и амплитуды компонентов на всех стадиях восстановления сознания. Наиболее “реактивной” была латентность. Для компонента N100 ее различия между ситуациями прослушивания и счета достигали статистически значимых величин: на стадии ВС она достоверно уменьшалась (t(30)= 2,73, p0,01) и на стадии МПР – увеличивалась (t(33)=4,99, p0,001) при «счете» по сравнению с прослушиванием. Для N200 - на всех стадиях восстановления сознания, уменьшаясь на стадии ВС (t(30)=-2,82, p0,01) и МПР (t(33)=-2,63, p0,01) и увеличиваясь на стадии АКМ (t(27)=8,1, p0,001) в задаче «счета» по сравнению с прослушиванием. У компонента Р300 на стадиях АКМ отмечено достоверное уменьшение латентности (t(27)=4,6, p0,01) и на стадии МПР ее увеличение (t(33)=-3,19, p0,003) при инструкции считать. Кроме того, у компонента Р300 на стадии МПР отмечено достоверное увеличение амплитуды при введении инструкции «считать» звуки (t(33)=2,7, p0,01), тогда как для N100 и N200 достоверных различий амплитуды между экспериментальными ситуациями не выявлено.

Наличие покомпонентных амплитудно-временных различий параметров компонентов СВП между состояниями, хотя и отличные от нормы, свидетельствует о специфических нейродинамических изменениях ЦНС, предполагающих внутреннюю деятельность (счет) у пациентов.

На стадии ВС можно отметить особенности амплитудно-временных показателей ответа, свойственные разной степени последующего восстановления сознания. У пациентов с последующим относительно быстрым восстановлением сознания до ясного СВП уже в первом исследовании в период от 1 до 4 месяца после травмы характеризовались наличием всех компонентов N100, N200 и Р300 в обеих ситуациях. Следует отметить, что наибольшие изменения характерны для компонента N100 и Р300 в виде достоверного снижения латентности компонентов.

В отдаленном периоде после травмы (несколько лет после травмы) СВП также характеризовались наличием всех трех компонентов, при этом при инструкции считать, по сравнению с прослушиванием, отмечено уменьшение латентности N100 и увеличение амплитуды Р300.

У пациентов с крайне замедленным и неполным восстановлением сознания (до дезинтеграции речи) СВП также характеризовался наличием всех трех компонентов. Однако при инструкции «считать» отмечено увеличение латентности компонентов N100 и Р300.

МР-трактография пациентов данной группы выявила разной степени дегенерацию волокон мозолистого и кортикоспинального тракта, более выраженную на контралатеральной по отношению к неврологической симптоматике стороне.

У пациентов с последующим восстановлением сознания лишь до уровня понимания речи (МПР), все рассматриваемые компоненты СВП хотя и выделялись на стадии ВС, различия их характеристик на стандартный и целевой тона отсутствовали. Инструкция «считать» приводила к некоторому улучшению выделения компонента N100 – как на стандартный, так и на целевой тоны.

Однако, отмечаемая при этом большая амплитуда ответа носила статистически незначимый характер. При этом характеристики компонентов N200 и Р300 оставались без изменения. На стадии фиксации взора и слежения (АКМ) у таких больных появлялись различия СВП между целевым и стандартным тоном с улучшением выделения на целевой тон в ситуации «прослушивания» звуков. Введение инструкции «считать» вело к более отчетливому выделению компонентов N100, N200 и Р300 в ответ на стандартный тон, тогда как на целевой они или не менялись, или проявлялись менее отчетливо.

У больных с необратимым БС (оставшихся в ВС или АКМ) наблюдалась вариативная динамика изменений СВП. У одного пациента в первом исследовании длиннолатентные компоненты СВП выделить не удалось. В последующем, через полтора года после травмы, хотя пациент оставался в состоянии акинетического мутизма, обнаруживались компоненты N100 и N200 в правой лобно-центральной области при прослушивании звуков – в ответ на стандартный тон, однако, на целевой тон ни один из рассматриваемых компонентов выделен не был.

У остальных пациентов в первом исследовании (на стадии ВС) рассматриваемые компоненты СВП выделялись достаточно отчетливо в обеих ситуациях. Однако, при динамическом наблюдении отмечено, что введение инструкции «считать» вело к ухудшению выделения ответа, хотя при прослушивании звуков регистрировались практически идентичные ответы на целевой и стандартный тон. Подобные изменения сохранялись на протяжении длительного времени.

При сопоставлении с данными МРТ-трактографии пациентов с хроническим бессознательным состоянием у этих пациентов было отмечено обеднение волокон мозолистого тела (феномен тотального “облысения” мозолистого тела), а также кортикоспинальных трактов [Захарова Н.Е. с соавт., 2010]).

Сравнительный анализ корреляции амплитудно-временных показателей СВП с исходом БС по коэффициенту Спирмена показал, что она несколько чаще значима по амплитуде компонентов по сравнению с латентностью. Больше достоверных корреляций выявляется для амплитудно временных характеристик компонентов N100 и N200. Кроме того, значения коэффициентов корреляции в задачах с инструкцией «считать тоны» несколько выше, чем при прослушивании звуков без инструкции. Связь с исходом при инструкции считать звуки характерна для показателей СВП, зарегистрированных в левом полушарии, тогда как при прослушивании звуков без инструкции – для сагиттальных отведений.

Сравнительный анализ вызванной синхронизации/десинхронизации и вайвлет синхронности коротких отрезков ЭЭГ у здоровых испытуемых при прослушивании музыкальных отрывков Анализ вызванной синхронизации/десинхронизации (ERS/ERD) у здоровых испытуемых показал, что в диапазоне медленных («регуляторных») ритмов состояния (от 1 до 8 Гц) значимых отличий при прослушивании знакомых и незнакомых мелодий не было, тогда как в диапазоне частых («рабочих») ритмов (от 8 до 15 Гц) они проявлялись в левом полушарии. При прослушивании знакомой мелодии выявлена достоверно большая вызванная десинхронизация в левой лобно-височной области (=4,35, df=1, p=0,04), левой теменно-височной области (=6,93, df=1, p=0,01) и левой височной области (=7,38, df=1, p=0,01) по сравнению с прослушиванием незнакомой мелодии. Причем это характерно как для инструментальных мелодий, так и для песен.

Анализ ERS/ERD при эмоциональной оценке мелодий выявил три категории изменений, которые имеют специфические особенности, если мелодии понравилась, не понравилась и оставила равнодушной. Причем, как и в случае узнавания мелодии, отмеченные изменения характерны и для инструментальных, и для песенных мелодий. Если мелодия не нравится или оставляет равнодушной, то синхронизации в обеих анализируемых частотных полосах преобладает в левой лобно-височной области (=6,25, df=2, p=0,04). Когда мелодия вызывает положительные эмоции (нравится), то отмечается десинхронизация также в обеих анализируемых частотных полосах в левой височной области (=7,25, df=2, p=0,03). Если мелодия оставляет равнодушной, выявляется вызванная десинхронизация в диапазоне «рабочих» ритмов (от 8 до Гц) в затылочной области. Синхронизации же в данном регионе совпадает с наличием положительных эмоций в оценке мелодии ( = 6,81, df=2, p=0,03).

Особенности вайвлет-синхронности у здоровых испытуемых при прослушивании музыкальных отрывков У здоровых испытуемых при прослушивании инструментальной музыки отмечается большие, по сравнению с фоном, показатели вайвлет-синхронности в левой лобной и правой теменной области. Абсолютные значения вайвлет-синхронности имеют максимальные значения в правой задневисочной области. Анализ индивидуальных особенностей интегрального коэффициента вайвлет-синхронности (ИКВС) выявил, что при прослушивании песенных мелодий отмечалось повышение вайвлет-связей между лобными и височными отделами левого полушария.

Это соответствовало усилению вайвлет-синхронности в правых височных областях и лобно центральной области.

При узнавании песенной мелодии так же, как и в случае инструментальной мелодии, отмечено сходное расположение топографии вайвлет-связей во всех наблюдениях с большими значениями в лобных отделах при прослушивании тех мелодий, которые имели негативные характеристики, т.е. были «не узнаны» и «не понравились».

Специфические изменения вайвлет-синхронности у пациентов с ЧМТ на ранних стадиях восстановления сознания (в вегетативном состоянии и мутизме) при прослушивании музыкальных отрывков Индивидуальный анализ изменений вайвлет-связей в ответ на сложные слуховые стимулы у пациентов с ЧМТ выявил определенные закономерности, которые могут быть использованы в прогнозе восстановления сознания и служить отправной точкой для дальнейших исследований.

У пациентом в обратимым бессознательным состоянием при прослушивании музыкальных отрывков уже на стадии вегетативного состояния усиление вайвлет-связей происходило в тех же зонах, что и у здоровых испытуемых. Однако, количество вайвлет-связей было больше в случае наиболее благоприятного исхода болезни. Кроме того, при более благоприятном исходе наблюдалась большая структурированность вайвлет-связей.

Абсолютные значения вайвлет-синхронности обнаруживали более низкие, по сравнению с нормой, значения. В случае наиболее благоприятного исхода ВС на топограммах абсолютных значений вайвлет-синхронности ее максимум располагался в более задних отделах (теменная область) по сравнению с менее благоприятным, хотя и обратимым ВС, где усиленная вайвлет синхронность тяготела к передним областям.

У пациентов с минимальными проявлениями сознания при прослушивании мелодий значения ИКВС по сравнению с фоном имели сходные показатели на все предъявляемые музыкальные отрывки. Выявлено очень локальное повышение вайвлет-связей относительно фона в левой височно-теменной области при диффузном снижении всех остальных связей. Анализ абсолютных значений вайвлет-синхронности выявил достаточно локальное увеличение вайвлет синхронности в левой лобно-височной области. При этом также оказалось невозможным выделить отличия между значениями и топографией вайвлет-синхронности, выявляемой при прослушивании разных мелодий.

При прослушивании песенных мелодий также отмечался достаточно сходный тип реагирования на все предъявляемые мелодии. Следует отметить, что в отличие от инструментальных мелодий, при прослушивании песен отмечалось увеличение вайвлет-связей левой лобно-височной области (что, вероятно, соответствует речевым зонам) с другими областями коры. Наибольшее число связей отмечалось между левой лобно-височной и правой теменной областями. Вместе с тем, стоит отметить отсутствие различий вайвлет-связей при прослушивании разных мелодий.

Анализ абсолютных значений вайвлет-синхронности выявил, что ее увеличение происходит в правой височно-лобной области. При этом так же, как и в случае инструментальных мелодий, отличий между ответами на разные песенные мелодии не было.

Рисунок 3. Схематичное изображения изменения ИКВС и абсолютных значений вайвлет-синхронности при прослушивании музыки в норме и при разном исходе травматической болезни: ОБС – обратимое бессознательное состояние, НБС – необратимое бессознательное состояние, МПС – минимальные проявления сознания (неполный регресс бессознательного состояния).

У пациентов с необратимы бессознательным состоянием при прослушивании инструментальных мелодий отмечается усиление вайвлет-связей между левой лобной и правой височной областями. Причем, подобное усиление вайвлет-связей отмечалось на все предъявляемые мелодии. Подобное усиление вайвлет-связей наблюдалось так же и у здоровых испытуемых. Однако, если в норме при этом абсолютные значения вайвлет-синхронности имели максимальные значения в правой височной области, то при НБС максимальные значения вайвлет синхронности наблюдались в лобной и лобно-полюсной области.

При прослушивании песенных мелодий у пациентов с необратимым БС отмечалось усиление вайвлет-связей между лобной и теменной областью преимущественно правого полушария. Это сопровождалось резким снижением вайвлет-связей в левой теменной области. Только на одну из мелодий отмечалось формирование вайвлет-связей, сходных с таковыми у здоровых испытуемых.

Однако, во всех случаях абсолютные значения вайвлет-синхронности имели наибольшие значении в передних отделах полушарий.

Анализ вайвлет-синхронности коротких отрезков ЭЭГ у здоровых испытуемых и пациентов с посттравматическим угнетением сознания при восприятии имен Поскольку собственное имя может быть особо значимым для пациентов с угнетением сознания, именно на оценку реакции на свое имя делался акцент и у здоровых испытуемых.

Анализ вайвлет-синхронности коротких отрезков ЭЭГ в ответ на имена у здоровых испытуемых Анализ ИКВС выявил, что в ответ на все имена, включая собственное, у здоровых испытуемых происходило усиление вайвлет-связей между правой лобной и левой теменной областью по сравнению с фоном. В случае же прослушивания имени, вызывающего отрицательные ассоциации дополнительно отмечается снижение вайвлет-связей между височными областями обоих полушарий. Анализ абсолютных значений вайвлет-синхронности выявил ее более высокие значения на собственное имя, и имя, оцененное положительное. Хотя область наиболее высоких абсолютных значений вайвлет-синхронности была во всех случаях идентична – лобно-центральная и правая височная.

Рисунок 4. Схематичное изображения изменения ИКВС и абсолютных значений вайвлет синхронности в ответ на имена (включая собственное) у здоровых испытуемых и при разном исходе травматической болезни: ОБС – обратимое бессознательное состояние, НБС – необратимое бессознательное состояние, МПС – минимальные проявления сознания.

Анализ вайвлет-синхронности коротких отрезков ЭЭГ в ответ на имена у пациентов с посттравматическим угнетением сознания У пациентов с обратимым бессознательным состоянием уже на стадии вегетативного состояния оценка ИКВС выявила усиление вайвлет-связей, характерных также для нормы – между лобной и теменной областями. Однако, в отличие от таковых у здоровых испытуемых, выявленные вайвлет-связи носили преимущественно хаотичный характер. Топография абсолютных значений вайвлет-синхронности выявила ее увеличение в областях, также характерных для нормы, однако, с более низкими абсолютными значениями, чем у здоровых испытуемых. Кроме того, у пациентов с ОБС отмечены вайвлет-связи между лобной и теменной областью, что так же имело место у здоровых испытуемых. При этом в большей степени были выражены вайвлет-связи между левой лобной и левой теменной областями, тогда как в норме преобладали диагональные связи между правой лобной и левой теменной зонами.

У пациентов с минимальными проявлениями сознания анализ изменений вайвлет-связей коротких отрезков ЭЭГ при прослушивании имен выявил снижение вайвлет-связей лобных отделов с другими областями и повышение вайвлет-связей теменной области левого полушария с теменной и височной областью правого полушария. Анализ абсолютных значений вайвлет синхронности показал, что на все имена выявлялась вайвлет-синхронность в теменно-височной области левого полушария. Отличия вайвлет-синхронности коротких отрезков ЭЭГ в ответ на разные имена носили только количественный характер – максимальные значения отмечалось на собственное имя, тогда как качественно (топография) была сходной при прослушивании всех имен.

У пациентов с необратимым бессознательным состоянием анализ изменений абсолютных значений вайвлет-синхронности коротких отрезков ЭЭГ выявил диффузное снижение регистрируемых вайвлет-связей по сравнению с фоном на все предъявляемые имена. Кроме того, в ответ на некоторые имена отмечено повышение вайвлет-связей между левой височной и правой лобной и теменной областями. Анализ абсолютных значения вайвлет-синхронности показал диффузное усиление вайвлет-связей, с некоторой большей выраженностью в задних отделах, на имена, отличные от своего, и на свое имя – в лобной области.

ОБСУЖДЕНИЕ Суммируя данные, полученные путем анализа компонентов N100, N200 и Р300 СВП в разных экспериментальных ситуациях (прослушивание и счет простых звуков), можно разбить весь путь осознания слуховой информации на три этапа, соответствующие вышеотмеченным компонентам. Причем, основываясь на меньших, по сравнению с N100 и Р300, изменениях параметров компонента N200 СВП, можно предположить, что это звено является наиболее стабильным в структурном и функциональном плане. Учитывая, что в компоненте N200 выделяют подкомпоненты MMN и MD, можно предполагать, что эта стабильность обеспечивается разным соотношением автоматических и произвольных процессов, отраженных, соответственно, в негативности рассогласования (MMN) и разностной негативности (ND). То, какое из соотношений подкомпонентов N200 будет активизировано, предположительно, должно определяться на предыдущем этапе, т.е. на временном интервале, соответствующим компоненту N100 СВП. И, по видимому, именно этот же этап является определяющим для последнего этапа, соответствующего компоненту Р300.

В случае задачи неопределенности, возникающей при прослушивании двухстимульной звуковой последовательности без какой-либо предварительной инструкции, выявляется «неспецифический» компонент N100 [Naatanen R. and Picton T.,1987], который запускает механизм равновеликой оценки обоих стимулов. Отличия оценки каждого из стимулов в данной ситуации, вероятно, носят количественный характер.

Учитывая, что компонент MMN может затрагивать задний фронт компонента N100 [Oades R.D., 1997, Наатанен Р., 1987, 1998], цингулярный источник, активный во время генерации компонентов N100 и MMN, по-видимому, идентичен. С учетом того, что во время генерации MMN после цингулярного источника практически одновременно включаются височные источники, можно предполагать цепь активности: цингулярная кора – височные области (проекции слухового анализатора) – цингулярная кора.

И только после этого происходит активация лобного источника. Активность лобного источника в данном случае обеспечивает уровень распознавания и оценки стимулов. Однако, учитывая ситуацию неопределенности, лобная область в данной задаче не будет доминировать.

Вероятно, именно это отражает доминирующий височный источник волны Р300 при прослушивании звуков без инструкции – максимальное распознавание стимулов, при отсутствии четко определенной инструкцией цели реагирования.

Следует отметить, что компонент Р300 при прослушивании звуков без инструкции, вероятно, не является полностью идентичным описанному в литературе компоненту Р3а, который выделяется в условиях достаточной определенности (слуховые стимулы) и низкой значимости (отличный, но нецелевой) стимула, что задается инструкцией считать целевые и игнорировать стандартные тона, хотя эквивалентные дипольные источники этих двух компонентов локализованы в одних и тех же структурах. Однако, при генерации компонента Р300 в задаче прослушивания с использованием двухстимульной методики необычности стимула доминирует левый височный источник, тогда как при генерации Р3а активность всех трех источников одинаково низкая.

Кроме того, при формировании ВП в ответ на отличный нецелевой тон в генерации «специфического» компонента N100 [Naatanen R. and Picton T.,1987] принимают участие преимущественно височные доли. Вклад лобных долей, если и присутствует, то, вероятно, минимален, что позволяет не обращать внимание (игнорировать) на слуховые тоны при выполнении зрительного задания. Это, предположительно, отражается в значительном преобладании вклада непроизвольных процессов оценки слуховых стимулов, отраженных в волне MMN, в компонент N200 по отношению к произвольным процессам, отраженным в компоненте ND. И, как следствие, на конечном этапе будет регистрироваться компонент Р3а. Вероятно, он будет сходен с описанным выше Р300, однако в нем будет отражена меньшая активация всех отмеченных источников. Это обусловлено тем, что в Р300 при прослушивании звуков без инструкции регистрируется в условиях неопределенности задания при возможной необходимости реагировать на любой из подаваемых стимулов, тогда как в компоненте Р3а отражено опознание целевого стимула при заложенной в условиях эксперимента к нему индифферентности.

В условиях определенности и наличия цели (счет целевых тонов), в генерации волны N СВП, вероятно, в равной степени активируются лобные и височные области, что на следующем этапе отражается в преобладании вклада произвольных процессов, отраженных в компоненте ND в генерацию волны N200. И это, в свою очередь, ведет к активации структур гиппокампа и левой лобной доли и, как следствие, осознание цели и принятие решения о значимости стимула – генерации волны P3b.

Учитывая описанную в литературе связь компонента Р300 с медиаторными системами, стоит отметить, что одной из структур, входящих в состав дофаминэргической системы, является цингулярная кора. Кроме того, в литературе отмечена связь компонента Р3а с Д-эргической системой [Braver and Cohen, 2002;

Nieuwenhuis et al., 2005;

Pineda, 1995;

Pineda et al., 1989;

Polich and Criado, 2006]. Однако, нельзя исключать связь и более ранних компонентов с Д-эргической системой. В частности, можно предположить, что влияние Д начинается временном интервале активности цингулярного источника, участвующего в генерации компонента MMN.

Учитывая стабильность латентности компонента N200 у испытуемых разного возраста и в разных экспериментальных ситуациях, можно предположить, что данный этап с одной стороны, является наиболее стабильным в структурном и функциональном плане, а с другой, благодаря своей сложной структуре, наиболее чувствительным к нарушениям, возникающим на первом этапе (времени компонента N100). Т.е., вероятнее всего, второй этап – это своеобразное реле, которое может работать в нескольких режимах интенсивности, определяемых соотношением процессов, отраженных в компонентах MMN (непроизвольные автоматические) и ND (произвольные сознательные).

Полученные данные согласуются с МРТ-исследованиями, согласно которым возникает исключительно лобная активация во время распознавания отличных нецелевых тонов в задачах с использованием трехстимульной методики необычности стимула, тогда как целевой тон вызывает активацию как теменной, так и лобной областей [Bledowski et al., 2004]. Отмеченные области ассоциированы с компонентами Р3а и Р3b.

Схема возможного соотношения процессов и путей генерации разных компонентов отображена на рис.5.

Анализируя компоненты N100, N200 и Р300 СВП у пациентов на ранних стадиях восстановления сознания и учитывая полученную у здоровых испытуемых «неоднородность»

рассматриваемых компонентов СВП в зависимости от экспериментальной ситуации, можно предполагать, что у пациентов в бессознательном состоянии происходит неидентичное восстановление (или разная степень сохранности) функции внимания при разной степени восстановления сознания.

Так, при обратимом бессознательном состоянии отмечается сходное со здоровыми испытуемыми выделение всех трех компонентов ВП. Причем, инструкция «считать» приводит к улучшению выделения всех трех компонентов. Можно предполагать, что у таких пациентов начинают восстанавливаться (сохранны) процессы как непроизвольного, так и произвольного внимания. Именно эта способность к анализу поступающей извне слуховой информации (даже при невозможности вербального контакта с пациентом) является существенно важной для последующего включения пациента в процессы реабилитации и более успешного и быстрого восстановления психических функций.

Наличие лишь компонентов N100 и N200 в ответ на стандартный тон в задачах прослушивания и счета звуков может свидетельствовать о том, что у данных пациентов сохранным (полностью или частично) являются только непроизвольные процессы анализа информации. Исходя из предположения о том, что у здоровых испытуемых процесс перехода от непроизвольных процессов слухового восприятия к произвольным происходит на временном интервале компонента N200, данное утверждение представляется вполне обоснованным. Можно предполагать, что у данных пациентов в волне N200 в большей степени отражены автоматические процессы, которые дают возможность дифференцировать стимулы, но при этом не происходит их осознания. При этом отмечаемая ранее необходимость наличия межполушарных функциональных связей, в частности между лобными долями, для перехода от непроизвольных к произвольным процессам слухового восприятия согласуется с результатами ДТ-МРТ, выявившими «облысение»

мозолистого тела при хроническом вегетативном состоянии [Захарова Н.Е. с соавт. 2010].

В случаях же благоприятного исхода травматической болезни, отмеченные различия параметров компонентов N100, N200 и Р300, по-видимому, отражают большее включение произвольных процессов. И, если по мнению Герит Ж.М.(1999), наличие комплекса N200-P300 у больных в бессознательном состоянии свидетельствует о том, что мозг способен дифференцировать стимулы, но не позволяет утверждать, что эта дифференцировка сознательна, то согласно данным, полученным в настоящей работе, отличие параметров компонентов N200 и Р300 при прослушивании звуков и с инструкцией считать, предполагает у таких пациентов именно сознательную обработку слуховой информации, требующей включения произвольных процессов.

Рисунок. 5. Схематическое изображение структур и соотношение процессов, участвующих в генерации компонентов СВП в разных экспериментальных ситуациях.

Несмотря на то, что изучение восприятия простых тонов рассматривают в очень многих электрофизиологических исследованиях, необходимо отметить, что все эти исследования дают очень мало информации о том, как происходит восприятие целостного образа слуховой информации, из которой состоит речь, музыка и звуки окружающей среды. А ведь именно на основании анализа и оценки таких звуков происходит восприятие окружающей действительности, без адекватной оценки которой невозможно быстрое и четкое реагирование на изменения среды и коммуникация.

В связи с этим в работе рассмотрены особенности восприятия музыкальных отрывков, включающих инструментальные и песенные мелодии.

У здоровых испытуемых при прослушивании инструментальной музыки отмечено усиление вайвлет-связей между левой лобной и правой височной областями, а при прослушивании песенной музыки отмечается дополнительное усиление вайвлет-связей между левой лобной и левой височной областями, вероятно, обеспечивающей узнавание лексических структур и возможное проговаривание (внутреннее подпевание), а также между височными отделами, что согласуется с данными литературы об активации структур, участвующих в распознавании речи [Borod J.C. et al., 1992, Perez A., 1990, Corballis M.C.,1999, Хомская Е.Д., Батова Н.Я., 1998] и мелодий [Jausovec N., 2003, Павлыгина Р.А. с соавт., 2004, Брагина Н.Н., Доброхотова Т.А., 1988, Ehrilicman H., 1987, Corballis M.C., 1999]. Кроме того, отмечается дополнительное усиление этих вайвлет-связей при неузнавании мелодии, что может говорить о вовлечении этих структур в процессы распознавания информации. Возможно, что подобная активация является одним из важных процессов, обеспечивающих функцию слухового восприятия. Следует отметить, что в тех же самых областях мозга выявлены и анализируемые в работе эквивалентные дипольные источники компонентов СВП при восприятии простых тонов.

Выявленные в настоящей работе вайвлет-связи согласуются с данными литературы, посвященной исследованию проводящих путей мозга, в которой описаны верхние проводящие пути, часть из которых составляет дугообразный пучок, а вторая часть соединяет область Вернике, а также височную и теменную области [Oeshlin et al., 2010]. Lahav et al. (2007) также отмечали активацию данных областей при звуковом восприятии, а Oeshlin et al. [2010] выявил их одновременную активацию при прослушивании новой незнакомой музыки. Необходимость сохранности и участие верхних продольных волокон в восприятии речи отмечена рядом авторов [Buchsbaum et al., 2001;

Vigneau et al., 2006, Glasser and Rilling, 2008, Oeshlin et al., 2010]. Вместе с тем, Oeshlin et al. (2010), проводя ДТ-МРТ исследования, показали, что связи между височной и лобной областями выявляются только в левом полушарии, в связи с чем ими было сделано предположение, что в левой височной области происходит разделение восприятия музыкальных и речевых стимулов.

Это согласуется и с результатами настоящей работы, согласно которым левая височная область или вовлекается в процесс формирования связей – при прослушивании песенных мелодий, или не вовлекается – при прослушивании инструментальной мелодии.

При этом следует отметить, что поскольку наибольшие значения синхронности выявлены в правой височной области, то, вероятно, именно эта зона является пусковой для вовлечения левой лобной и височной области.

У пациентов с обратимым бессознательным состоянием, так же, как и у здоровых испытуемых, отмечено усиление вайвлет-связи между правой височной и левой лобной областью.

Однако, у них при этом присутствует усиленная вайвлет-связь между правой лобной и правой височной областью. Вероятно, это может отражать необходимость дополнительной активации процессов, связанных с произвольным вниманием, для вовлечения в процесс анализа информации.

Вместе с тем, область абсолютных значений вавлет-синхронности у них смещается в задние отделы, что может отражать усиленное стволовое влияние, необходимое для создания должного фонового уровня активации, позволяющего перейти пороговый уровень, необходимый для вовлечения других структур в процессы активации. Это согласуется с данными литературы о функциональной роли ствола мозга в этих процессах [Шарова Е.В. с соавт., 2008, Hellige J.B., 1993].

При неполной редукции бессознательного состояния (динамика только до уровня минимальных проявлений сознания) отмечается активация левого полушария мозга – лобных (при прослушивании песенных мелодий) или височных (при прослушивании инструментальных мелодий) отделов. Однако, эта область повышения вайвлет-связей носит очень локальный характер. И при этом отсутствуют межполушарные вайвлет-связи. Следует отметить, что область абсолютных значений вайвлет-синхронности при этом соответствует таковой у здоровых испытуемых (правая височная область). Отсутствие же вайвлет-связей этой области с другими отделами мозга, вероятно, отражает «запирание» там сигнала, что не дает возможность установиться вайвлет-связям, необходимым для осознания стимула. Причем, если в случае прослушивания песенных мелодий, образующиеся вайвлет-связи в левой лобной области потенциально могут быть усилены до достижения нужного уровня, то при прослушивании инструментальной мелодии отмечается резкое диффузное снижение вайвлет-связей в лобных областях. Это, с одной стороны, противоречит описанному в литературе «эффекту Моцарта» об активации связей при прослушивании классической музыки [TompsonW.F. etal., 2001, JausovecN., HabeK., 2003]. Но другой стороны, если «эффект Моцарта» рассматривается как неспецифическое влияние, можно предположить, что у здоровых лиц происходит снижение «лишних» для текущей деятельности вайвлет-связей, создавая «активацию настроения». Возможно, что в случае нарушения сознания необходима, напротив, стимуляция вайвлет-связей, чтобы в дальнейшем из большого числа хаотически возникающих комбинаций при достижении определенного уровня активации могли стабилизироваться те вайвлет-связи, которые необходимы для активации и протекания произвольных процессов.

Критическое значение неспецифического влияния инструментальной музыки отмечено в случае необратимого бессознательного состояния, когда возникшее в правой лобной области некоторое усиление вайвлет-связей не выходит за ее пределы. Причем, это соответствует и области абсолютных значений вайвлет-синхронности. Это согласуется с данными анализа дипольных источников компонента Р300 СВП, согласно которым структуры лобной области преобладают в генерации компонента у пациентов с необратимым бессознательным состоянием.

Надо отметить, что у данных пациентов отмечается нарушение проводящих путей на уровне мозолистого тела (тотальное «облысение») [Захарова Н.Е., 2010].

Рассматривая полученные данные в контексте «теории информационного синтеза»

А.М.Иваницкого (2007) можно предположить, что отсутствие или нарушение кортико-фугальных и межполушарных связей в лобной области ведет к невозможности переключения непроизвольного слухового восприятия на произвольное и препятствует осознанию поступающей извне слуховой информации.

Следует отметить, что травма – это комплексное поражение, затрагивающее все отделы мозга. Выделяющееся при этом диффузное аксональное повреждение затрагивает проводящие пути, также без четкого выделения какой-то одной структуры. В литературе отмечена корреляция между степенью дегенерации мозолистого тела и уровнем восстановления сознания [Зайцев О.С., 2010]. И хотя в настоящей работе подобных статистических корреляций проведено не было, проводимые ВП – ДТ-МРТ сопоставления позволяют выявить тенденцию, согласно которой по мере усиления дегенерации проводящих путей, ухудшается как выделение длиннолатентных компонентов ВП, так и нарушаются вайвлет-связи при прослушивании музыкальных отрывков и имен. До настоящего времени нет однозначного ответа на вопрос, какой из участков проводящих путей является критичным для процессов обработки информации, поскольку в отдельных случаях возможны относительная сохранность функций при достаточно сильной дегенерации проводящих путей мозга, в частности – мозолистого тела.

Подобные ситуации могут быть объяснены с точки зрения «гипотезы первого аксона», которая касается процессов миелинизации волокон во время созревания мозга [Oeshlin et al.

(2010)]. Согласно этой гипотезе, первый миелинизированный аксон может появиться в любом участке будущего белого вещества. Именно по пути этого «первого» аксона в дальнейшем будет происходить наиболее «легкое» развитие функции. Можно предполагать, что сохранность именно «пионерского» аксона является критичной для сохранности и максимально легкого последующего восстановления функции.

Следует отметить, что при восприятии слуховой информации особую роль играет процесс перехода от непроизвольных процессов к произвольным. При этом для корректной обработки поступающей информации необходима как сохранность областей, где происходит данный процесс, так и проводящих путей, обеспечивающих связь между данными областями.

Данные научной литературы, показывающие, что прогресс заболевания у пациентов с шизофренией во времени обусловлен как функциональными, так и структурными изменениями, в настоящее время противоречивы [Catts et al 1995;

Hirayasu et al 1998;

Kasai et al 2003;

Sauer et al 1997, Gogtay et al., 2004, DeLisi et al., 2004]. Выявленное в настоящем исследовании более ростральное расположение левого цингулярного дипольного источника и более вентро-каудальное расположение правого лобного дипольного источника MMN у пациентов на фоне длительного течения болезни по сравнению с только что заболевшими, по-видимому, отражает потенциальную часть структурных изменений, имеющих место во время длительного течения заболевания.

Выявленные отличия локализации диполей может обуславливать отличную скорость восприятия слуховой информации на разных этапах заболевания. Последнее проявляется в значимых отличиях латентности компонента MMN у пациентов с дебютом заболевания по сравнению с длительно болеющими.

Незначительные структурные и функциональные изменения были также отмечены в левой височной области. Область источника сохраняет более медиальное положение, тогда как у здоровых испытуемых она занимает более латеральную позицию. Более того, дипольный момент был значимо более слабым у старших пациентов по сравнению с молодыми. Сходные изменения в левом полушарии были выявлены у старших пациентов при MMN исследовании [Catts et al 1995;

Hirayasu et al 1998;

Kasai et al 2003;

Sauer et al 1997]. Полученные данные соответствуют выявленным структурным изменениям мозга у лиц юного возраста [Gogtay et al., 2004], которые проявляются в следующие десять лет жизни [DeLisi et al., 2004]. Более поздние изменения в задней височной и лобной области также отмечены и становятся более выраженными с возрастом [Thompson et al., 2001], и могут косвенно влиять на изменения локализации генераторов, отмеченных в настоящем исследовании. Подобные отличия диполей MMN у лиц разного возраста могут отражать большее количество белого вещества у подростков по сравнению со взрослыми [Bartzokis et al., 2003].

В настоящей работе изменения слухового восприятия мелодий исследовались у пациентов с ЧМТ, причем у всех пациентов было диагностировано ДАП (диффузное аксональное повреждение мозга). Можно предположить, что в этом случае сохранность функции может обеспечиться не только полностью сохранным путем, но и в случае неполного повреждения, достаточным является сохранный «первый аксон», вокруг которого шло формировании функции в онтогенезе. Это может играть ключевую роль в процессе восстановления функции в период реинтеграции сознания и объяснять отдельные клинические случаи развития травматической болезни, когда обеднение связей по данным ДТ-МРТ сопровождается относительно хорошим восстановлением психических функций.

В отдельных работах при исследовании компактного белого вещества (мозолистое тело, внутренняя капсула и ножки мозга), авторы пришли к выводу, что миелинизация компактного белого вещества изначально больше по сравнению с некомпактным белым веществом [McGraw et al., 2002]. По-видимому, сохранность морфо-функциональной целостности правой лобной области является важным как для перехода от автоматических к контролируемым процессам анализа слуховой информации, так и для осознания сложных звуковых стимулов. Как уже отмечалось, травма всегда является достаточно сложным и диффузным поражением. С учетом дефицита дипольных источников в определенных областях мозга при анализе компонента Р300 у пациентов с бессознательным состоянием, можно предположить, что низкий уровень переработки информации может быть также следствием нарушений не только в определенной области, но и в отдельных системах мозга. В частности, в литературе имеется ограниченное число исследований, которые показывают, что после ЧМТ возникают нарушения в дофаминэргической системе [Bales J. et.al., 2009]. Учитывая, что в дофаминэргическую систему входит лобная область, можно предполагать, что выявленные изменения компонентов MMN при шизофрении и Р300 при ЧМТ отражают разную степень и характер нарушений данной системы. Это согласуется с дофаминовой теорией нарушения когнитивных функций при ЧМТ [Bale J. et.al., 2009] и с дофаминовой теорией развития шизофрении [Carlsson, 1977, 2001, Meyer-Lindenberg et al. 2005, Meyer-Lindenberg and Weinberger 2006, Poewe 2008, Meyer-Lindenberg 2010].

Учитывая тотальное обеднение связей мозолистого тела («облысение»), можно предположить, что у пациентов с отсутствием восстановления сознания нарушаются также морфо функциональные связи между лобными и височными отделами, которые являются одним из основных звеньев Д-системы. Это может быть косвенно подтверждено наличием у таких пациентов неврологических симптомов поражения Д-эргической системы.

Несмотря на то, структуры, между которыми возникают вайвлет-связи при прослушивании мелодий и имен, одни и те же, характер вайвлет-связей при этом обнаруживается отличный. При прослушивании музыки у здоровых испытуемых усиливались вайвлет-связи лобных областей с правой височной областью, тогда как при прослушивании имен – с левой лобной областью, которая в большей степени вовлечена в процессы распознавания лексических структур.

Наибольшие значения синхронности были выявлены в лобных отделах.

Подобная топограмма отмечена и у пациентов с обратимым БС. Причем, чем более благоприятным в дальнейшем было восстановление сознания, тем более структурированы были и усиленные по сравнению с фоном связи, и тем больше их топограмма приближалась к таковой у здоровых испытуемых. Значения синхронности имели более каудальное расположение при менее благоприятном восстановлении и более ростральное – при восстановлении в дальнейшем до ясного сознания.

Т.о., выявленные в настоящей работе особенности восприятия простых и сложных слуховых стимулов (тоны, музыка, имена) могут быть отправной точкой для дальнейших исследований по индивидуальному подбору стимулов, которые бы способствовали максимально раннему включению пациентов с травматическим поражением мозга и длительным нарушением сознания в процессы реабилитации.

ВЫВОДЫ Амплитудно-временные и топографические параметры длиннолатентных 1.

компонентов СВП (N100, N200 и Р300), зарегистрированных в ситуациях прослушивания звуков без инструкции и с инструкцией считать целевые тона у здоровых испытуемых, отражают непроизвольное и произвольное восприятие слуховой информации.

В норме в задачах с двухстимульной звуковой последовательностью компонент 2.

N100 при счете целевых тонов у лиц зрелого возраста имеет большую латентность по сравнению с таковым у молодых испытуемых. Компонент N200 имеет сходную латентность в обеих возрастных группах;

амплитуда компонента N200 выше у молодых испытуемых по сравнению с лицами старшего возраста. Компонент Р300 при прослушивании звуков по амплитуде и латентности не имеет возрастных различий.

В задачах с трехстимульной звуковой последовательностью компонент N100 у 3.

здоровых испытуемых зрелого возраста имеет большую латентность и меньшую амплитуду по сравнению с таковым у молодых. Латентность компонента N200 не имеет возрастных различий, тогда как амплитуда N200 ниже у лиц старшего возраста. Компонент Р300 при счете звуков имеет меньшую амплитуду в зрелом возрасте по сравнению с молодыми испытуемыми.

В разных возрастных группах здоровых людей при счете целевых тонов 4.

амплитудно-временные параметры компонентов N100, N200 и Р300 СВП не отличаются в задачах с двух- и трехстимульной звуковыми последовательностями.

У здоровых испытуемых при прослушивании звуков без инструкции выявлено 5.

одновременное «включение» эквивалентных дипольных источников компонента Р300 СВП, локализованных в височных отделах обоих полушарий и правой лобной области, а при счете звуков - последовательное «включение» источников этого компонента в левой височной, правой височной (с вовлечением гиппокампа) и левой лобной области.

У здоровых испытуемых дипольные источники компонента MMN СВП 6.

локализованы в правой височной и лобной, левой височной и цингулярной корковых зонах.

Дипольные источники компонента ND СВП локализованы в правой и левой лобной области и на границе теменной и височной областей.

У молодых пациентов в дебюте шизофрении по сравнению со здоровыми 7.

испытуемыми отмечается более антеро-(вентральное) положение левого височного дипольного источника и более дорзальное расположение правого височного дипольного источника MMN. У взрослых пациентов с длительным течением заболевания выявляется более ростральное положение левого цингулярного и более вентральное расположение правого лобного дипольного источников MMN. У длительно болеющих пациентов с шизофренией выявляется смещение левого цингулярного дипольного источника в более ростральное положение в отличие от здоровых испытуемых, у которых этого смещения не происходит.

У пациентов с ЧМТ на стадии вегетативного состояния компоненты СВП имеют 8.

специфические особенности, коррелирующие с исходом заболевания: при восстановлении сознания до ясного выделяются компоненты N100, N200 и Р300 СВП на целевой тон;

при неполной редукции бессознательного состояния при прослушивании звуков без инструкции выявляются все компоненты и при инструкции считать - только компоненты N100 и N200 на стандартный тон;

при необратимом бессознательном состоянии отмечается редукция всех компонентов, вплоть до полного отсутствия.

У здоровых испытуемых узнавание мелодии сопровождается вызванной 9.

десинхронизацией ЭЭГ в левой лобно-теменно-височной области. При прослушивании понравившихся мелодий отмечается вызванная синхронизация ЭЭГ в левой лобно - височной области, непонравившихся - десинхронизация в височной области, и мелодий, не вызывающих эмоционального отклика - вызванная десинхронизация в затылочной области.

У пациентов с ТЧМТ на ранних стадиях восстановления сознания (вегетативное 10.

состояние, мутизм) при прослушивании музыки благоприятным прогностическим признаком является наличие вайвлет-связи между правой височной и левой лобной областью, левой височной и лобной областью;

при прослушивании имен - вайвлет-связи между левой височной и правой лобной, а также височной и лобной областью левого полушария.

Основные работы, опубликованные по теме диссертации:

1. Jemel, J., Oades, R. D., Oknina, L., Achenbach, C. Rpcke, B., Frontal and temporal lobe sources for a marker of controlled auditory attention: The negative difference (Nd) event-related potential // Brain Topography. 2003. N.15. Р. 249-262.

2. Oades, R. D., Rpcke, B., & Oknina, L. Context, connection and co-ordination: the need to switch. Commentary on “Convergence of biological and psychological perspectives on cognitive coordination in schizophrenia” W. A. Phillips, and S. M. Silverstein. // The Behavioral and Brain Sciences. 2003.N.26. Р.65-(97)-125.

3. Oknina, L., Juran, S., Oades, R. D., Pfueller, U., Weisbrod, M., Chan, E., Chen, E. Y. H., & Rpcke, B. Frontal and temporal lobe sources for mismatch negativity (MMN) in schizophrenia: an ERP and MR-anatomical imaging study // Materials of the Twelfth Biennial Winter Workshop on Schizophrenia: Schizophrenia Research, 67, supplement, 22. 2004.

4. Juran, S., Oknina, L., Oades, R. D., Torres, R., Herwig, K., Weisbrod, K., Chan, E., Chen, E. Y. H., Rpcke, B. Brain sources for change detection: An ERP-study in patients at the outbreak of early onset schizophrenia and 15-years later // Materials of the Twelfth Biennial Winter Workshop on Schizophrenia: Schizophrenia Research, 67, supplement, 129-130.

5. Oknina, L. B., Wild-Wall, N., Oades, R. D., Juran, S. A., Rpcke, B., Pfueller, U., Weisbrod, M., Chan, E., & Chen, E. Y. H., Frontal and temporal sources of mismatch negativity in healthy controls, patients at onset of schizophrenia in adolescence and others at 15 years after onset //Schizophrenia Research. 2005. V.76. P.25-41.

6. Wild-Wall N., Juran S.A., Oades R.D., Sachsse J., Oknina L.B., Rpcke B. Auditory change detection in schizophrenia: sources of activity in patients with a first episode in adolescence, and patients 14 years after an adolescent illness-onset // BiomedCentral (BMC). 2006. Psychiatry 6,7.

Окнина Л.Б., Шарова Е.В., Матюшина Н.А, Куликов М.А., Зайцев О.С., Болдырева 7.

Г.Н., Машеров Е.Л. ДинамикакомпонентаР300 АВПприпосттравматическом бессознательном состоянии // Журн. Высш. Нервн. Деятельностиим.И.П.Павлова. 2006. N.6.С.757-766.

8. Oknina L.B., Sharova E.V., Zaitsev O.S. Uncounscios state outcome prediction using event-related potentials: a P300 study // Chinese Journal of Pathophysiology. June 2006. V.22. N. (Supplement). P.131. (Materials of 5th International Congress of Pathophysiology, June 28 – July 1, Beijing, China).

Шарова Е.В., Щекутьев Г.А., Окнина Л.Б., Трошина Е.М. Прогностическая 9.

значимость электрической активности мозга (ЭЭГиВП) при затяжных посттравматических бессознательных состояниях // Научно-практический журнал "Доктор.ру". 2008. N.4. С.30-37.

Шарова Е.В., Зайцев О.С., Щекутьев Г.А., Окнина Л.Б., Трошина Е.М. ЭЭГ и ВП в 10.

прогнозировании развития посттравматических бессознательных состояний после тяжелой травмы мозга // Нейронауки: теоретичнi та клiнiчнi аспекти. Т.4. N.2. 2008. С. 83-90.

Шарова Е.В., Ениколопова Е.В., Зайцев О.С., Болдырева Г.Н., Трошина Е.М., Окнина 11.

Л.Б. Приемы исследования и оценки функциональной асимметрии мозга человека в норме и патологии // С Сб. "Руководство по функциональной межполушарной асимметрии". Глава 22. С.

617-637. М: Научный мир. 2009. 835 с.

Окнина Л.Б., Кузнецова О.А., Ениколопова Е.В. Временные особенности включения 12.

дипольных источников P300 акустического вызванного потенциала в задачах разной степени сложности у здоровых испытуемых // Ж.Физиология человека. 2009. Т. 35.N.3.C. 1-8.

Шарова Е.В., Болдырева Г.Н., Куликов М.А., Волынский П.Е., Котенев А.В., Окнина 13.

Л.Б. ЭЭГ-корреляты состояний зрительного и слухового внимания у здоровых испытуемых // Ж.Физиология человека. 2009. Т.35. N.1. C.5-13.

Романов А.С., Шарова Е.В., Кузнецова О.А., Окнина Л.Б., Волынский П.Е., 14.

Щекутьев Г.А. Возможности метода вайвлет-синхронизации в оценке длиннолатентных компонентов акустического вызванного потенциала здорового человека // Журн. Высш. Нервн.

Деятельности им.И.П.Павлова. 2010. Т.60. N.6. С.777-783.

15. Oknina L.B., Sharova E.V., Grigorieva O.A., Zaitsev O.S., Konyshev V.A. Acoustic evoked potentials (AEP) caused by different complexity stimuli in prognosis of mental recovery in posttraumatic unconscious state // Int. Journal of psychophysiology (Proceedings of the 15-th world congress of psychophysiology of the IOP, Budapest).2010. V.77. N.3. P.338-339.

Жаворонкова Л.А., Белостоцкий А.П., Куликов М.А., Окнина Л.Б., Холодова Н.Б., 16.

Купцова С.В. Особенности слуховых когнитивных вызванных потенциалов у участников ликвидации последствий Чернобыльской аварии. Сообщение I. Анализ раннего N1 компонента. // Ж.Физиология человека. 2010. Т.36. N.2. С.32-43.

Жаворонкова Л.А., Белостоцкий А.П., Куликов М.А., Купцова С.В., Холодова Н.Б., 17.

Окнина Л.Б. Особенности слуховых когнитивных вызванных потенциалов у участников ликвидации последствий Чернобыльской аварии. Сообщение II. Анализ позднего компонента P //Ж.Физиология человека. 2010. Т.36. N.4. С.22-33.

Шарова Е.В., Романов А.С., Куликов М.А., Коробкова М.В., Окнина Л.Б., Воронов 18.

В.Г., Зайцев О.С. Изменения межполушарной ЭЭГ и ВП-синхронизации, сопровождающие активизацию внимания в норме и при посттравматическом угнетении сознания. (7 стр.) // Материалы Всероссийской Конференции “Современные направления в исследовании функциональной межполушарной асимметрии и пластичности мозга”. 2010, Москва. С.283-286.

19. L.B.Oknina, E.V.Sharova, O.S.Zaitsev, N.E.Zakharova, E.L.Masherov Prognostic role of N100, N250, P300 components of the acoustic evoked potential (AEP) in successful mental recovery after severe head injury // Clinical Neurophysiology. 2011.V. 122.Suppl. 1.P.104. (Materials of 14th European Congress on Clinical Neurophysiology and 4th International Conference on Transcranial Magnetic and Direct Curren Stimulation. Rom. Italy. 21-25 June. 2011).

Окнина Л.Б., Кузнецова О.А., Белостоцкий А.В, Нечаева Н.Л., Кутакова Е.В., 20.

Машеров Е.Л., Романов А.С. Амлитудно-временные параметры длиннолатентных компонентов АВП (N1, N2 и P300) у здоровых испытуемых молодого и зрелого возраста при счете и прослушивании звуков // Ж.Физиология человека. 2011. Т.37. № 1. С. 49-56.

Романов А.С., Шарова Е.В., Окнина Л.Б. Оценка синхронности вызванной 21.

активности мозга человека в норме и при посттравматическом угнетении сознания на основе вейвлет анализа // Ж.Функциональная диагностика. 2011. №1.С. 47 (Материалы Всероссийской конференции “Функциональная диагностика-2011”, Москва).

Окнина Л.Б., Шарова Е.В., Зайцев О.С., Захарова Н.Е., Машеров Е.Л., Щекутьев 22.

Г.А., Корниенко В.Н., Потапов А.А. Длиннолатентные компоненты акустического вызванного потенциала (N100, N200 и Р300) в прогнозе восстановления сознания у больных с тяжелой черепно-мозговой травмой // Ж.Вопросы нейрохирургии 2011.N.3. С.19-30.

23. Sharova E.V., Oknina L.B., Boldyreva G.N., Portnova G.V., Romanov A.S., Kornienko V.N., Zaitsev O.S. Brain potential reactivity at posttraumatic unconsciousness // Materials of The IIIrd International Conference “Basic and applied aspects of mental recovery after traumatic brain injury: a multidisciplinary approach”, 21-22 September, Moscow, Russia, 2012. P.55.

Окнина Л.Б., Купцова С.В., Романов А.С., Машеров Е.Л., Кузнецова О.А., Шарова 24.

Е.В. Сравнительный анализ изменений коротких отрезков ЭЭГ при восприятии музыки на основе методов вызванной синхронизации - десинхронизации и вайвлет-синхронности // Ж. Физиология человека. 2012. Т. 38. N. 4. С. 348–353.

Список сокращений ERD – Event Related Desynchronization, вызванная десинхронизация ERS – Event Related Synchronization, вызванная синхронизация (сокращения оставлены в англоязычной транскрипции, чтобы избежать путаницы с ВС – вегетативное состояние) ICA-анализ (Independent Component Analysis) – анализ независимых компонент MMN – MisMatch Negativity, негативность рассогласования ND – Negative Difference, разностная негативность АКМ – акинетический мутизм АКМЭ – акинетический мутизм с эмоциональными реакциями БС – бессознательное состояние ВП – вызванный потенциал ВС – вегетативное состояние Д – дофамин Д-система – дофаминэргическая система ДАП – диффузно-аксональное повреждение ДТ-МРТ – диффузионно-тензорная магнитно-резонанская томография ИКВС – интегральный коэффициент вайвлет-синхронности КТ – компьютерная томография МПР – мутизм с пониманием речи МПС – минимальные проявления сознания МРТ – магнитно-резонанская томография НБС – необратимое бессознательное состояние ОБС – обратимое бессознательное состояние ПБ – поле Бродмана ПЭТ – позитронно-эмиссионная томография СВП – слуховой вызванный потенциал ССП – потенциалы, связанные с событиями ТЧМТ – тяжелая черепно-мозговая травма фМРТ – функциональная магнитно-резонансная томография ЧМТ – черепно-мозговая травма ЭДИ – эквивалентный дипольный источник ЭЭГ – электроэнцефалограмма

Pages:     | 1 ||
 




 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.