авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Роль актин-связывающего белка кортактина в регуляции эпителиальных натриевых каналов (enac)

На правах рукописи

ИЛАТОВСКАЯ Дарья Викторовна

РОЛЬ АКТИН-СВЯЗЫВАЮЩЕГО БЕЛКА КОРТАКТИНА В РЕГУЛЯЦИИ

ЭПИТЕЛИАЛЬНЫХ НАТРИЕВЫХ КАНАЛОВ (ENaC)

03.03.04 — Клеточная биология, цитология, гистология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата биологических наук

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

2012 2

Работа выполнена в Федеральном государственном бюджетном учреждении науки Институт цитологии Российской академии наук и Медицинском колледже Висконсина, Милуоки, США Научные руководители: доктор биологических наук Юрий Алексеевич Негуляев Институт цитологии РАН, Санкт-Петербург, Россия доктор биологических наук Александр Викторович Старущенко Медицинский колледж Висконсина, Милуоки, США

Официальные оппоненты: доктор биологических наук, профессор Зоя Иринарховна Крутецкая Санкт-Петербургский государственный университет доктор биологических наук Ирина Ильинична Марахова Институт цитологии РАН, Санкт-Петербург

Ведущая организация: Институт физиологии им. И.П.Павлова РАН, Санкт-Петербург

Защита состоится «14» декабря 2012 года в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д 002.230.01 на базе Институте цитологии РАН по адресу: 194064, Санкт Петербург, Тихорецкий пр., д. Сайт института: www.cytspb.rssi.ru Адрес электронной почты института: cellbio@mail.cytspb.rssi.ru Факс института (812) 297-03-

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института цитологии РАН Реферат разослан «_» ноября 2012 г.

Ученый секретарь Диссертационного совета, кандидат биологических наук Е.В. Каминская

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования Центральным фактором, регулирующим объем и давление крови, является реабсорбция ионов натрия в почке. Заключительная стадия этого процесса происходит в дистальном отделе нефрона и управляется различными эндокринными стимулами. Транспорт ионов натрия из мочи в кровь в данном сегменте нефрона опосредуется эпителиальными натриевыми каналами (ENaC), которые служат важнейшим конечным эффектором ренин ангиотензин-альдостероновой системы [1]. Исследование функционирования этих каналов напрямую связано с изучением регуляции давления крови и, как следствие, с пониманием причин патологических состояний, опосредованных нарушением водно-осмотического гомеостаза [12, 13, 27, 28]. Физиологическое значение ENaC на уровне организма подчеркивается тем, что мутации в субъединицах канала вызывают наследуемые заболевания, связанные с нарушениями водно-солевого баланса организма, такие, как болезнь Лиддла или псевдогипольдостеронизм I типа [20, 21].

Ранее было показано, что активность ENaC может регулироваться элементами актинового цитоскелета [8, 9]. Кроме того, существуют данные о том, что F-актин и субъединица ENaC колокализуются в субапикальной области цитоплазмы эпителиальных клеток и взаимодействуют за счет сайта связывания на этой субъединице [23, 24]. Однако, несмотря на то, что регуляция ENaC, обусловленная динамическими изменениями цитоскелета, показана ранее, механизм этого явления остается неизвестным.

Ассоциированный с кортикальным актином белок кортактин за счет связывания с комплексом Arp2/3 является одним из основных регуляторов полимеризации G-актина [38].

Недавно было показано, что кортактин также участвует в регуляции эпителиальных ионных каналов – Kv1.2 и кальций-активируемого калиевого канала BK [33, 37]. Таким образом, представлялось крайне важным изучение внутриклеточных механизмов цитоскелет зависимой регуляции ENaC и роли кортактина в этом процессе. Регуляция ENaC, обусловленная перестройками актинового цитоскелета, представляет собой сложный процесс, который модулируется многими факторами. В работе получены результаты, позволяющие охарактеризовать некоторые пути регуляции ENaC при деструкии F-актина и определить, как в этот процесс вовлечен комплекс актин-связывающих белков кортактина и комплекса Arp2/3. Данная работа создает основу для дальнейших исследований в этой области и более глубокого понимания многоуровневого пути цитоскелет-зависимой регуляции ENaC и других ионных каналов.

Цели и задачи исследования Цель работы заключалась в определении механизмов регуляции эпителиальных натриевых каналов (ENaC) актин-связывающим белком кортактином. Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:

1. Наладить регистрацию активности ENaC, трансфицированных в клетки млекопитающих, а также нативных каналов в иммортализованных и свежевыделенных клетках эпителия почки.

2. Исследовать влияние состояния актинового цитоскелета на вероятность открытого состояния ENaC и количество каналов на плазматической мембране в клетках млекопитающих.

3. Определить функциональное влияние актин-связывающего белка кортактина на активность ENaC.

4. Изучить механизм регуляции ENaC кортактином.

Основные положения, выносимые на защиту 1. Эпителиальные натриевые каналы, восстановленные в клетках млекопитающих методом трансфекции, а также нативно экспрессирующиеся в клетках эпителия собирательных трубочек почки, активируются при разрушении актинового цитоскелета за счет увеличения вероятности пребывания канала в открытом состоянии.

2. Цитоскелет-связывающий белок кортактин снижает активность эпителиальных натриевых каналов.

3. Модулирование активности ENaC кортактином происходит вследствие уменьшения вероятности нахождения канала в открытом состоянии.

4. В кортактин-опосредованный механизм регуляции эпителиальных натриевых каналов вовлечен белковый комплекс Arp2/3.

Научная новизна работы. В данной работе получены новые данные о механизмах регуляции ENaC с участием актинового цитоскелета и цитоскелет-связывающих белков. В ходе исследования разработан метод, позволяющий регистрировать активность ENaC в плазматической мембране клеток собирательных трубочек, изолированных из почек крыс.

Следует отметить, что до настоящего исследования непосредственно в свежеизолированных клетках почки не производилось изучения регуляции ENaC в зависимости от состояния актинового цитоскелета. Впервые получены данные об активации ENaC при деструкции F актина в свежевыделенных клетках собирательных трубочек почки. Особый интерес представляют результаты, показывающие, что модуляция активности ENaC при разрушении актинового цитоскелета происходит за счет изменения вероятности пребывания канала в открытом состоянии. Приоритетными являются данные, показавшие, что цитоскелет связывающий белок кортактин участвует в актин-зависимой регуляции ENaC. Впервые показано, что в этот сигнальный механизм вовлечен комплекс Arp2/3. Установлено, что кортактин участвует в модуляции воротных свойств канала, снижая вероятность его открытого состояния, и не вовлечен в изменение числа функциональных каналов в плазматической мембране.

Личный вклад автора. Все экспериментальные процедуры и обработка результатов выполнены автором лично. Материалы, вошедшие в представленную работу, обсуждались и публиковались совместно с соавторами и научными руководителями.

Теоретическое и практическое значение работы. В проведенном исследовании впервые получены данные о вовлечении кортактина в регуляцию эпителиальных натриевых каналов;

в частности, показано, что кортактин-опосредованное снижение активности ENaC происходит при участии белкового комплекса Arp2/3. Результаты также демонстрируют, что вероятность нахождения канала в открытом состоянии может контролироваться перестройками актинового цитоскелета;

получены данные о существовании взаимодействия между кортактином и ENaC. Таким образом, результаты работы имеют значение для понимания роли цитоскелет-связывающих белков в регуляции ENaC, а также роли данных каналов в поддержании необходимой концентрации ионов натрия в норме и при патологии.

Представленные данные позволяют расширить представления об эпителиальных натриевых каналах и механизмах их регуляции. Результаты работы содействуют пониманию важности регуляции транспорта Na+ в дистальном нефроне;

выяснение полного механизма действия кортактина и актинового цитоскелета на ENaC позволит найти новые способы предотвращения ENaC-опосредованных заболеваний. Результаты работы могут быть также использованы в курсах лекций по клеточной биологии, физиологии и биофизике.

Апробация работы. Материалы диссертации были представлены в качестве устных докладов на ежегодной Конференции по изучению эпителиального транспорта (Вашингтон, США, 2011), 1-й общероссийской конференции «Внутриклеточная сигнализация, транспорт, цитоскелет» (Санкт-Петербург, Россия, 2011), 2-й конференции молодых ученых Института цитологии РАН (Санкт-Петербург, Россия, 2010), ежегодной конференции Федерации Американских обществ по экспериментальной биологии (Анахайм, США, 2010), на семинарах кафедры физиологии и Центра по изучению сердечно-сосудистых заболеваний Медицинского колледжа Висконсина (Милуоки, США, 2010), а также на научных семинарах в Институте цитологии РАН. В форме стендовых докладов работа была доложена на 7-м международном симпозиуме по альдостерону и эпителиальным натриевым каналам (Асиломар, США, 2011), 15-й международной конференции «Биология – наука XXI века»

(Пущино, Россия, 2011), ежегодной конференции Федерации Американских обществ по экспериментальной биологии (Анахайм, США, 2010), 3-м конгрессе «SICI/RECI: тенденции и проблемы изучения ионных каналов» (Тенерифе, Испания, 2011), ежегодной конференции Федерации Американских обществ по экспериментальной биологии «Гемодинака почки:

механизмы понимания заболеваний» (Сакстонс Ривер, США, 2010).

По материалам диссертации опубликовано 15 работ, в том числе 6 в рецензируемых научных журналах из перечня изданий, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией для публикации материалов диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук.

Объем и структура диссертации. Диссертационная работа изложена на страницах машинописного текста и включает введение, обзор литературы, методы, результаты, обсуждение и выводы. Материал иллюстрирован рисунками и 1 таблицей.

Библиографический указатель содержит _ источников.

Финансовая поддержка работы. Работа выполнена при финансовой поддержке Российского фонда фундаментальных исследований (проекты 05-04-48209-а, 08-04-00574-а, 10-04-00995-а), программы Молекулярная и клеточная биология Президиума РАН, Комитета по науке и высшей школе Правительства Санкт-Петербурга (грант 2.6.04 – 06/057), Американской ассоциации диабета (грант 1-10-BS-168) и Национальных институтов здоровья США (грант R01HL108880).

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ Клеточные культуры. Клеточная линия яичника китайского хомячка CHO была получена из Американской коллекции клеточных культур (ATCC). Линия mpkCCDc14 была предоставлена лабораторией проф. Вандевалле из Парижского университета (Франция).

Клетки CHO культивировали в среде DMEM, содержащей 10% эмбриональной телячьей сыворотки и 80 мкг/мл гентамицина, при 37 oC в 5 % CO2. Культуральная среда для клеточной линии mpkCCDc14 состояла из смеси сред DMEM и F-12 (1:1) и содержала 60 нМ селената натрия, 5 мкг/мл трансферрина, 50 нМ дексаметазона, 1 нМ трийодтиронина, 10 нг/мл эпидермального фактора роста, 5 мкг/мл инсулина, 2 % эмбриональной телячьей сыворотки и 100 мкг/мл пенициллина/стрептомицина.

Выделение собирательных трубочек почки крысы. Собирательные трубочки были изолированы из почек самцов крысы (возраст 6-8 недель) линии Sprague-Dawley (Charles River Laboratories, США). Выделенные почки помещали в охлажденный раствор Кребса Рингера и затем при помощи бритвенного лезвия делали поперечные срезы толщиной 0.5– 1 мм. Собирательные трубочки коркового слоя изолировали из полученных срезов при помощи пинцетов под бинокулярным микроскопом и помещали на покровные стекла, покрытые поли-D-лизином. Для обеспечения свободного доступа к апикальной мембране клеток трубочки вскрывали при помощи двух остро заточенных стеклянных капилляров, управляемых микроманипуляторами (Sutter, США или Narishige, Япония). Эксперименты проводили в течение 2-4 ч после забора органа.

Метод патч-кламп. Для регистрации трансмембранных ионных токов был использован усилитель Axopatch 200B (Molecular Devices, США), соединенный с персональным компьютером через аналого-цифровой преобразователь Digidata 1322A (Molecular Devices, США). Регистрацию и первичную обработку данных осуществляли с помощью программного обеспечения pClamp 10.2 (Molecular Devices, США). Микропипетки для патч-кламп экспериментов вытягивали из филамент-содержащих капилляров (World Precision Inst., США) с использованием горизонтальной вытяжки для микроэлектродов P- (Sutter Instruments, США). Визуальные наблюдения осуществляли с помощью инвертированного микроскопа Nikon Eclipse Ti (Nikon Instruments, Япония), установленного на антивибрационном столе.

Измерение трансэпителиального потенциала. Клетки линии mpkCCDc14 выращивали на проницаемых подложках (диаметр 24 мм, поры 0.4 мкм), в которых имеется доступ к апикальной и базолатеральной мембранам клетки (Costar Transwells, США). Для формирования монослоя с высоким электрическим сопротивлением и интенсивным Na+ транспортом среду меняли каждые 48 ч в течение 7–10 дней. За 18 ч до экспериментов клетки переносили в среду, не содержащую сыворотки и ростовых факторов. Для регистрации реабсорбции Na+ использовали двухэлектродную Ag/AgCl систему измерения электрического сопротивления Millicel (Millipore Corp., США). Трансэпителиальный ток Na+ вычисляли согласно закону Ома как отношение трансэпителиального электрического напряжения к сопротивлению монослоя клеток [19].

Растворы, использованные в электрофизиологических экспериментах. В электрофизиологических экспериментах при отведении от целой клетки (конфигурация whole-cell метода патч-кламп) пипеточный раствор содержал (мМ): 120 CsCl, 5 NaCl, 2 MgCl2, 5 ЭГТА, 10 HEPES/Tris, 0.1 GTP. Раствор в экспериментальной камере содержал (мМ): 150 NaCl, 1 CaCl2, 2 MgCl2, 10 Hepes/Tris;

для блокирования ENaC-опосредованных токов внеклеточно добавляли 10 мкМ амилорида из маточного раствора (10 мМ;

раствор в воде). рН растворов поддерживали на уровне 7.3–7.4. В условиях cell-attached растворы в экспериментальной камере и в регистрирующей пипетке содержали (мМ): 160 NaCl, 1 CaCl2, 2 MgCl2, 10 HEPES/Tris и 140 LiCl, 2 MgCl2, 10 HEPES/Tris, соответственно.

Выделение белков. Для приготовления клеточных лизатов клетки различных линий растили в течение 24–48 ч на чашках Петри до образования монослоя. Клетки дважды промывали фосфатным буфером (4 °С) и в чашку добавляли 400 мкл лизирующего буфера (0.5 % NP-40, 50 мМ Tris-HCl рН 7.6, 150 мМ NaCl с добавлением коктейля ингибиторов протеаз (Roche, США)). После инкубации на льду в течение 10 мин клетки собирали пластиковой лопаткой и подвергали гомогенизации при помощи шприца. После центрифугирования в течение 15 мин при 10000 g и 4 oС к отобранному супернатанту добавляли буфер Лэммли. Образцы прогревали в течение 5 мин при 95 oC. Концентрацию белка в пробах определяли по методу Брэдфорд [6].

Для экспериментов по мечению белков плазматической мембраны биотином клетки промывали холодным фосфатным буфером и инкубировали с 0.5 мг/мл сульфо-NHS-LC биотина (Pierce, USA) в течение 30 мин в темноте при 4 °С. Реакцию биотинилирования останавливали добавлением 100 мМ глицина в фосфатном буфере. Далее проводили лизирование клеток, образец обрабатывали ультразвуком в течение 10 с, центрифугировали 10 мин при 10000 g, 4 °С и затем проводили измерение концентрации белка в супернатанте.

Равное количество белка для каждой пробы инкубировали в течение часа при 4 °С с предварительно уравновешенной в лизирующем буфере стрептавидин-агарозой (Roche, США). Агарозу со связавшимися иммунокомплексами осаждали центрифугированием и промывали холодным фосфатным буфером. Элюцию комплексов осуществляли, добавляя к осадкам равный объем 2-кратного буфера Лэммли, прогревали 5 мин при 95 °C, после чего образцы анализировали методом иммуноблотинга.

Коиммунопреципитация. Сформированные на чашках Петри монослои клеток mpkCCDc14 и СНО дважды промывали фосфатным буфером и лизировали в буфере, содержащем 20 мМ Tris-HCl (pH 7.5), 100 мМ NaCl, 5 мМ MgCl2, 1 мМ ЭДТА, 1% Triton X 100 и коктейль ингибиторов протеаз (Roche, США). Измеряли концентрацию белка в образце и к 500 мкг общего клеточного белка добавляли антитела (1 мкг);

образцы инкубировали в течение 2 ч при температуре 4 °С с постоянным перемешиванием;

впоследствии добавляли А/G-агарозу (Roche, США) 1:20 и инкубировали в течение часа при тех же условиях. После центрифугирования (1 мин при 1000 g, 4 °C), преципитированные осадки иммунокомплексов промывали три раза 1 мл фосфатного буфера для удаления несвязавшихся белков. К осадкам добавляли равный объем 2-кратного буфера Лэммли, прогревали 5 мин при 95 °C и анализировали с помощью иммуноблотинга.

Электрофорез и иммуноблотинг. Белки разделяли методом диск-электрофореза в 7% полиакриламидном геле в присутствии додецилсульфата натрия, затем проводили электроперенос на нитроцеллюлозную мембрану (Amersham Pharmacia Biotech, Швеция) в течение 1 ч при 300 мА. Мембрану блокировали в течение 1 ч 5% обезжиренным сухим молоком, разведенным в буфере TTBS (20 мМ Tris-HCl (pH7.4), 150 мМ NaCl, 0.1% Tween 20), затем инкубировали в течение 8 ч при 4 °C с антителами к исследуемым белкам, разведенными в TTBS с 2% молоком. После 3-кратной отмывки TTBS мембрану инкубировали 1 ч с вторичными антителами в буфере TTBS с 2% молоком. Затем проводили две отмывки по 10 мин с TTBS и одну отмывку в течение 10 мин в TBS. Визуализацию блотов проводили путем усиленной хемилюминесценции (ECL, Amersham, США).

Временная трансфекция монослойной культуры. Клетки CHO трансфицировали за 24 – 72 ч до эксперимента, используя реагент Polyfect (Qiagen, США) согласно протоколу производителя. 2-3 мкг плазмидной ДНК растворяли в 150 мкл среды, не содержащей сыворотки и антибиотиков, добавляли 10 мкл реагента Polyfect, перемешивали и инкубировали при комнатной температуре 5-10 мин. Далее добавляли 600 мкл среды, содержащей сыворотку и антибиотик, и раскапывали смесь в чашку с подготовленными для трансфекции клетками.

Создание постоянной клеточной линии с пониженной экспрессией целевого белка методом лентивирусной трансфекции. Для постоянного ингибирования экспрессии кортактина в клетках линии mpkCCDc14 были использованы нерепликационноспособные лентивирусные частицы (Santa Cruz, США) представляющие собой концентрированные, готовые к трансдукции конструкции, содержащие три специфичные к мРНК кортактина shRNA-последовательности длиной от 19 до 25 нуклеотидов (плюс т.н. «шпилька»). Для подтверждения эффективности трансдукции использовали лентивирусные частицы, содержащие некодирующую последовательность. После трансдукции проводили селекцию зараженных лентивирусными частицами клеток при помощи пуромицина (100 мкг/мл), и отдельные клетки переносили в новые чашки Петри для формирования колоний. Колонии, в которых произошло снижение экспрессии целевого белка, идентифицировали методом иммуноблотинга, отбирали и культивировали для последующих экспериментов.

Статистические расчеты. Амплитуды ионных токов одиночных каналов оценивали с помощью функций статистической обработки программного комплекса pClamp (Mol.

Devices, США). Уровень активности одиночного канала оценивали по значению вероятности открытого состояния (Ро), рассчитываемого по формуле Pо=I/(N i), где I – средний ток для заданного временного интервала, N – число каналов в исследуемом патче, i – амплитуда тока, протекающего через одиночный канал. Статистическую обработку экспериментальных данных проводили с использованием пакетов программ pClamp 10.2, OriginLab Origin 7.0 и Microsoft Excel 2007. Результаты представлены в виде средних значений и их стандартных ошибок. Парные и непарные эксперименты сравнивали, используя соответствующие t-тесты Стьюдента. Различия считали достоверными при p 0.05.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЙ 1. Роль разрушения F-актина в регуляции эпителиальных натриевых каналов Влияние разрушения актинового цитоскелета на активность эпителиальных натриевых каналов, экспрессированных в клетках СНО и НЕК293-Т. Стимулирующее влияние разрушения актинового цитоскелета на активность ENaC показано ранее в клетках линии А6 эпителия почки шпорцевой лягушки и в экспрессионной системе ооцитов [17, 23.

24]. Кроме того, показано влияние разборки цитоскелета на активацию натриевых каналов, имеющих сходные характеристики с ENaC, в клетках различной специализации [31, 32].

Однако вопрос о существовании подобных механизмов регуляции нативных каналов в клетках эпителия почек млекопитающих оставался актуальным. Была поставлена задача определить механизм активации ENaC, опосредованный разрушением F-aктина в клетках, трансфицированных субъединицами ENaC мыши, а также иммортализованных и свежевыделенных клетках эпителия почки, экспрессирующих нативные каналы.

В первых экспериментах клетки СНО яичников китайского хомячка были трансфицированы плазмидами, несущими гены, и субъединиц ENaC мыши (далее mENaC). Через 24-72 ч после трансфекции в конфигурации отведения от целой клетки (whole-cell) метода патч-кламп измеряли интегральный амилорид-чувствительный ток через мембрану необработанных (контрольных) трансфицированных клеток. Для изучения влияния разборки актинового цитоскелета на ENaC-опосредованный ток трансфицированные клетки перед электрофизиологическими экспериментами обрабатывали актин-разрушающим реагентом цитохалазином Д (ЦитД;

10 мкг/мл) в течение 20 мин до электрофизиологических экспериментов. На рис. 1, А приведены примеры типичных записей интегральных токов через мембрану контрольных и обработанных ЦитД клеток до и после подачи амилорида.

Токи регистрировали в ответ на напряжение, линейно изменяющееся в течение 300 мс от + до -100 мВ при его поддерживаемом значении, равном 40 мВ (рис. 1, Б;

поддерживаемым называют потенциал, прилагаемый между тестовыми импульсами пилообразно меняющегося напряжения). Согласно полученным данным, обработка Цит Д в течение 20 мин значительно увеличивала амилорид-чувствительный ток в трансфицированных клетках (рис. 1, А,В).

Рис. 1. Влияние разрушения актиновых микрофиламентов цитохалазином Д на ENaC опосредованный ток. А, примеры записей трансмембранных Na+ токов через каналы ENaC в трансфицированных клетках СНО в конфигурации whole-cell. Приведенные записи иллюстрируют интегральные токи до (верхний рисунок) и после 20 мин обработки 10 мг/мл цитохалазина Д (ЦитД). Стрелкой показан ток до подачи 10 мкМ амилорида. Б, схематическое представление протокола подачи потенциала, использованного в экспериментах whole-cell. В, гистограммы плотности амилорид-чувствительного тока до и после обработки цитохалазином Д. p 0.05.

Средняя плотность амилорид-чувствительного тока в контрольных экспериментах (клетки, не обработанные ЦитД) составляла 342 ± 57 пА/пФ (n=14). Разрушение актиновых микрофиламентов ЦитД в течение 20 мин значительно увеличивало плотность тока (до 671 ± 82 пA/пФ, n=11). Таким образом, наши результаты подтверждают ранее опубликованные данные, полученные в экспериментах на клетках амфибий. Кроме этого, мы исследовали свойства ENaC на уровне регистрации одиночных каналов. Субъединицы ENaC мыши трансфицировали в клетки НЕК-293Т;

затем трансфицированные клетки анализировали методом патч-кламп в конфигурации отведения от фрагмента мембраны неповрежденной клетки (cell-attached). Согласно полученным данным, NPo увеличивалась в среднем в 2.7 раза после 10 мин обработки ЦитД (от 0.29 ± 0.03 до 0.79 ± 0.08). В проведенных экспериментах был также получен ответ на вопрос о том, влияет ли разрушение актинового цитоскелета на биофизические характеристики унитарных токов через ENaC: проводимость и потенциал реверсии. Так, проводимость одиночных каналов составляла 14.7 ± 0.5 и 14.8 ± 0.4 пСм до и после обработки ЦитД, соответственно.

Потенциал реверсии также не менялся и составил 35.2 ± 0.1 и 35.9 ± 0.2 мВ [18].

Активация эндогенных эпителиальных натриевых каналов в клетках собирательных трубочек почки в ответ на разрушение актиновых микрофиламентов.

Как видно из полученных нами данных см. рис. 1, [18]) и ранее опубликованных работ [31, 32], разборка актинового цитоскелета влияет на активность натриевых каналов, экспрессирующихся в клетках амфибий и клетках крови, а также в трансфицированных клетках различных линий. Однако проведенные ранее исследования были сделаны в различных модельных системах, и вопрос о существовании подобной регуляции в клетках почки, экспрессирующих нативный ENaC, оставался открытым. В данной работе в качестве клеточной линии, стабильно экспрессирующей ENaC, были выбраны клетки собирательных трубочек почки мыши линии mpkCCDc14. Активность одиночных каналов ENaC регистрировали в парных экспериментах в конфигурации cell-attached метода патч-кламп до и после обработки ЦитД. В течение 10 мин наблюдали значительное увеличение NPo (с 0.47 ± 0.20 до 1.37 ± 0.54, соответственно) [18].

Аналогичные эксперименты были проведены на свежеизолированных собирательных трубочках почки крысы линии Sprague Dawley, в условиях, наиболее приближенных к физиологическим. Выделенные из кортекса почки крысы трубочки вскрывали с помощью микропипеток, чтобы обеспечить доступ к апикальной плазматической мембране.

Активность ионных каналов регистрировали при поддерживаемом потенциале –60 мВ.

Типичный пример, иллюстрирующий увеличение активности одиночных каналов ENaC в ответ на разрушение актиновых микрофиламентов ЦитД, показан на рис. 2, А. Приведена полная запись, демонстрирующая увеличение активности ENaC в ответ на приложение цитохалазина Д в концентрации 10 мкг/мл, ниже показаны фрагменты записи при большем временном масштабе. Согласно полученным данным (рис. 2, Б), наблюдалось увеличение NPo с 0.5 ± 0.1 до обработки ЦитД до 1.3 ± 0.4 после обработки, соответственно (p 0.05) Рис. 2. Разрушение F-актина приводит к увеличению активности ENaC в апикальной мембране клеток свежевыделенных собирательных трубочек почки крысы. А, типичные записи активности одиночных каналов, полученные в отведении от участка апикальной мембраны клетки свежевыделенных собирательных трубочек почки крысы. Под полными записями активности одиночных каналов приведены в увеличенном масштабе участки данных записей до (I) и после (II) аппликации цитохалазина Д. В течение эксперимента поддерживали потенциал 60 мВ. Обозначениями “з” и “o” показаны закрытое и открытые состояния канала, соответственно. Б, график, суммирующий активность (NPo) каналов, зарегистрированных в мембране свежевыделенных клеток собирательных трубочек почки крысы. Звездочкой показано различие в NPo до и после обработки реагентом (p 0.05).

Результаты, показанные на рис. 2, демонстрируют, что активность нативных каналов ENaC, зарегистрированных в апикальной мембране клеток собирательных трубочек почки, изменяется при обработке ЦитД. Таким образом, эндогенно экспрессирующийся ENaC, так же, как и восстановленный методом трансфекции, активируется при деструкции актиновых филаментов.

Изучение изменения количества эпителиальных натриевых каналов в мембране при разрушении актинового цитоскелета. В настоящее время в литературе рассматривают два основных механизма изменения активности ионных каналов: увеличение или уменьшение вероятности открытого состояния канала и изменение количества каналов в мембране клетки [7, 22, 27]. Кроме этого, дополнительным параметром, который влияет на изменение общего тока через канал, является уменьшение или увеличение проводимости отдельных каналов. В дальнейших экспериментах была поставлена задача выяснить, какой из вышеперечисленных механизмов отвечает за активацию ENaC при разрушении F-актина.

Для данных экспериментов мембранную фракцию ENaC изолировали при помощи стрептавидиновой преципитации общего лизата клеток, белки плазматической мембраны которых были предварительно помечены сульфо-NHS-LC-биотином. Данный подход надежным образом позволяет отделить поверхностные и интегральные белки плазматической мембраны от белков цитоплазмы.

На рис. 3, А приведены результаты иммуноблотинга антителами против последовательности Myc. Для данных экспериментов клетки СНО трансфицировали плазмидами, кодирующими все три субъединицы mENaC, каждая из которых несет последовательность Myc на С-конце. Трансфицированные клетки обрабатывали 10 мг/мл ЦитД, либо его растворителем (ДМСО, контроль) в течение 20 мин. На рис. 3, Б показан уровень мембранной фракции ENaC до и после обработки цитохалазином Д. Усредненные результаты приведены на суммирующем графике (рис. 3, Б). Согласно полученным данным, доля ENaC в плазматической мембране необработанных клеток составлял 23.3 ± 5.4% от общего содержания ENaC в клетке и существенно не изменялся при обработке цитохалазином Д (19.4 ± 3.9%).

Рис. 3. Типичный результат иммуноблотинга антителами против последовательности Myc, показывающий цитоплазматическую и мембранную долю ENaC в клетках, обработанных ЦитД, по сравнению с контролем. Белки плазматической мембраны были помечены сульфо-NHS-LC-биотином и изолированы методом стрептавидиновой преципитации. Показаны уровни ENaC в общем лизате и мембранной фракции контрольных клеток и клеток, обработаных 10 мг/мл ЦитД (А). Б, суммирующий график, демонстрирующий процент ENaC в плазматической мембране клеток в присутствии и отсутствие обработки ЦитД.

2. Определение влияния актин-связывающего белка кортактина на активность эпителиальных натриевых каналов Исследование влияния кортактина на ток, опосредованный эпителиальными натриевыми каналами, в модели трансфицированных клеток. Активность ENaC контролируется различными регуляторными механизмами и сигнальными молекулами [4, 26, 29, 35]. Наряду с другими факторами, активность канала регулируется актиновым цитоскелетом. Однако конкретные сигнальные механизмы и белки, вовлеченные в поддержание активности канала и взаимодействие с актиновым цитоскелетом, не выявлены.

Одним из кандидатов на роль связующего звена между цитоскелетом и субъединицами канала является кортактин – белок, напрямую связывающийся с актиновыми микрофиламентами. Ранее было показано, что кортактин вовлечен в координирование пространственной организации различных трансмембранных белков [11, 33, 37].

Для того, чтобы выяснить, существует ли функциональное воздействие кортактина на ENaC, субъединицы канала экспрессировали в клетках СНО методом временной трансфекции и затем в конфигурации отведения от целой клетки метода патч-кламп (whole cell) регистрировали плотность амилорид-чувствительной компоненты интегрального трансмембранного тока. В данных экспериментах субъединицы ENaC экспрессировали либо отдельно, либо совместно с рекомбинантным кортактином дикого типа. На рис. 4, А показаны типичные амилорид-чувствительные токи через каналы mENaC, трансфицированные в клетки СНО, до и после (указано стрелкой) приложения 10 мкМ раствора амилорида. Показанные записи иллюстрируют значительное снижение амилорид чувствительного интегрального Na+ тока в клетках, где помимо субъединиц ENaC был экспрессирован кортактин (нижняя запись), по сравнению с клетками, где экспрессировали только субъединицы канала (верхняя запись). Согласно полученным данным, суммарные результаты по которым приведены в виде гистограмм на рис. 4, Б, совместная экспрессия ENaC и кортактина в клетках СНО приводит к значительному снижению ENaC опосредованной плотности тока с 171 ± 10 до 55 ± 9 пA/пФ.

Рис. 4. Совместная экспрессия ENaC и кортактина снижает амилорид чувствительный ток в трансфицированных клетках СНО. А, типичные записи интегральных токов через мембрану клеток СНО, трансфицированных субъединицами mENaC отдельно или совместно с кортактином дикого типа. Б, гистограмма, суммирующая плотность амилорид-чувствительного тока в клетках СНО, трансфицированных субъединицами mENaC отдельно или совместно с кортактином дикого типа (+кортактин). p 0.001.

Экспрессия и локализация кортактина в почке крысы и иммортализованных клеточных линиях собирательных трубочек почки. Двойное окрашивание антителами против кортактина и аквапорина-2 продемонстрировало, что кортактин локализован в собирательных трубочках почки [16]. Можно также отметить, что окраска, соответствующая антителам против кортактина, наблюдалась и в других фрагментах нефрона, например, в дистальных извитых канальцах. Однако наиболее сильная экспрессия кортактина обнаружена в сегментах почки, в которых экспрессируются также и субъединицы ENaC. В дополнительных экспериментах методом иммуноблотинга показано, что кортактин экспрессируется в кортексе почки крысы, а также в иммортализованных клетках собирательных трубочек почки млекопитающих, включая культивируемые клетки собирательных трубочек мыши (линии mpkCCDc14 и M-1) и клетки Мадин-Дарби почки собаки (MDCK-C7) [16].

Роль кортактина в реабсорбции натрия в клетках собирательных трубочек почки.

В ходе исследования был поставлен вопрос о том, насколько кортактин вовлечен в физиологически обусловленные процессы, затрагивающие активность эпителиальных натриевых каналов в почке. Так же, как и в предыдущих экспериментах, в качестве модели почечного эпителия была использована линия иммортализованных клеток собирательных трубочек почки mpkCCDc14.

Рис. 5. Снижение уровня экспрессии кортактина в клетках mpkCCDc14. А, типичный результат иммуноблотинга антителами против кортактина, проведенный на лизатах клеток почки мыши mpkCCDc14, инфицированных лентивирусными частицами, несущими некодирующую последовательность shRNA (контроль shRNA), а также shRNA, содержащую последовательность для подавления экспрессии кортактина (кортактин KD).

Уровень загрузки геля контролировали при помощи антител против -актина (нижняя панель). Б, денситометрический анализ относительной экспрессии кортактина в контроле и клетках с подавленной экспрессией кортактина.

При помощи метода лентивирусной инфекции shRNA в клетках линии mpkCCDc14 был снижен уровень мРНК, кодирующей ген кортактина. Были использованы лентивирусные частицы, несущие shRNA против последовательностей мРНК кортактина мыши;

в качестве контрольных частиц применяли соответствующие коммерчески доступные лентивирусные векторы, не несущие кодирующих последовательностей shRNA. После селекции антибиотиком пуромицином из зараженных лентивирусными частицами клеток формировали отдельные колонии, в которых методом иммуноблотинга проверяли уровень экспрессии кортактина. Из ряда колоний клеток, в которых лентивирусная трансфекция была успешной, выбрали колонию с самым низким уровнем экспрессии кортактина, получившую название «клон 13», и вывели стабильную линию с пониженной экспрессией кортактина.

Результат типичного иммуноблотинга антителами против кортактина мыши, показывающий значительное снижение экспрессии кортактина в клетках mpkCCDc14 клона 13 в сравнении с контрольными клетками, а также денситометрический анализ;

было проведено усреднение по трем экспериментам, приведен на рис. 5 А, Б.

Созданная клеточная линия со стабильно сниженной экспрессией кортактина была охарактеризована двумя независимыми электрофизиологическими методами. Во-первых, для регистрации активности ENaC был использован метод патч-кламп. Во-вторых, были проведены измерения трансэпителиального ENaC-опосредованного тока через монослой клеток. Для экспериментов по измерению трансэпителиального тока контрольные клетки линии mpkCCDc14, а также клетки клона 13 высевали на проницаемые подложки одновременно в одинаковой концентрации и культивировали в одинаковых условиях, замеряя трансэпителиальное сопротивление и потенциал ежедневно с начала токообразования. Как показано на графике на рис. 6, токообразование в клетках клона 13 с пониженной экспрессией кортактина протекало более интенсивно и через 7 суток ежедневных измерений наблюдались большие значения тока, чем в контрольных клетках. В конце эксперимента со стороны апикальной мембраны к клеткам добавляли 10 мкМ амилорида для того чтобы подтвердить, что измеренные токи опосредованы ENaC.

Рис. 6. Снижение экспрессии кортактина вызывает увеличение амилорид чувствительного тока через монослой клеток линии mpkCCDc14. График показывает развитие трансэпителиального тока в контрольных клетках mpkCCDc14 и «клоне 13» со сниженной экспрессией кортактина. Данные усреднены по минимум 9 независимым экспериментам. *p0. Действие кортактина на вероятность открытого состояния эпителиальных натриевых каналов (Po). Проведенные нами опыты по изучению влияния разборки актинового цитоскелета на активность ENaC показали, что, по всей вероятности, данный эффект опосредован изменениями в воротных свойствах канала. Так как кортактин может быть вовлечен в регуляцию канала F-актином, было исследовано предположение, что механизм действия кортактина также обусловлен изменениями в вероятности открытого состояния канала (Po), а не количества каналов в апикальной мембране клеток (N).

В электрофизиологических экспериментах с клоном 13 клеточной линии mpkCCDc было показано, что снижение экспрессии кортактина влияет на вероятность пребывания канала в открытом состоянии, однако при этом количество каналов в плазматической мембране не изменяется. На рис. 7, А приведены типичные записи активности одиночных каналов в апикальной мембране контрольных клеток линии mpkCCDc14, а также клона (конфигурация cell-attached). Снижение экспрессии кортактина привело к заметному увеличению вероятности открытого состояния канала до 0.78 ± 0.08 по сравнению с контролем (0.47 ± 0.07) (рис. 7, Б). Как видно из усредненных данных, количество каналов в изолированном фрагменте мембраны постоянно при снижении экспрессии кортактина (рис.

7, Б). Таким образом, можно сделать вывод о том, что кортактин участвует в подавлении активности ENaC за счет влияния на вероятность открытого состояния канала. Для подтверждения этой гипотезы были проведены эксперименты по биотиниляции мембранных белков, а также электрофизиологические измерения активности одиночных каналов в системе трансфицированных клеток.

Рис. 7. Снижение экспрессии кортактина приводит к повышению вероятности открытого состояния ENaC в клетках mpkCCDc14. А, примеры типичных записей активности одиночных каналов, зарегистрированных в отведении cell attached метода патч-кламп на апикальной мембране контрольных клеток (верхняя запись, контроль shRNA) и клеток со сниженной экспрессией кортактина (нижняя запись, кортактин KD);

поддерживаемый потенциал - мВ. «з» и «о» обозначают закрытое и открытое состояние канала, соответственно. Б, график, суммирующий эффект снижения экспрессии кортактина на вероятность открытого состояния ENaC (Po) и среднее количество активных каналов (N). Звездочкой показано статистически значимое отличие между группами (p 0.05).

На рис. 8, А показаны типичные записи одиночных каналов, зарегистрированных в отведении от фрагмента клеточной мембраны (конфигурация cell-attached метода патч кламп). Для этих экспериментов субъединицы ENaC были функционально встроены в клетки СНО отдельно и совместно с кортактином дикого типа. Как видно из представленных записей, а также суммирующих гистограмм (рис. 8, Б), вероятность открытого состояния канала (Po) значительно ниже при котрансфекции ENaC совместно с кортактином. В свою очередь, среднее количество активных каналов в изолированном фрагменте мембраны (N) было постоянным. Полученные данные подтверждают также, что кортактин вовлечен в регуляцию ENaC посредством влияния на воротную кинетику канала и не участвует в изменении количества каналов в мембране.

Рис. 8. Совместная экспрессия кортактина и ENaC приводит к снижению вероятности открытого состояния канала (Po). А, типичные записи токов через одиночные каналы, полученные в конфигурации cell-attached метода патч-кламп в клетках, трансфицированных субъединицами mENaC отдельно (верхняя запись) или совместно с кортактином дикого типа (нижняя запись).

Поддерживаемый потенциал составлял 60 мВ. «з» и «о» обозначают закрытое и открытое состояние канала, соответственно. Б, график, суммирующий влияние снижения экспрессии кортактина на вероятность открытого состояния ENaC (Po) и среднее количество активных каналов (N) в отведенном фрагменте мембраны. Звездочками показано статистически значимое отличие между группами (p 0.01).

В дополнение к электрофизиологическому методу был применен количественный биохимический подход по биотиниляции мембранной фракции ENaC. На рис. 9 показан пример иммуноблотинга, иллюстрирующий количество белка ENaC в мембранной фракции и общем клеточном лизате клеток СНО, трансфицированных ENaC отдельно и совместно с кортактином. Для детекции ENaC были использованы антитела против последовательности Myc, которую включает в себя экспрессирующийся при трансфекции белок.

Денситометрический анализ серии аналогичных экспериментов показал, что экспрессия кортактина совместно с ENaC не изменяет долю ENaC в плазматической мембране по сравнению с субъединицами ENaC, трансфицированными отдельно [16].

Кортактин ассоциирован с субъединицами ENaC. Возможным вариантом реализации этого механизма влияния кортактина на воротные свойства канала является прямое взаимодействие актин-связывающего и канального белков. Для проверки этой гипотезы был применен коиммунопреципитационный анализ, который позволяет показать наличие прямой либо опосредованной связи между двумя белками.

Рис. 9. Совместная экспрессия ENaC и кортактина в клетках СНО не изменяет количество канального белка в мембранной фракции. А, Пример иммуноблотинга антителами против последовательности Myc. Показаны дорожки, содержащие общий клеточный лизат клеток СНО, экспрессирующих Myc-конъюгированные субъединицы mENaC в присутствии или отсутствие кортактина. Белки плазматической мембраны метили сульфо-NHS-SS биотином и далее изолировали стрептавидиновой преципитацией. Загрузку дорожек геля в случае общего клеточного лизата контролировали по уровню -актина.

В первых экспериментах в качестве модели использовали трансфицированные клетки СНО, временно экспрессирующие субъединицы ENaC и кортактин дикого типа. Гены, кодирующие альфа-субъединицу ENaC мыши, несли также последовательность Myc, однако бета- и гамма-субъединицы ENaC, трансфицированные в СНО, данной последовательности не содержали. Плазмида, несущая ген кортактина дикого типа, содержала последовательность FLAG. На рис. 10, А (верхнее изображение) приведены результаты ко иммунопреципитационного эксперимента, в котором преципитация проводилась антителами против последовательности FLAG. Был также проведен обратный эксперимент, в котором преципитация проводилась антителами против последовательности Myc (нижнее изображение на рис. 10, А). Кортактин был выявлен в лизатах, проанализированных при помощи антител к Myc-последовательности на альфа-субъединице ENaC, и наоборот.

Рис. 10. Кортактин коиммунопреципитирует с субъединицами ENaC. A, показан типичный результат коиммунопреципитационного эксперимента, для которого клетки CHO были трансфицированы плазмидами, несущими гены, кодирующие конъюгированную с последовательностью Myc -субъединицу mENaC и не содержащие маркирующих последовательностей - и -mENaC, а также конъюгированный с последовательностью FLAG ген кортактина. Общие клеточные лизаты (ОКЛ) трансфицированных клеток либо сразу анализировали в ПААГ с последующим иммуноблотингом антителами против последовательностей FLAG либо Myc, либо подвергали ко-иммунопреципитации (ИП) антителами против FLAG или Myc (верхний и нижний рисунки, соответственно). Б, В, общие клеточные лизаты клеток линии mpkCCDc14 (Б), а также лизаты гомогенизированной ткани кортекса почки крысы (В) анализировали электрофорезом в ПААГ с последующим иммуноблотингом антителами против соответствующих субъединиц ENaC (1) или подвергали иммунопреципитации антителами против кортактина (3). Сигнала ко-иммунопреципитации кортактина и субъединиц ENaC не было обнаружено в случае, когда процедура преципитации проводилась без антител (2).

Далее был поставлен вопрос о существовании комплекса ENaC-кортактин в клетках, экспрессирующих эндогенные белки. Как показано на рис. 10, Б, эндогенный кортактин ко иммунопреципитирует с -ENaC в клетках эпителия собирательных трубочек почки мыши mpkCCDc14. Более того, - и -ENaC были обнаружены в преципитатах, полученных из клеток кортикальной области почки крысы линии Sprague Dawley при помощи антител к кортактину (изображение в правой части нижнего ряда на рис. 10, В). Лизаты клеток в данных экспериментах сначала подвергали преципитации антителами против кортактина, или напрямую анализировали в ПААГ с последующим иммуноблотингом антителами против соответствующих субъединиц канала.

В целом, результаты, показанные на рис. 10, согласуются с гипотезой о том, что кортактин и ENaC находятся в непосредственной близости друг от друга и это взаимодействие, вероятнее всего, происходит напрямую или через адаптерный белок.

3. Изучение механизма кортактин-зависимой регуляции эпителиальных натриевых каналов Белковый комплекс Arp2/3 необходим для регуляции эпителиальных натриевых каналов кортактином. На уровне клетки кортактин может быть участником множества сигнальных каскадов, конкретный механизм каждого из которых зависит от функциональных доменов кортактина, вовлеченных во взаимодействие с другими белками. В данной работе была поставлена задача определения доменов кортактина, участвующих в регуляции ENaC, и, соответственно, соответствующего сигнального механизма. Для решения этой задачи были использованы различные формы кортактина, в которых мутации критических аминокислот делали определенные домены кортактина не функциональными.

Известно, что второй домен с N-конца кортактина, состоящий из семи 37 аминокислотных тандемных повторов, отвечает за связывание с актиновым цитоскелетом и высоко консервативен среди кортактинов различных видов [11]. В исследованном мутантном кортактине, получившем название «кортактин 4», отсутствует четвертый из актин связывающих повторов;

данный мутант не способен взаимодействовать с F-актином [36].

Кодоны 421, 466 и 482 в гене кортактина мыши кодируют остатки тирозина, которые могут подвергаться фосфорилированию киназой c-Src, при этом тирозин 421 является первичным сайтом Src-опосредованного фосфорилирования кортактина in vivo [14, 15]. Мутант кортактина, названный «кортактин-3Y», содержит замену тирозина на фенилаланин во всех трех сайтах и не обладает присущей кортактину фосфотирозиновой активностью.

Мутантный кортактин W22A не способен связываться с комплексом Arp2/3 и, таким образом, не может участвовать в активации сборки актинового цитоскелета (показано in vitro и in vivo [30, 34]).

Рис. 11. Действие мутантных форм кортактина на ENaC-опосредованный ток. A, гистограммы плотности интегрального амилорид-чувствительного тока через мембрану клеток СНО, трансфицированных плазмидами субъединиц mENaC отдельно или совместно с различными мутантными вариантами кортактина. Плотность тока рассчитывали для потенциала 80 мВ. Показано количество опытов в каждой группе (n). Звездочка обозначает статистически достоверное отличие между группами (p 0.05). Б, типичный результат иммуноблотинга, показывающий уровень экспрессии кортактина в нетрансфицированных клетках СНО, а также клетках, трансфицированных кортактином дикого типа или его мутантными формами.

В наших исследованиях различные мутантные формы кортактина были использованы в электрофизиологических экспериментах по измерению ENaC-опосредованного тока в отведении от целой клетки (конфигурация whole-cell метода патч-кламп). Мы протестировали кортактин 4, кортактин-3Y и кортактин W22A в системе клеток СНО, трансфицированных плазмидами, несущими гены различных мутантов кортактина и субъединицы канала. Согласно полученным результатам (рис. 11, А), только совместная трансфекция субъединиц ENaC и кортактина W22A не повлияла на регистрируемые интегральные токи, тогда как остальные мутантные формы кортактина снижали амилорид чувствительный ток так же, как и кортактин дикого типа. В качестве дополнительного контроля был проверен уровень экспрессии различных мутантов кортактина в клетках СНО (рис. 11, Б). Иммуноблотинг показал, что уровень экспрессии мутантных белков сравним с контролем (кортактин дикого типа), и, соответственно, полученные эффекты не обусловлены различным уровнем эффективности трансфекции.

N-концевая часть кортактина содержит так называемый NTA (N-terminal acidic) – домен, внутри которого расположен мотив DDW, являющийся сайтом связывания для Arp3 компоненты комплекса Arp2/3, за которым следуют тандемные повторы из 37 аминокислот, отвечающие за взаимодействие с F-актином [10, 38]. В контрольных экспериментах мы проверили, будет ли NTA-домен, экспрессированный в клетках СНО отдельно от комплекса Arp2/3, влиять на ENaC-опосредованный амилорид-чувствительный ток. Согласно опубликованным данным [16], совместная трансфекция субъединиц ENaC и домена NTA не ингибирует амилорид-чувствительный ток по сравнению с током через мембрану клеток, трансфицированных только субъединицами канала (308.2 ± 50.2 и 286.2 ± 57.5 пА/пФ, соответственно, различие недостоверно (р 0.05)) [16].

Электрофизиологические данные о вовлечении комплекса Arp2/3 в регуляцию ENaC посредством кортактина были подтверждены при помощи фармакологического подхода. Для этого был использован химический ингибитор комплекса Arp2/3 CK-0944666 (далее СK-666) [5, 25]. CK-666 связывается с сайтом на границе субъединиц Arp2 и Arp3 комплекса Arp2/3, блокируя переход Arp2 и Arp3 в их активное состояние [25]. В рамках задачи изучения роли комплекса Arp2/3 в механизме взаимодействия ENaC и кортактина клетки СНО, временно трансфицированные субъединицами ENaC отдельно и совместно с кортактином, были обработаны реагентом СK-666 (1 ч, 100 мкМ). Затем в конфигурации отведения от целой клетки метода патч-кламп был измерен амилорид-чувствительный ток через мембрану трансфицированных клеток. Как показано на рис. 12, обработка CK-666 предотвратила снижение ENaC-опосредованного интегрального тока, которое наблюдается при совместной трансфекции субъединиц ENaC и кортактина (значение плотности тока при экспрессии только субъединиц ENaC составило 328.1 ± 40.7 пА/пФ, при совместной экспрессии с кортактином – 138.1 ± 3.7 и 343.3 ± 17.3 пА/пФ до и после обработки СК-666, соответственно). Полученные данные подтверждают выдвинутую гипотезу и позволяют с большей уверенностью заключить, что комплекс Arp2/3 необходим для кортактин зависимого снижения активности ENaC.

Рис. 12. Блокирование комплекса Arp2/3 при помощи 100 мкМ CK-666 предотвращает действие кортактина на ENaC опосредованный ток. Показана гистограмма, суммирующая интегральный амилорид-чувствительный ток через мембрану клеток СНО, трансфицированных субъединицами mENaC отдельно и совместно с кортактином дикого типа. Обработка клеток, трансфицированных ENaC совместно с кортактином 100 мкМ СК 666 вызывала возвращение плотности тока на контрольный уровень.

Звездочками обозначено статистически значимое различие между группами (** p 0.01, *** p 0.001).

Влияние разборки актиновых микрофиламентов и ингибирования комплекса Arp2/3 на взаимодействие между субъединицами эпителиального натриевого канала и кортактином. Среди белков, посредством которых может осуществляться взаимодействие кортактин-ENaC, наиболее вероятными кандидатами являются актин и комплекс Arp2/3. Для проверки вовлечения этих белков в исследуемое взаимодействие были проведены дополнительные ко-иммунопреципитационные эксперименты. Клетки СНО трансфицировали субъединицами ENaC и кортактином дикого типа и затем обрабатывали либо актин-разрушающим реагентом цитохалазином Д (30 мин, 10 мкг/мл), либо ингибитором комплекса Arp2/3 CK-666 (1 ч, 100 мкМ). В данных экспериментах клетки СНО трансфицировали плазмидами, содержащими гены субъединиц ENaC, несущих последовательность Myc, и ген кортактина, несущий последовательность FLAG. Лизаты клеток затем подвергали иммунопреципитации антителами против FLAG либо Myc.

Рис. 13. Деполимеризация актиновых микрофиламентов и ингибирование комплекса Arp2/3 не вызывают потери ассоциации между субъединицами ENaC и кортактином.

Клетки СНО были трансфицированы плазмидами, кодирующими гены субъединиц mENaC, несущих последовательности Myc, и кортактина дикого типа, конъюгированного с последовательностью FLAG. Через 24 ч после трансфекции клетки обрабатывали контрольным раствором (А, контроль), цитоскелет-деполимеризующим реагентом цитохалазином Д (10 мкM;

30 мин) (Б) или ингибитором комплекса Arp2/3 CK-0944666 (CK666;

100 мкМ;

1 ч) (В). Общие клеточные лизаты затем либо анализировали электрофорезом в ПААГ с последующим иммуноблотингом (1), либо подвергали иммунопреципитации антителами против Myc или FLAG (3).

Преципитированные ENaC и кортактин затем выявляли в иммуноблотах антителами против последовательностей Myc или FLAG, соответственно. На рис. 13 (А, Б, В) приведены результаты подобного эксперимента, показывающие, что ни разрушение актиновых микрофиламентов цитохалазином Д, ни ингибирование активности комплекса Arp2/3 не повлияли на ассоциацию между ENaC и кортактином. Полученные данные подтверждают гипотезу о том, что ENaC напрямую взаимодействует с кортактином, и последний таким образом модулирует изменения активности канала.

ВЫВОДЫ 1. Активность ENaC, нативно экспрессирующихся в иммортализованных и свежевыделенных клетках эпителия собирательных трубочек почки, а также восстановленных в клетках млекопитающих методом трансфекции, повышается при разборке актинового цитоскелета.

2. Актин-связывающий белок кортактин участвует в регуляции функциональной активности ENaC: подавление экспрессии кортактина повышает активность каналов.

3. Кортактин снижает вероятность нахождения эпителиальных натриевых каналов в открытом состоянии;

содержание субъединиц канала в плазматической мембране клетки при этом остается неизменным.

4. Белковый комплекс Arp2/3 вовлечен в регуляцию ENaC и, вероятно, опосредует ингибирующее действие кортактина.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ Статьи 1. Ilatovskaya D.V., Levchenko V., Pavlov T.S., Negulyaev Yu.A., and Staruschenko A.

Cortical actin binding protein cortactin regulates ENaC activity via Arp2/3 complex. FASEB J. 25(8):2688–2699, 2011.

2. Karpushev A.V., Levchenko A., Ilatovskaya D.V., Pavlov T.S., Staruschenko A. Novel role of Rac1/WAVE signaling mechanism in regulation of the Epithelial Na+ сhannel.

Hypertension. 57:996–1002, 3. Илатовская Д.В., Павлов Т.С., Негуляев Ю.А., Старущенко А.В. Механизмы регуляции эпителиальных натриевых каналов кортактином: вовлечение динамина.

Цитология. 53(11):903–910, 2011.

4. Karpushev A.V., Ilatovskaya D.V., Staruschenko A. The actin cytoskeleton and small G protein RhoA are not involved in flow-dependent activation of ENaC. BMC Res Notes.

3(1):210, 2010.

5. Karpushev A.V., Ilatovskaya D.V., Pavlov T.S., Negulyaev Yu.A., Staruschenko A. Intact cytoskeleton is required for small G protein dependent activation of the epithelial Na+ channel. PLoS One. 5(1):e8827, 2010.

6. Вачугова (Илатовская) Д.В. и Морачевская Е.А. Механочувствительность натриевых каналов суперсемейства DEG/ENaC. Цитология. 51(10):806–814, 2009.

Тезисы конференций 1. Илатовская Д.В., Павлов Т.С., Левченко В.В., Негуляев Ю.А., Старущенко А.В.

Актин-связывающий белок кортактин регулирует эпителиальные натриевые каналы при участии комплекса Arp2/3. 15-я международная школа-конференция молодых ученых «Биология – наука XXI века», Пущино, Сборник тезисов, с. 129–130, 2011.

2. Илатовская Д.В., Павлов Т.С., Левченко В.В., Негуляев Ю.А., Старущенко А.В.

Комплекс Arp2/3 участвует в регуляции эпителиальных натриевых каналов. Цитология.

53(9):704–705, 2011.

3. Ilatovskaya D.V., Pavlov T.S., Levchenko V., Negulyaev Yu.A., Staruschenko A. Key role for the cortical actin binding protein cortactin in the regulation of ENaC by actin cytoskeleton.

7th International Symposium on Aldosterone and the ENaC/Degenerin Family of Ion Channels: Molecular Mechanisms and Pathophysiology

Abstract

book, pp. 22, 2011.

4. Staruschenko A., Karpushev A.V., Levchenko V., Ilatovskaya D.V., Pavlov T.S. Novel role of Rac1/WAVE signaling mechanism in regulation of the epithelial Na+ channel (ENaC).

FASEB J. 25:1039.1, 2011.

5. Ilatovskaya D.V., Pavlov T.S., Levchenko V., Negulyaev Yu.A., Staruschenko A. Cortactin regulates ENaC via Arp2/3 complex. SICI/RECI III: Trends and challenges in ion channel research meeting. Tenerife, Spain, O–8.5, p.56, 2011.

6. Ilatovskaya D.V., Karpushev A.V., Pavlov T.S., Levchenko V., Negulyaev Yu.A., Staruschenko A. Role of the сortical actin and cortactin in regulation of ENaC activity. J Am Soc Nephron, 21: PO 638, 2010.

7. Staruschenko A.V., Ilatovskaya D.V., Karpushev A.V., Pavlov T.S., Levchenko V., Negulyaev Yu.A. Role of cortical actin and cortactin in regulation of ENaC activity. FASEB conference: Renal Hemodynamics: Mechanisms to Understand Disease, abstract 8, 2011.

8. Ilatovskaya D.V., Vinnakota K.C., Pavlov T.S., Staruschenko A.V. An essential role of cortactin in the regulation of ENaC. Experimental Biology’2010, Anaheim, USA. FASEB J.

24:606.2, 2010.

9. Вачугова (Илатовская) Д.В. Разработка экспериментальной модели для исследования свойств натриевых каналов (ENaC). Молодые ученые – промышленности Северо Западного региона. Политехнический симпозиум. Сборник тезисов. Санкт-Петербург, Россия. С. 53, 155, 2007.

СПИСОК ЦИТИРУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1. Ashkroft F.M., 2000. Academic Press. 1–502. 2. Berdiev B.K. et al., 1996. J.Biol.Chem. 271:17704– 17710. 3. Berdiev B.K. et al., 2001. Biophys.J. 80:2176–2186. 4. Bhalla V. and Hallows K.R. 2008.

J.Am.Soc.Nephrol. 19:1845–1854. 5. Blanchoin L. and Boujemaa-Paterski R. 2009. Chem.Biol.

16:1125–1126. 6. Bradford M.M., 1976. Anal.Biochem. 72:248–254. 7. Butterworth M.B. et al., 2009.

Am.J.Physiol.Renal Physiol. 296:F10–F24. 8. Cantiello H.F., 1995. Kidney Int. 48:970–984.

9. Cantiello H.F. et al., 1991. Am.J.Physiol. 261:C882–C888. 10. Cosen-Binker L.I. and Kapus A., 2006. Physiology (Bethesda.). 21:352–361. 11. Daly R.J., 2004. Biochem.J. 382:13–25. 12. Hansson J.H. et al., 1995a. Nat.Genet. 11:76–82. 13. Hansson J.H. et al., 1995b. Proc.Natl.Acad.Sci.U.S.A.

92:11495–11499. 14. Head J.A. et al., 2003. Mol.Biol.Cell. 14:3216–3229. 15. Huang C. et al., 1997.

J.Biol.Chem. 272:13911–13915. 16. Ilatovskaya D.V. et al., 2011. FASEB J. 25:2688–99. 17. Jovov B.

et al., 1999. J.Biol.Chem. 274:37845–37854. 18. Karpushev A.V. et al., 2010. PLoS One, 5, e8827.

19. Levchenko V. et al., 2010. J.Cell.Physiol. 223:252–259. 20. Lifton R.P., 1995.

Proc.Natl.Acad.Sci.U.S.A. 92:8545–8551. 21. Lifton R.P. et al., 2001. Cell. 104:545–556. 22. Malik B.

et al., 2006. Am.J.Physiol.Renal Physiol. 290:F1285–F1294. 23. Mazzochi C. et al., 2006a. 291:F1113– F1122. 24. Mazzochi C. et al., 2006b. J.Biol.Chem. 281:6528–6538. 25. Nolen B.J. et al., 2009. Nature.

460:1031–1034. 26. Pochynyuk O. et al., 2008. Curr.Opin.Nephrol.Hypertens. 17:533–540. 27. Rossier B.C., 2002. J Gen.Physiol. 120:67–70. 28. Rossier B.C. and Schild L., 2008. Hypertension. 52:595–600.

29. Rotin D. et al., 1994. EMBO J. 13:4440–4450. 30. Schafer D.A., 2002. Curr.Opin.Cell Biol. 14:76– 81. 31. Shumilina E.V. et al., Mol.Biol.Cell. 14:1709–1716. 32. Staruschenko A. et al., 2005.

J.Biol.Chem. 280:39161–39167. 33. Tian L. et al., 2008. J.Biol.Chem. 283:3067–3076. 34. Uruno T. et al., 2001. Nat.Cell Biol. 3:259–266. 35. Verrey F. et al., 2008. Kidney Int. 73:691–696. 36. Weed S.A., 2000. J.Cell Biol. 151:29–40. 37. Williams M.R. et al., 2007. Proc.Natl.Acad.Sci.U.S.A. 104:17412– 17417. 38. Wu H. and Parsons J.T., 1993. J.Cell Biol. 120:1417–1426.



 




 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.