авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Проблемы и перспективы развития синьцзян- уйгурского автономного района кнр в начале xxi в.

Российская академия наук

Институт Дальнего Востока

На правах рукописи

Бондаренко Анна Владимировна

Проблемы и перспективы развития Синьцзян-

Уйгурского автономного района КНР в начале XXI в.

Специальность 23.00.04 - «Политические проблемы

международных отношений и глобального развития»

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата политических наук Москва – 2007 Диссертация выполнена в Центре изучения и прогнозирования российско-китайских связей Института Дальнего Востока Российской академии наук.

Научный руководитель – доктор экономических наук Портяков Владимир Яковлевич

Официальные оппоненты: доктор политических наук Яскина Галина Сергеевна кандидат политических наук Каменнов Павел Борисович

Ведущая организация – Институт стран Азии и Африки Московского государственного университета имени М. В. Ломоносова

Защита состоится « » 2007 г. в часов на заседании Диссертационного Совета Д 002.217.02 в Институте Дальнего Востока РАН по адресу: 117418, г. Москва, Нахимовский проспект, 32.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института Дальнего Востока РАН Автореферат разослан « _ » _ 2007 г.

Ученый секретарь Диссертационного Совета, кандидат исторических наук Козлов А. А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования определяется заметным повы шением роли и места Синьцзян-Уйгурского автономного района (СУАР) Китайской Народной Республики во внутрикитайских и международно политических процессах в Центральной Азии в последние полтора де сятилетия.

Образование на постсоветском пространстве группы самостоятель ных центральноазиатских государств и поэтапное урегулирование Ка захстаном, Таджикистаном и Кыргызстаном пограничного вопроса с Китаем, унаследованного с советских времен, радикальным образом повысили геополитическую значимость Синьцзяна, в течение сорока предшествовавших лет пребывавшего на положении захолустной ок раины страны, имевший полузакрытый статус и крайне незначительные контакты с внешним миром. Уже в 1992 г. СУАР впервые был по настоящему включен в политику «внешнеэкономической открытости», проводимую КНР с конца 1970-х годов. Открытие для контактов с зару бежными странами целой группы приграничных городов и уездов СУ АР было призвано способствовать налаживанию торгово экономических связей Китая с молодыми постсоветскими государства ми Центральной Азии. Этот шаг стимулировал общее развитие региона и его внешнеэкономической деятельности, существенно повысил тран зитно-транспортный потенциал Синьцзяна.

Вместе с тем, обретение собственной государственности народами Центральной Азии реанимировало надежды на обретение такого же ста туса среди части уйгур – ведущего национального меньшинства из чис ла проживающих на территории Синьцзяна. Непростая история взаимо отношений мусульман-уйгур и ханьцев, влияние религиозной пропаган ды радикального ислама, поддержка из-за рубежа, в том числе со сторо ны сил международного терроризма привели в 1990-е годы к сущест венной активизации уйгурского сепаратизма. Националистические эле менты, насильственными методами добивавшиеся создания на террито рии СУАР независимого государства «Восточный Туркестан», стали представлять серьезную угрозу социально-политической стабильности на северо-западе страны и даже самой территориальной целостности Китая.

Жесткими мерами подавив к концу 1990-х годов основную волну сепаратистских выступлений в Синьцзяне, китайское руководство стало искать пути долговременной стабилизации ситуации в регионе.

Одним из главных направлений здесь явилось выдвижение в 1999 г.

и начало реализации стратегии подъема западных территорий Китая, которая призвана в исторически короткие сроки заметно сократить от ставание окраин страны от развитых приморских провинций по уровню жизни населения и социально-экономическому развитию в целом.

В международно-политическом плане ведущую роль в деле борьбы с силами «трех зол» (международным терроризмом, национальным се паратизмом и религиозным экстремизмом) – в районах проживания на циональных меньшинств Китая и в СУАР в частности призвано сыграть многоплановое взаимодействие КНР с соседними государствами, в том числе в рамках созданной в 2001 г. Шанхайской организации сотрудни чества.

В какой-то мере борьбу с силами «трех зол» в Синьцзяне облегчило и смещение режима талибов в Афганистане. Вместе с тем, связанное с ним появление близ границ КНР войск внерегиональных держав прида ло совершенно новое измерение задаче защиты национальной безопас ности Китая на его северо-западных рубежах.

Наконец, достижение устойчивой социально-политической ста бильности в СУАР приобретает для Пекина особое значение в связи со все более очевидной ставкой на природные ресурсы именно централь но-азиатских государств в обеспечении растущих потребностей Китая в импортных нефти и природном газе и энергетической безопасности страны в целом.

Объектом диссертационного исследования является Синьцзян Уйгурский автономный район Китайской Народной Республики, пред метом - ведущие тенденции и основные особенности современного по литического и экономического развития СУАР, взятые в региональном и глобальном международно-политическом контексте.

Целью исследования является комплексный анализ экономическо го, внутриполитического и международно-политического положения Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР на рубеже XX-XXI ве ков, выявление основных проблем и перспектив развития региона, воз можностей его сотрудничества с соседними российскими территориями.

Исходя из сформулированной цели, решаются следующие задачи:

1. Проанализировать особенности внутреннего развития Синьцзяна в конце ХХ – начале ХХI вв.: рассмотреть национальный и конфессио нальный состав Синьцзян-Уйгурского автономного района, изучить особенности национальной и вероисповедной политики КНР в Синь цзяне.

2. Проанализировать проблему уйгурского сепаратистского движе ния в СУАР на современном этапе и политику властей КНР по его ней трализации.

3. Рассмотреть ход и основные результаты экономического разви тия СУАР в рамках реализации стратегии масштабного освоения запад ных регионов Китая, а также особенности современного этапа развития внешнеэкономических связей Синьцзяна.

4. Определить роль и место Синьцзяна в реализации стратегиче ских интересов Китая в Центральной Азии на современном этапе;

рас смотреть использование Китаем возможностей Шанхайской организа ции сотрудничества для борьбы с силами «трех зол» в СУАР.

5. Рассмотреть воздействие на ситуацию в Синьцзяне фактора при сутствия в Центральной Азии США и других внерегиональных сил, а также проанализировать изменения международной ситуации вокруг уйгурского вопроса после событий 11 сентября 2001г. в США.

6. Рассмотреть возможности развития российско-китайского меж регионального сотрудничества на примере СУАР и Алтайского края.

Хронологические рамки исследования охватывают период конца ХХ – начала ХХI вв. Именно с начала 1990-х гг. в СУАР активизирова лось уйгурское сепаратистское движение. Кроме того, этот период ха рактеризуется ускорением экономических преобразований (проведение политики реформ и открытости, выдвижение стратегии «выхода вовне», осуществление масштабной стратегии освоения западных районов Ки тая). Данные года отмечены и изменениями международного характера, непосредственно повлиявшими на ситуацию в Синьцзяне. В их числе образование независимых центральноазиатских республик после распа да СССР, приход к власти в Афганистане режима Талибан и его после дующее устранение при прямом участии внерегиональных сил, образо вание и укрепление Шанхайской организации сотрудничества, облег чившее для Китая борьбу против международного терроризма, нацио нального сепаратизма и религиозного экстремизма в данном регионе.

Методологическая основа исследования. В ходе работы были использованы методы исторического, политического, компаративист ского, системного анализа, позволяющие охватить междисциплинарное поле проецирования избранной темы, сочетающей исторические, поли тические, международные и регионально-экономические аспекты.

Кроме того, в работе над диссертацией были использованы эмпи рические подходы: количественный метод и предсказательно прогностический метод.

Методика исследования также включала в себя сбор и изучение статистических данных, общенаучных и специализированных работ на русском, английском, китайском языках.

Помимо этого, автором были проведены полевые исследования в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, в ходе которых задействова ны методики непосредственного наблюдения, интервьюирования.

Источниковая база. Источники, использованные при подготовке данного исследования, можно разделить на несколько групп. Первая представлена законодательными актами и постановлениями КНР и нор мативно-правовыми актами Синьцзян-Уйгурского автономного района.

В частности, для анализа национальной политики, проводимой офици альными властями, были привлечены Конституция Китайской Народ ной Республики 1982 г., Закон КНР о районной национальной автоно мии 1984 г., Закон КНР о районной национальной автономии (поправки 2001 г.).

С целью изучения особенностей религиозной политики в СУАР были рассмотрены общегосударственные «Положение о регулировании религиозной деятельности иностранных граждан на территории Китай ской Народной Республики» (1994 г.) и «Правила регулирования рели гиозной деятельности» (2004 г.), а также «Временное постановление об управлении местами отправления религиозной деятельности в СУАР»

(1988 г.) и «Правила СУАР относительно управления религиозными делами» (1994 г.).

К первой группе источников примыкают комментарии к законам и нормативным актам, например, работа Чэнь Юньшэна «Закон о район ной национальной автономии – положения и комментарии» (на кит. яз.).

Вторая группа источников включает в себя статистические еже годники Китая, СУАР и г. Урумчи,а также статистическую информацию о торгово-экономическом сотрудничестве Алтайского края и КНР за период 1999 - 2004 гг.

• )Чжунго тунцзи няньцзянь (Статистический ежегодник Китая), [1999-2005]. Пекин, 2000-2006.

• Синьцзян тунцзи нянцзянь (Статистический ежегодник Синь цзяна), [1999-2005]. Урумчи, 2000 – 2006.

• Улумучи тунцзи няньцзянь (Статистический ежегодник Урумчи, 1997). Урумчи, 1998. 380 с.

К третьей группе относятся официальные издания пресс канцелярии Госсовета КНР – «белые книги», разъясняющие официаль ную позицию руководства страны по тому или иному вопросу («Исто рия и развитие Синьцзяна»;

«Национальная оборона Китая»;

«Политика и практика Китая в вопросе нацменьшинств»;

«Религия и свобода со вести в Китае»).

На региональном уровне к третьей группе можно отнести издания официальных органов автономного района: Западные районы Китая:

Синьцзян / Пресс - канцелярия Народного правительства СУАР КНР;

Краткий очерк СУАР / Управление иностранных дел Народного прави тельства СУАР;

Синьцзян Китая / Пресс - канцелярия Народного прави тельства СУАР, а также «Основные положения планового развития Корпуса во время 11-й пятилетки», изданные в 2006 г. постоянным Ко митетом компартии Синьцзянского производственно-строительного корпуса.

Важными источниками для понимания международного контекста ситуации в СУАР являются также некоторые двусторонние соглаше ния, заключенные между Российской Федерацией и Китайской На родной Республикой, например:

• Соглашение между Правительством РФ и Правительством КНР о принципах сотрудничества между администрациями (прави тельствами) субъектов РФ и местными правительствами КНР (Пекин, 10 ноября 1997 г.), которое определяет потребности развития научно технического сотрудничества в области новых технологий, фундамен тальных исследований и внедрения их в производство;

• Пекинская декларация РФ и КНР от 18 июля 2000 г., в которой Президент России В. Путин выразил официальную позицию России в отношении идей сепаратизма, а также была выражена решимость вместе решать вопросы безопасности в Центральной Азии;

• Соглашение между Администрацией Алтайского края РФ и Народным Правительством Синьцзян-Уйгурского автономного рай она КНР о торгово-экономическом, научно-техническом и культур ном сотрудничестве от 25 февраля 1999 г., предусматривающее осу ществление сотрудничества в различных областях между Алтайским краем РФ и СУАР КНР.

В четвертую группу источников входят основные документы и материалы по Шанхайской организации сотрудничества, в т. ч. Шан хайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремиз мом, Хартия ШОС, Соглашение о Региональной антитеррористической структуре (РАТС ШОС) и т. п.

К пятой группе относятся материалы периодических изданий и ин формационных агентств – (агентств «РИАН», «Регнум», «Синьхуа»;

газеты «Жэньминь жибао», журналов «Деловой Китай», «Россия – ШОС, ЕврАзЭс, ЕЭП, СНГ», «Элосы чжунъя дун оу шичан»), включая мате риалы интернет-сайтов газеты «Жэньминь жибао» и агентства Синьхуа.

Степень изученности темы. Комплексный характер исследуемой проблемы потребовал изучения трудов российских, китайских и зару бежных авторов по широкой тематике, так или иначе связанной с про цессами в СУАР. В исследовании национальной политики КНР и кон цепции национальной районной автономии автор опирался на труды таких российских ученых, как А. А. Москалев1, Т. В. Лазарева2, Д. А.

Жоголев3. Полезные сведения относительно современной религиозной ситуации в СУАР и Китае в целом автор почерпнул в работах В. С. Куз нецова4, С. А. Горбуновой5.

Исламом в Синьцзяне, в том числе и исламом, распространенным среди представителей национальности хуэй, занимаются такие зару бежные исследователи, как Дж. Липман6, Гр. Фуллер7.

Москалев А.А. Теоретическая база национальной политики КНР (1949-1999) / РАН. Ин-т Дал. Востока. М.: Памятники ист. мысли, 2001. 223 с.

Лазарева Т.В. Кадровое строительство в национальных районах КНР (1949-1999).

М.: Ин-т Дал. Востока РАН, 2001. 185 с.

Жоголев Д. А. Малые народности и Великий Китай. М., 1994. 199 с. (Информ.

бюл.;

№ 2).

См., например, Кузнецов В.С. Политика в отношении религии в КНР // Пробл.

Дал. Востока. М., 2001. № 1. С. 165 - 176.

Горбунова С. А. Эволюция вероисповедной политики в КНР на современном этапе // Россия и Китай: Взаимное восприятие (Прошлое, настоящее, будущее):

Тез. докл. XVI Междунар. науч. конф. «Китай, китайская цивилизация и мир: Исто рия, современность, перспективы» (Москва, 25-27 октября 2006 г.). М., 2006. Ч. 2.

С. 116 - 120.

Lipman J. White Hats, Oil Cakes, and Common Blood // Governing China’s Multiethnic Frontiers / Ed. by M. Rossaby. Seattle (USA): University of Washington Press, 2004. P.

19 - 52.

Уйгурский вопрос в новейшее время как самостоятельный предмет исследования российскими исследователями практически не рассматри вается. Однако полезные сведения о современном состоянии уйгурского движения, новые точки зрения на уйгурскую проблему можно найти в иссле дованиях О. В. Зотова8, В. А. Корсуна9.

Среди трудов западных авторов по Синьцзяну, следует выделить монографию М. Диллона10 и комплексное исследование группы специа листов под общей редакцией Ф. Старра11.

Изучением национального строительства в СУАР КНР занимаются ученые из Казахстана К. Хафизова12, К. Л. Сыроежкин13. В своих рабо тах они рассматривают и особенности двусторонних китайско казахских отношений.

Важным в работе стал анализ китайской официальной позиции по таким вопросам развития Синьцзяна, как его историческое прошлое, современное состояние в религиозной и национальной сферах, эконо мическое развитие, политическое развитие, многосторонние связи как с приграничными государствами, так и с другими странами. Такая ин формация была почерпнута из работ У Фухуаня14, а также из книг серии «Китай: Синьцзян» под редакцией Ма Пиньяня15.

Fuller Gr. E., Lipman J. N. Islam in Xinjiang // Xinjiang: China’s Muslim Borderland / Ed.

by S. F. Starr. N. Y.: Sharpe, 2004. P. 320 - 352.

Зотов О. В. Вопросы историографии Восточного Туркестана в эпоху трех миро вых войн // Общество и государство в Китае: XXXVII науч. конф.: к 100-летию со дня рождения Л. И. Думана М., 2007.С. 126 - 136.

Корсун В. А. Поиски и находки в решении проблем этнического сепаратизма Ки тая // Этносы и конфессии на Востоке: конфликты и взаимодействие. М., 2005. С.

494 - 529.

Dillon M. Xinjiang – China’s Muslim Far Northwest. L.: RoutledgeCurzon, 2004. 201 p.

Xinjiang: China’s Muslim Borderland / Ed. by S. F. Starr. N. Y.: Sharpe, 2004. 484 p.

Хафизова К. Казахстан-Китай: итоги 5 лет добрососедских отношений // Пер спективы сотрудничества Китая, России и других стран Северо-Восточной Азии в конце XX-начале XXI века: Тез. докл. VIII Междунар. науч. конф. "Китай, китайская цивилизация и мир: История, современность, перспективы" (Москва, 7-9 октября 1997г.). М.: ИДВ РАН, 1997. Ч. 1. С. 166 - 171.

Сыроежкин К. Л. Национально-государственное строительство в КНР: теория и практика. Алматы: Казахстан. ин-т стратег. исслед. при Президенте Республики Казахстан, 1998. 157 с.

У Фухуань. Синьцзян тун лань [Очерк о Синьцзяне]. Урумчи: Синьцзян жэньминь чубаньшэ, 2006. 379 с.

См., например, Ма Пиньянь. Религия в Синьцзяне // Китай: Синьцзян. Пекин:

Стоит заметить, что у большинства российских исследователей уй гурский вопрос рассматривается в связи с политикой Китая в Централь ной Азии, направленной на совместное с центральноазиатскими рес публиками решение проблемы «трех зол», а также в контексте совмест ной с другими странами-участницами Шанхайской организации со трудничества борьбы Китая с международным терроризмом и ислам ским экстремизмом.

Так, работы А. Д. Воскресенского 16 касаются как исторического, так и современного развития Китая, двусторонних российско-китайских отношений, перспектив сотрудничества.

Исследования С. Г. Лузянина 17 касаются деятельности ШОС, он также изучает факторы, влияющие на ситуацию в Центральной Азии, рассматривает двусторонние отношения КНР с Россией и странами Центральной Азии.

Л. Е. Васильев18, Е. Ф. Клименко19, А. В. Болятко20, П. Б. Камен нов исследуют вопросы военно-технического сотрудничества в рамках ШОС, причины появления террористических групп в ЦА и Синьцзяне, перспективы борьбы с угрозами традиционного и нетрадиционного по рядка, а также связанные с борьбой против «трех зол» стратегические интересы России.

Межконтинент. изд-во Китая, 2001. 90 с.

См., например, Воскресенский А. Д. Россия и Китай: теория и история межгосу дарственных отношений. М.: Моск. обществ. науч. фонд;

ООО «Издат. центр науч.

и учеб. программ», 1999. 408 с.;

Воскресенский А. Д. Китай и Россия в Евразии:

Историческая динамика политических взаимовлияний. М.: Муравей, 2004. 603 с.

Лузянин С. Г. Этнотерриториальные и пограничные проблемы в Центральной Азии: внутренние и внешние факторы влияния на стабильность региона // Этносы и конфесии на Востоке: конфликты и взаимодействие. М., 2005. С. 379 - 406.

Васильев Л.Е. Перспективы борьбы с терроризмом, сепаратизмом и экстремиз мом в государствах Центральной Азии // Россия и Китай в Шанхайской организа ции сотрудничества. М., 2006. С. 167-184.

Клименко А. Ф. О некоторых организационных мерах в военной области по под готовке ШОС к нейтрализации вызовов и угроз // Россия и Китай в Шанхайской организации сотрудничества. М., 2006. С. 185 - 210.

Болятко А. В. Военно-политические проблемы развития ШОС // Россия и Китай в Шанхайской организации сотрудничества. М., 2006. С. 118 - 128.

Каменов П. Б. Военно-техническое сотрудничество государств-членов ШОС // Россия и Китай в Шанхайской организации сотрудничества. М., 2006. С. 211 – 217.

Работы таких китайских авторов, как Чжао Хуашэн22, Пань Чжи пин, Ся Ишань24, Ван Мае25посвящены сотрудничеству Китая с цен тральноазиатскими государствами, в том числе борьбе против «трех зол» в рамках Шанхайской организации сотрудничества.

Взаимоотношения КНР и центральноазитских республик рассмот рены в работах М. Б. Олкотт 26, М. Диллона 27, П. Фердинанда 28, Дж.

Бэйтса и М. Оресмана29.

Экономическое развитие Синьцзяна анализируется в работах В. А.

Островского30, Л. И. Кондрашовой31, М. В. Александровой32. Так, рабо ты Л. И. Кондрашовой, М. В. Александровой содержат данные о разви тии экономики региона в рамках стратегии масштабного освоения За падного Китая33. Демографию Синьцзяна исследует Е. С. Баженова34.

Чжао Хуашэн. Китай, Центральная Азия и Шанхайская организация сотрудниче ства. М., 2005. 63 с. (Рабочие материалы / Моск. Центр Карнеги;

№ 5).

Пань Чжипин. Чжунъя дэ миньцзу гуаньси: лиши, сянькуан юй цяньцзин [Межна циональные взаимоотношения в странах Центральной Азии: история, современ ная ситуация и перспективы]. Урумчи: Синьцзян жэньминь чубаньшэ, 2003. 203 с.

Ся Ишань. Механизм «Шанхайской пятерки» и стратегическое взаимодействие Китая и России // Китай в мировой политике / Под ред. А. Д. Воскресенского. М., 2001. С. 336 – 351.

Ван Мае. Мэйго дэ оуячжаньлюе юй чжуннанья уго [Евроазиатская стратегия США и пять государств Средней Азии].Урумчи: Синьцзян жэньминь чубаньшэ, 2003. 191 с.

Олкотт М. Б. Второй шанс Центральной Азии / Моск. Центр Карнеги, Фонд Кар неги за междунар. мир. Вашингтон, 2005. 487 с.

Dillon M. Central Asia: the View from Beijing, Urumchi and Kashgar // Secutity Politics in the Commonwealth of Independent States: the Southern Belt / Ed. by M. Mozaffari.

N.Y.: St. Martin’s Press, 1997. P. 133 - 147.

Ferdinand P. The new Central Asia and China // The New Central Asia and its Neighbors / Ed. by P. Ferdinand. L.: Pinter Publishers, 1994. P. 95 - 107.

Bates G., Oresman M. China’s New Journey to the West: China’s emergence in Cen tral Asia and Implications for U.S. Interest: A report of the CSIS Freeman Chair in China Studies. Washington, 2003. 49 p.

См., например, Островский А. В. Синьцзян: от Турфана до Кашгара: Программа освоения зап. районов в действии) // Пробл. Дал. Востока. М., 2006. № 2. С. 92 – 100. Совм. с Е. С. Баженовой.

См., например, Кондрашова Л. И. Социально-экономические и демографические аспекты освоения западных районов Китая на примере Синьцзяна // Китайская Народная Республика в 2002 г. М., 2003. С. 126-132. Совм. с Е. С. Баженовой.

Александрова М. В. Сибирь и Синьцзян: возможности и направления взаимо действия // Вестн. науч. информ. / РАН. Ин-т междун. полит. и экон. исследов.

2001. № 11. С. 67 – 82.

См., например, Александрова М. В. Китай и Россия: особенности регионального Работы И. П. Азовского освещают вопросы транспортного сообще ния, прежде всего, железнодорожного, КНР и приграничных стран35.

В сборнике статей «Региональное развитие и региональная эконо мическая политика РФ и КНР»36 содержатся работы китайских исследо вателей экономики Синьцзяна, например, Ли Чжоувэя, Чжун Вэньюя, Се Хунбиня, Лю Лицая, Юань Цинпина, Ян Суминя.

При написании работы использовались и общеэкономические рабо ты по развитию Китая, в частности, исследования В. Я. Портякова37, А.

И. Салицкого38, А. С. Селищева и Н. А. Селищева39.

Несмотря на наличие множества работ, посвященных сотрудниче ству Китая с Центральной Азией в различных аспектах, на наш взгляд, как сам факт «прихода» мировых держав в Центральную Азию, так и перспективы их будущих взаимоотношений с Китаем и Россией по по литическим вопросам, касающихся Центральной Азии, в западной и российской литературе освещены недостаточно.

Научная новизна. Настоящая работа является первым в отечест венном китаеведении исследованием современной ситуации в Синь цзян-Уйгурском автономном районе КНР и её международного контек ста. Предпринята попытка комплексного анализа внутри- и внешнепо литического, экономического развития СУАР, начиная с 1990-х гг. XX века по настоящее время.

Введен в научный оборот значительный объем новых источников на английском, китайском языках, касающихся современного развития экономического взаимодействия в период реформ. М.: Ин-т Дал. Востока РАН, 2003. 180 с.;

Кондрашова Л. И. К вопросу о характере экономических реформ в России и КНР // Региональное развитие и региональная экономическая политика РФ и КНР. М., 2000. С. 81 - 108.

См., например, Баженова Е. С. Социально-экономические и демографические аспекты освоения западных районов Китая на примере Синьцзяна // Китайская Народная Республика в 2002 г. М.,2003. С. 126 – 132. Совм. с Л. И. Кондрашовой.

См., например, Азовский И. П. Железные дороги КНР // Железные дороги стран Азии. М., 2004. С. 43 – 96.

Региональное развитие и региональная экономическая политика РФ и КНР. М., 2000. 198 с.

Портяков В. Я. От Цзян Цзэминя к Ху Цзиньтао: Китайская Народная Республи ка в начале XXI в.: Очерки. М.: Ин-т Дал. Востока РАН, 2006. 246 с.

Салицкий А. И. Внешнеэкономическая стратегия КНР // Китай в мировой полити ке / Под ред. А. Д. Воскресенского. М., 2001. С. 68 – 92.

Селищев А. С., Селищев Н. А. Китайская экономика в XXI веке. СПб.: Питер, 2004. 240 с.

Синьцзяна.

Обобщены и проанализированы статистические данные, касаю щиеся развития внутренней и внешней экономики СУАР КНР за период с 1999 по 2005 гг.

Практическая значимость. Выводы диссертации могут быть ис пользованы в подготовке специальных курсов в высших учебных заве дениях, например, по специальностям «Регионоведение», «Междуна родные отношения».

Материалы диссертации могут найти практическое применение в качестве аналитического материала для различных государственных учреждений, занимающихся внешними связями, в частности для Мини стерства иностранных дел Российской Федерации.

Информация экономического блока может быть интересна различ ным бизнес-структурам, осуществляющим внешнеэкономическую дея тельность, партнером которых являются организации и предприятия из Синьцзян-Уйгурского автономного района Китая.

Материалы диссертации могут служить основанием для дальней шей разработки научных исследований по широкому кругу проблем современных международных отношений и мировой политики.

Апробация исследования. Основные положения и выводы диссер тационного исследования нашли отражение в 14 публикациях, общим объемом около восьми печатных листов. Основные результаты исследо вания были представлены на восьми городских и международных кон ференциях, среди которых: XXXV научная конференция «Общество и государство в Китае» (Москва, 2005 г.);

V Международная научно практическая конференция "Россия, Сибирь и Центральная Азия: взаи модействие народов и культур" (Барнаул, 2005 г.);

XV и XVI Междуна родные научные конференции «Китай, китайская цивилизация и мир.

История, современность, перспективы» (Москва, 2005 и 2006 гг.);

Меж дународная научная конференция «Россия и Китай в современном ми ре» (Владивосток, 2007 г.).

Структура диссертации. Диссертационная работа состоит из вве дения, трех глав (12 параграфов), заключения, библиографии, а также приложений, в том числе иллюстративных.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность исследования, формулиру ются цели и задачи исследования, приводится характеристика источни коведческой базы диссертации, дается обзор работ российских и зару бежных исследователей по выбранной теме, определены объект и пред мет исследования, хронологические рамки, обозначены методология, научная новизна работы, практическая значимость полученных резуль татов, апробация и структура диссертации.

Глава первая - «Внутриполитическое развитие Синьцзян Уйгурского автономного района КНР» - состоит из 4 параграфов, дающих характеристику современного устройства СУАР, особенностей национального, религиозного состава населения Синьцзяна, а также существующих проблем в политической сфере.

В параграфе первом - «Особенности современного административ ного устройства СУАР» - рассматривается современное административ ное деление, национальной состав автономного района. Приведены рас считанные автором таблицы о составе и численности населения Синь цзяна, начиная с 1964 г. (времени проведения первой переписи населе ния в Синьцзяне) вплоть до настоящего времени.

Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР является одним из пяти автономных районов, где компактно проживают 47 национально стей, из них 13 являются коренными (т. е. жившие на территории со временного СУАР до времени образования КНР в 1949 г.). Так, в 2005 г.

численность национальных меньшинств, живущих на территории СУ АР, составляла 60,4% от общей численности населения СУАР (в коли чественном выражении – 12, 15 млн чел. в более чем двадцатимиллион ном Синьцзяне). Из них самой крупной национальностью считаются уйгуры, составляющие почти половину (46 %) всего населения Синь цзяна, или 9,24 млн человек, число же ханьцев достигает почти 8 млн.

человек, или 39,6 % от общей численности населения.

Осуществление национальной политики на территории Синьцзяна опирается на Конституцию КНР и Закон КНР о районной национальной автономии, декларирующие право национальных меньшинств на авто номные управления своими делами в местах их компактного прожива ния в пределах компетенции, установленной законом и под единым ру ководством центральных органов власти. Практически это выражается в том, что во всех политических и партийных органах должны работать представители национальных меньшинств.

В первом параграфе первой главы рассмотрены также история по явления, развития и современного состояния уникального, не имеющего аналогов в Китае, Синьцзянского производственно-строительного кор пуса (СПСК). Корпус занимает особое место в системе государственных органов СУАР, подчиняясь как правительству Синьцзяна, так и цен тральным органам власти. Ещё одной особенностью СПСК является сочетание экономических (развитие производства, освоение новых зе мель) и военных функций (внешнее укрепление границ, охрана пригра ничных районов СУАР, противодействие расколу Синьцзяна, обеспече ние стабильности приграничных районов).

Параграфы второй и третий - «Современная религиозная ситуация в Синьцзяне» и «Религиозная политика КНР в Синьцзян-Уйгурском автономном районе» - посвящены изучению и анализу истории появле ния различных религий на территории автономного района и современ ной религиозной ситуации в многонациональном Синьцзяне, а также проводимой в СУАР религиозной политики КНР.

СУАР КНР является одним из важнейших ареалов распространения ислама в Китае. Так, 11,5 млн человек, или почти 60% населения авто номного района исповедуют ислам. Большинство синьцзянских му сульман придерживаются суннизма, но есть последователи шиизма и суфизма.

Ламаизм считается второй самой крупной религией и распростра нен среди монголов (около 150 тысяч человек).

Помимо указанных выше религий, на территории Синьцзяна про живают последователи буддизма (около 10 тысяч ханьцев), протестан тизма (около 30000 ханьцев), католичества (около 4000 ханьцев), право славия (более 11 000 русских), даосизма (около 300 ханьцев). Среди части национальных меньшинств есть также приверженцы шаманства.

В настоящее время в СУАР насчитывается 88 религиозных органи заций на всех уровнях, из них исламских ассоциаций – 79;

24 тыс. мест отправления религиозной деятельности, из них мусульманских мечетей 23 тыс.;

религиозных преподавателей и служащих - 20 тыс. человек.

В основе религиозной политики, проводимой китайскими властя ми, лежит принцип свободного вероисповедания. Согласно которому каждый гражданин имеет право свободного вероисповедания, имеет также право не исповедовать какую - либо религию.

Китай наряду с политикой свободного вероисповедания проводит также принципы разделения политики и религии.

Религиозные организации и ассоциации не должны претендовать на исполнение властных функций, не имеют права вмешиваться в адми нистративное управление и законодательные дела государства. Также запрещено вмешательство религии в сферу образования, т.е. в деятель ность учебных заведений и социальное общественное воспитание, в вопросы брака и планового деторождения.

Законодательная система в области управления религиозными де лами в СУАР включает в себя как постановления правительства СУАР относительно управления религиозными делами, так и указы Госсовета КНР: «Постановление об управлении религиозной деятельностью ино странцев на территории КНР» (1994 г.) и «Правила регулирования рели гиозной деятельности» (2004 г.).

Национальная и религиозная политика китайских властей в СУАР во многом направлена на сдерживание проявлений уйгурского сепара тизма и исламского религиозного экстремизма, на обеспечение макси мальной социально-политической стабильности в регионе.

Четвертый параграф - «Активизация сепаратистских сил в СУАР на рубеже XX-XXI вв. и реакция властей КНР» - посвящен анализу ситуа ции в 1990-2007 гг. в Синьцзяне в связи с обострением «уйгурского во проса» и мерам китайских властей по стабилизации обстановки в регио не.

Действовавшие на территории СУАР организации и группы, ста вившие своей целью создание независимого государства «Восточный Туркестан», существенно активизировались после распада Советского Союза и образования пяти независимых республик в Центральной Азии.

1990-е годы отмечены многочисленными терактами, взрывами, поджо гами, перестрелками в разных районах Синьцзяна.

Самыми сильными беспорядками с 1949 г. стали беспорядки уйгур в г. Инин в феврале 1997 г., прошедшие под лозунгами выдворения ханьцев с территории Синьцзяна и сопровождавшиеся многочисленны ми жертвами как со стороны мятежников, так и армии и полиции.

Столь мощная попытка со стороны части представителей нацио нальных меньшинств Синьцзяна добиться независимости и создания государства «Восточный Туркестан» заставила власти предпринять ре шительные шаги для стабилизации ситуации в районе. Была усилена борьба с организованной преступностью, сепаратистскими формирова ниями, велась активная работа с информаторами. Впервые с 1983 г.

синьцзянским комитетом Коммунистической партии Китая была введе на образовательная программа для укрепления национального единства.

После событий в г. Инине вся издаваемая религиозная литература должна была быть одобрена официальными органами до опубликова ния. Все религиозные лидеры должны были в обязательном порядке пройти обучение в Китайской исламской ассоциации в Пекине и проде монстрировать лояльность власти.

В главе второй - «Экономическое развитие Синьцзяна», со стоящей из 2 параграфов, рассмотрено внутри- и внешнеэкономическое развитие региона с 1999 г. по настоящее время.

В параграфе первом второй главы – «Основные итоги экономиче ского развития Cиньцзян-Уйгурского автономного района в контексте стратегии освоения западных районов КНР» - дается характеристика современного внутриэкономического развития региона. На базе стати стических материалов рассчитаны основные показатели экономического развития Синьцзяна и степень интегрированности экономики Синьцзяна во внутрикитайскую экономику.

С изменением в 2000 г. модели экономического роста (принятие стратегии масштабного освоения Западного Китая), в Синьцзян Уйгурском автономном районе Китайской Народной Республики все более отчетливо проявляется тенденция ускорения темпов развития и повышения общекитайской значимости региона.

а) Годовые темпы экономического роста, в период 2000-2002 гг.

находившиеся в диапазоне 8,2 - 8,7%, в 2003-2006 гг. возросли до 11% (диапазон от 10,9% до 11,4%). Среднедушевой валовой региональный продукт за это время удвоился (с 7,4 до 14,8 тыс. юаней на человека в год) и является самым высоким среди 12 провинций и автономных рай онов Западного Китая. Также наблюдается быстрый рост объема при влеченных иностранных инвестиций.

б) СУАР в настоящее время представляет собой динамично разви вающийся регион с огромными разведанными запасами нефти, газа, руд цветных металлов, марганца, графита, слюды, ртути, урана, что в усло виях растущих потребностей Китая в природных ресурсах, повышает общегосударственное значение региона. Его доля в общекитайской до быче нефти возросла с 5% в 1990 г. до 13,4% в 2005 г. На протяжении последних лет СУАР устойчиво занимает третье место по добыче нефти после провинций Хэйлунцзян и Шаньдун и второе место по стране по добыче природного газа.

в) Значительный толчок получило развитие инфраструктуры. Здесь особо следует выделить ввод в эксплуатацию в 2004 г. газопровода «Та рим-Шанхай», по которому природный газ из Таримской впадины СУ АР поступает в Шанхай.

г) Экономический рост ведет к созданию значительного числа но вых рабочих мест, что помогает улучшить социальную обстановку в регионе.

При условии нормальной внутриполитической ситуации и сохра нения достаточного уровня стабильности в регионе планы увеличения валового регионального продукта СУАР в 2010 г. до 420 млрд юаней представляются вполне осуществимыми (в текущих ценах ВРП СУАР в 2000 г. составил 136 млрд юаней, а в 2006 г. – 302 млрд юаней).

При анализе экономической ситуации в СУАР следует учитывать, что Синьцзян является сельскохозяйственным районом, где доля сель ских жителей составляет более 70% населения. Сильными позициями СУАР обладает в таких отраслях, как виноградарство, хлопководство, разведение верблюдов, мелкого рогатого скота. Автономный район также является производственной базой томатной пасты и сахарной свеклы.

Однако, несмотря на высокую динамику роста в регионе ВВП, среднедушевого ВВП, прямых иностранных инвестиций, Синьцзян до сих пор занимает по данным экономическим показателям место в по следней десятке (в среднем 25-28 место) среди 31 единицы провинци ального уровня КНР. Так что экономическую ситуацию в Синьцзяне идеализировать не стоит: регион все ещё слабо развит, в сравнении с приморскими провинциями Китая, для его подтягивания требуются время и крупные инвестиции.

В параграфе втором второй главы на основе широкого круга стати стических материалов проанализировано внешнеэкономическое сотруд ничество Синьцзяна с зарубежными партнерами, прежде всего, страна ми Центральной Азии (Казахстаном).

Внешний товарооборот Синьцзяна возрос с 1,77 млрд долл. в 1999 г.

до 7,94 млрд долл. в 2005 г. По этому показателю Синьцзян лидирует среди всех западно-китайских провинций и автономных районов, одна ко доля СУАР во внешней торговле всей страны составляет лишь 0,5% от общекитайского.

Весьма востребованным ныне является выгодное транспортно географическое положение Синьцзяна, позволяющее региону активно участвовать в развитии внешнеэкономических связей Китая с соседни ми государствами Центральной Азии. Так, автономный район граничит с 8 государствами: Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Паки станом, Афганистаном, Индией, Монголией и Россией. Протяженность государственной границы Китая на территории Синьцзяна с соседними государствами составляет 5600 км, из них более 3700 км приходятся на страны Центральной Азии – Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан.

Основной объем внешней торговли СУАР приходится на 8 сосед них (в 2005 г. - 6,5 млрд долл., или 81,7% внешнеторгового товарообо рота автономного района). Ведущим торговым партнером Синьцзяна на протяжении последних лет является Казахстан, причем доля его ста бильно увеличивается - с 52,5% в 1999 г. до 63,2% в 2005 г. Второе ме сто занимает Кыргызстан с увеличением товарооборота с 7,5% в 1999 г.

до 9,4 % в 2005 г.

Географическое положение Синьцзяна используется, прежде всего, для транзита товаров, произведенных во внутренних провинциях Китая, и импорта, преимущественно, энергоресурсов, черных и цветных ме таллов из стран Центральной Азии и России. По объему внешней тор говли СУАР занимает первое место среди всех 12 территориальных единиц Западного Китая.

Что касается сотрудничества СУАР и России, то при объеме това рооборота между КНР и Россией в 2005 г. 29 млрд долл. торговля СУАР и России составила 234 млн долл., или 0,9 % от общего объема двусто ронней межгосударственной торговли.

Увеличению торгово-экономического сотрудничества между рос сийскими регионами и Синьцзяном способствовала бы прокладка пря мой автодороги на 55-км участке российско-китайской границы и соз дание там контрольно-пропускного пункта. Определенные подвижки в этом вопросе произошли. Так, будущее строительство и дальнейшее использование газопровода из Западной Сибири в Китай через террито рии Республики Алтай и СУАР потребует сооружения как минимум технической дороги вдоль трассы газопровода для его обслуживания. В июле 2005 г. администрации Республики Алтай и СУАР подписали про токол о совместном строительстве 260-километровой автотрассы, на прямую соединяющей Китай и Россию через Алтай и создании КПП на границе.

По нашему мнению, наличие прямой связи между Россией и Кита ем в районе перевала Бецу-Канас значительно облегчит доставку грузов и будет способствовать увеличению товарооборота между двумя стра нами.

Глава третья - «Международный контекст эволюции ситуации в СУАР» - состоит из 6 параграфов. Основное внимание уделено изуче нию и анализу международных факторов, влияющих на внутриполити ческую ситуацию в Синьцзян-Уйгурском автономном районе.

Параграф первый рассказывает о влиянии на ситуацию в СУАР КНР сил так называемого «Восточного Туркестана», действующих в ЦА.

Во втором параграфе рассмотрены стратегические интересы КНР в ЦА. К ним относятся, в частности, сдерживание сепаратистских сил «Восточного Туркестана»;

обеспечение статуса Центральной Азии как своеобразного надежного стратегического тыла Китая;

развитие эконо мического сотрудничества со странами Центральной Азии и превраще ние ее в один из основных источников поставок нефти и газа в КНР.

Также проанализированы интересы внерегиональных держав, присутст вующих в центральноазиатском регионе.

В третьем параграфе – «Решение Китаем и соседними с Синьцзя ном государствами проблемы «трех зол» на двусторонней основе и в рамках ШОС» - проанализировано сотрудничество КНР со странами участницами ШОС и приграничными странами в деле борьбы против международного терроризма, национального сепаратизма, религиозного экстремизма, и в деле урегулирования проблем, связанных с прожива нием уйгур на территории ряда соседних государств.

Помимо ситуации в государствах, граничащих с Синьцзяном, в ре гионе Центральной Азии присутствуют и мировые державы, пресле дующие свои интересы. В четвертом параграфе третьей главы – «Меж дународный контекст борьбы против «трех зол» после 11 сентября г.» - проанализированы интересы США, Европейского Союза, Японии, Турции и Ирана в регионе и формы их сотрудничества с центральноази атскими государствами и КНР.

В последнее время наметилась тенденция к усилению роли НАТО, ведущих мировых держав в Центральной Азии, что непосредственно влияет на внутриполитическую ситуацию в СУАР КНР. Исходя из из менившейся обстановки на своих северо-западных рубежах КНР стара ется избежать дестабилизации обстановки в самом Синьцзяне.

Пятый параграф - «Особенности международного уйгурского дви жения» - рассматривает ещё один международный фактор, оказываю щий влияние на внутриполитическую ситуацию в Синьцзяне – это меж дународное уйгурское движение, выступающее за самоопределение уй гур, проживающих в Синьцзяне.

Наконец, шестой параграф третьей главы – «Интересы России в ЦАР. Многостороннее российско-китайское сотрудничество» - посвя щен российско-китайскому сотрудничеству в борьбе против «трех зол», в том числе и применительно к ситуации в Синьцзяне. Рассмотрены также торгово-экономические и научно-технические аспекты сотрудни чества регионов Сибирского Федерального Округа РФ и СУАР КНР.

В заключении изложены основные результаты исследования по данной теме. В качестве ключевых моментов и главных выводов работы диссертант выносит на защиту следующие положения:

1. На сегодняшний день внутриполитическая ситуация в Синьцзяне имеет относительно стабильный характер. Этому способствует полити ка китайских властей в национальной и религиозной сферах, в том чис ле достаточно широкое участие национальных меньшинств в работе партийных и государственных органов в регионе, более свободное осу ществление религиозной деятельности (по сравнению с ситуацией в 1950-1970-х гг.), открытие новых мечетей, религиозных школ и т.д.

Вместе с тем, необходимо учитывать и сильный военный компо нент в деле поддержания стабильности в регионе, в том числе и непо средственно в борьбе против различных выступлений сепаратистов и недовольных политикой, проводимой официальными властями. Помимо компетентных органов здесь важную роль играет Синьцзянский произ водственно-строительный корпус, сочетающий экономические и воен ные функции.

В то же время, общественно-политическая ситуация в современном Синьцзяне подвержена и воздействию ряда дестабилизирующих факто ров. В их числе, по нашей оценке, основными являются следующие:

- Изменение национального состава региона. Численность ханьцев, живущих в автономном районе, за последние десятилетия значительно увеличилась, что вызывает недовольство части коренных жителей представителей национальных меньшинств.

- Политика ограничения рождаемости, проводимая в Китае, затра гивает и национальные меньшинства. Несмотря на существующие по слабления, разрешающие иметь национальным меньшинствам до трех детей, для традиционно многодетных мусульманских семей это ограни чение является дополнительным раздражителем.

- Религиозная жизнь остается весьма жестко регламентированной.

Так что, скорее всего, потенциальная опасность некоторой деста билизации обстановки в СУАР будет существовать ещё в течение дли тельного времени, что требует от китайского руководства постоянных систематических усилий по гармонизации межнациональных отноше ний в регионе и по противодействию силам «трех зол».

2. На социально-политическое развитие Синьцзяна оказывает глу бокое влияние и изменившаяся экономическая ситуация.

На сегодняшний день степень экономической интегрированности Синьцзян-Уйгурского автономного района во внутрикитайскую эконо мику недостаточна и в перспективе может быть увеличена за счет по ставок необходимых внутренним провинциям нефти и газа. Вместе с тем, благодаря значительным бюджетным и иностранным инвестициям сильный импульс могут получить и профилирующие отрасли сельского хозяйства.

Наш прогноз подтверждается планами китайского правительства, согласно которым к 2010 г. Синьцзян-Уйгурский автономный район станет крупнейшей в Китае нефтедобывающей базой с объемом добычи 50 млн тонн сырой нефти, а по мере совершенствования транспортной инфраструктуры, - крупнейшей хлопководческой и нефтехимической базой страны.

3. Выгодное геополитическое положение СУАР определило его внешнеэкономические особенности: Синьцзян является удобным транс портным коридором для экспорта товаров из внутренних провинций Китая в страны Центральной Азии, Восточной Европы и России, и им порта энергоресурсов из-за рубежа.

По нашему мнению, Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая и дальше будет развивать свое внешнеэкономическое сотрудничество с соседними странами и территориями, прежде всего, с Казахстаном, им портируя природные ресурсы и сырье для использования и переработки, и экспортируя готовую продукцию. СУАР будет все более активно ис пользоваться в качестве внутреннего сухопутного коридора для транзи та энергоресурсов из стран Центральной Азии во внутренние районы КНР и в качестве международной базы экспорта китайских товаров на рынки стран Центральной Азии, России и Восточной Европы.

Увеличению торгово-экономического сотрудничества между рос сийскими регионами и Синьцзяном способствовала бы прокладка пря мой автодороги на 55-и км участке российско-китайской границы и соз дание там контрольно-пропускного пункта.

По нашему мнению, наличие прямой связи между Россией и Кита ем в районе перевала Бецу-Канас значительно облегчит доставку грузов, и будет способствовать увеличению товарооборота между двумя стра нами.

С нашей точки зрения, строительство данной дороги экономически и политически целесообразно. Однако оно должно вестись в тесном со трудничестве с экологами, чтобы не нанести ущерба природе и эколо гии региона, объявленного ЮНЕСКО одним из уникальнейших на пла нете.

4. На внутриполитическую ситуацию в СУАР и вероятные вариан ты её эволюции в перспективе существенное влияние оказывают меж дународно-политические факторы.

Здесь, прежде всего, следует выделить изменения геополитической ситуации в близком Синьцзяну исторически, идеологически и культур но Центрально-Азиатском регионе, носящие сложный многоплановый характер.

В первую очередь, сам факт появления на постсоветском простран стве ряда новых независимых государств, в том числе Казахстана, Узбе кистана, Таджикистана, Киргизии и Туркменистана, реанимировал у части уйгур надежды на создание независимого государства и на терри тории Синьцзяна, тем более что попытки образования независимых вос точнотуркестанских республик имели место в сравнительно недавнем прошлом (в 1933 г. и в 1944 - 1949 гг.).

Воцарение режима талибов в Афганистане, общемировое оживле ние воинственных разновидностей ислама, приверженных террористи ческим методам борьбы за свои цели, способствовали радикализации уйгурского сепаратизма на территории КНР в 1990-е годы, что вызвало жесткую ответную реакцию Пекина и активизировало налаживание Ки таем сотрудничества с соседними государствами в борьбе против общей угрозы «трех зол» - сепаратизма, экстремизма и терроризма.

Крупные подвижки в геополитической ситуации в регионе внесло появление здесь внерегиональных сил (НАТО) после террористических актов в США 11 сентября 2001 г., формально ставивших цель уничто жения режима талибов в Афганистане, однако на деле стремящихся и к долговременному закреплению в Центральной Азии.

Солидаризация с антитеррористической кампанией США и НАТО в Афганистане помогла Китаю решить ряд задач в деле противодейст вия уйгурскому сепаратизму. Было признано террористической органи зацией и объявлено вне закона наиболее мощное и радикальное «Ис ламское движение Восточного Туркестана». В значительной мере ока зались пресечены каналы материальной и военной подпитки сепарати стов из-за рубежа, особенно из Афганистана и Пакистана.

Вместе с тем, проблема уйгурского сепаратизма пока окончательно не закрыта.

Международное уйгурское движение под общим названием Все мирный уйгурский конгресс (ВУК), объединило 25 уйгурских организа ций, действовавших за рубежами КНР. В настоящее время ВУК функ ционирует, в основном, в Германии и США. Данное движение выступа ет за право уйгур на самоопределение и самостоятельное решение во проса о том, гражданами какого государства они хотят быть. Если раньше данные организации в большей мере призывали объединяться по религиозному признаку, то в свете терактов 2001 г. в США и с почти паническим страхом западных стран и США перед угрозой исламского терроризма, международные уйгурские организации перенесли акцент на объединение по национальному признаку. Однако, несмотря на сме ну лозунгов, суть требований осталась прежней: как минимум, более широкая автономия Синьцзяна, как максимум - создание независимого государства Восточный Туркестан.

Кроме того, с появлением у северо-западных рубежей КНР воен ных подразделений внерегиональных сил обострились проблемы обес печения национальной безопасности Китая и стратегической стабильно сти в Центральной Азии. Не идя на жесткую конфронтацию с США и НАТО, Китай ищет ответ на новые вызовы в данной географической зоне на путях углубления взаимодействия, в том числе в антитеррори стической сфере, со странами – членами Шанхайской организации со трудничества.

В своих интересах стремятся использовать ситуацию в Синьцзяне и мировые державы:

- Такие мусульманские страны, как Турция, Иран, Саудовская Ара вия, в той или иной мере стремятся поддержать своих единоверцев, проживающих в Синьцзяне, выступают против притеснения со стороны властей в сфере исполнения религиозных обрядов. Есть признаки и уси ления между этими странами конкуренции за политическое, экономиче ское и духовное влияние на мусульманские народы, населяющие Цен тральную Азию и Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР.

- Западные державы. Прежде всего, стоит сказать о позиции США.

В будущем «уйгурская карта» вполне может быть использована амери канцами в их игре в Центральной Азии с целью оказания постоянного давления на КНР с северо-запада и получения уступок со стороны Пе кина по различным вопросам. Для США сейчас становится все труднее поддерживать баланс между интересами борьбы против террористиче ской Аль-Каиды и связанного с ней «Исламского движения Восточный Туркестан», с одной стороны, и интересами «защиты прав и свобод (прежде всего, религиозных) уйгурского народа», нарушаемых-де вла стями КНР, с другой.

Присутствие стран ЕС и Японии ограничивается на сегодняшний день экономическими составляющими сотрудничества, прежде всего, со странами Центральной Азии, преимущественно, в энергетической сфе ре.

5. Для России, как и для Китая, одно из основных мест в текущих интересах занимают вопросы безопасности, нейтрализации угроз, исхо дящих от международного терроризма и религиозного экстремизма.

Стратегическим интересам безопасности России отвечает недопу щение попадания региона Центральной Азии под контроль других ве ликих держав.

Экономические интересы России в Центральной Азии имеют впол не практический характер, подразумевающий сохранение преобладаю щего влияния РФ в регионе и наращивание взаимовыгодного торгово экономического сотрудничества.

Россия и Китай имеют общие интересы в деле поддержания безо пасности и стабильности в регионе и обуздания сил, использующих Центральную Азию в качестве базы расширения и углубления нацио нального сепаратизма, религиозного экстремизма, международного тер роризма. Сотрудничество России и Китая в противодействии террори стическим угрозам и силам исламского экстремизма на сегодняшний день осуществляется как на двусторонней основе, так и в рамках Шан хайской организации сотрудничества.

Что касается российской позиции в уйгурском вопросе, то она, по нашему мнению, должна быть предельно четкой: Синьцзян - Уйгур ский автономный район является неотъемлемой частью КНР и, соответ ственно, политические и любые другие проблемы Синьцзяна - это внут реннее дело Китая, в решение которых Россия вмешиваться не должна.

Однако значение СУАР как самой крупной территориальной единицы Китая для России растет, и Россия заинтересована в стабильности и ус тойчивом развитии региона. Прежде всего, это связано с перспективами расширения торгово-экономического и научно-технического сотрудни чества регионов Сибирского Федерального Округа и Синьцзяна. Боль шие перспективы имеет взаимодействие Синьцзяна и граничащего с ним Алтайского края и Республики Алтай.

6. Перспективы развития Синьцзян-Уйгурского автономного рай она.

По нашему мнению, возможны несколько вариантов развития си туации в Синьцзяне и вокруг него:

а) Ситуация останется прежней. Власти Китая сохранят сущест вующее положение дел в национальной и религиозной сферах, будут подавлять любые вызовы национальной стабильности и территориаль ной целостности на территории автономного района. На внешнеполити ческом направлении будет продолжено противодействие любым вызо вам стабильности автономного района, исходящие как из соседних с Синьцзяном государств и располагающихся там экстремистских и тер рористических организаций, так и на международной арене, со стороны международного уйгурского движения при возможной поддержке ми ровых держав. Китай никому не позволит нарушить свою территори альную целостность. С позиций сегодняшнего дня можно говорить, что данный вариант является наиболее реальным.

б) Ухудшение ситуации. Данный вариант развития событий возмо жен при следующих обстоятельствах:

- Внутренние факторы: Ужесточение религиозной политики вла стей, дискриминация прав и свобод (с точки зрения нацменьшинств), может привести к новому витку беспорядков и волнений на территории Синьцзяна, поддерживаемых из-за рубежа.

- Внешние факторы: ухудшение ситуации на границе с Синьцзяном (победа экстремистских сил, ратующих за создание исламского госу дарства в ЦА с включением в него и территории современного Синь цзяна) может привести к тому, что Синьцзян придется «закрыть» для внешнего мира, то есть перекрыть границу.

Однако в условиях повышения значимости экономических связей Китая с центральноазиатскими государствами это невыгодно для эко номического развития КНР. Данный вариант представляется нам мало вероятным.

в) Предоставление большей автономии СУАР вплоть до создания независимого государства на территории Синьцзяна.

Данный сценарий гипотетически возможен в случае резкого ослаб ления самого Китая и, соответственно, утраты им политического кон троля над Синьцзяном в силу внутренних причин (например, в резуль тате обострения ситуации вокруг Тайваня) или вследствие усиления давления на Пекин со стороны международных организаций и мировых держав с требованием предоставления Синьцзяну большей автономии или фактической независимости.

Этот сценарий практически нереален в ближайшей и среднесроч ной перспективе. Китай сегодня – это страна с огромным потенциалом как в политической, так и экономической сферах. Его комплексная мощь позволяет при любых обстоятельствах избежать ослабления до такого состояния, при котором Пекин был бы вынужден согласиться на «отрыв» какой-то части страны.

Подводя итог, скажем, что, несмотря на существующие трудности как в политике, так и экономике Синьцзяна, а также сложности его ме ждународно-политического положения, будущее самой крупной терри ториальной единицы КНР видится нам достаточно оптимистичным. Хо тя уйгурский вопрос и не будет окончательно решен в ближайшее время, он не станет сколько-нибудь серьезным детонатором роста напряженно сти ни в Китае, ни в центральноазиатском регионе в целом. Более того, можно достаточно уверенно прогнозировать рост значения Синьцзян Уйгурского автономного района как для Китая, так и для развития эко номических, политических, этнокультурных связей в формате ШОС и в прилегающей географической зоне, что уже само по себе явится опре деленной гарантией сохранения стабильного поступательного развития СУАР.

Основные положения и выводы диссертации отражены в сле дующих публикациях:

1. Бондаренко А. В. Торгово-экономическое сотрудничество Ал тайского края и Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР // Акту альные проблемы региональных исследований. Сборн. науч. и науч. методич. трудов преподавателей, аспирантов и студентов кафедры ре гионологии Алтайского гос. техн. ун-та. Вып. 4.Барнаул, 2004. С. 64 – 69.

2. Бондаренко А. В. Внешнеэкономические связи Алтайского края и КНР за период 1999 – 2002 гг. // Молодежь - Барнаулу: Матер. пятой город. науч. - практич. конфер. молод. ученых. Барнаул: Аз Бука, 2003.

С. 356 – 357.

3. Бондаренко А. В. Российско-китайские связи конца 1990 - на чала 2000 гг. (региональный аспект) // Матер. XLII Междунар. науч.

студенч. конфер. «Студент и научно-технический прогресс»: Востоко ведение. Новосибирск, 2004. С. 114 - 115.

4. Бойко В. С., Бондаренко А. В. Экономическое присутствие Рос сии в западном Китае (на примере Синьцзян-Уйгурского автономного района КНР) // 62-я науч.-технич. конфер. студентов, аспирантов и про фесс.-преподават. состава АлтГТУ.

http://edu.secna.ru/main/review/2004/n6/appendix/konf62/g1Sod.htm 5. Бондаренко А. В. Синьцзян - Уйгурский автономный район КНР в начале XXI века: проблемы и перспективы // Тез. докл. XV Меж дунар. науч. конфер. «Китай, китайская цивилизация и мир. История, современность, перспективы»: В 2 ч. М., 2005. Ч. 1. С. 86 – 90.

6. Бондаренко А. В. Синьцзян - Уйгурский автономный район КНР: актуальные проблемы развития // Китай: новые горизонты реформ:

Матер. ежегод. конф. Центра современной истории и политики Китая ИДВ РАН: В 2 ч. М., 2005. Ч. 1. С. 182 – 191.

7. Бондаренко А. В. Основные итоги экономического развития СУ АР в контексте стратегии масштабного освоения западных территорий КНР // Матер. Пятой междунар. научно-практич. конфер. "Россия, Си бирь и Центральная Азия: взаимодействие народов и культур". Вып. 5.

Барнаул, 2005. С. 445 – 449.

8. Бондаренко А. В. Синьцзян: проблемы экономического и поли тического развития // Азия и Африка сегодня. М., 2005. № 12. С. 27 - 30.

9. Бондаренко А. В. Современное состояние и перспективы сотруд ничест ва России и Западного Китая на примере Синьцзян-Уйгурского ав то номного района // Китай в мировой и региональной политике: Ис тория и современность. М., 2005. С. 181 – 189.

10. Бондаренко А. В. Внешнеэкономические связи СУАР КНР // Пробл.

Дал. Востока. М., 2006. № 4. С. 110 – 119.

11. Бондаренко А. В. Торгово-экономическое сотрудничество СУ АР КНР с приграничными государствами // Тез. докл. XVI Междунар. науч.

конфер. «Китай, китайская цивилизация и мир. История, современ ность, перспективы»: В 2 ч. М., 2006. Ч. 1. С. 69 – 73.

12. Бондаренко А. В. Современная национальная и религиозная по литика КНР на примере Синьцзян-Уйгурского автономного района // Рос сия и АТР. Владивосток, 2007. № 3. С. 90 - 94.

13. Бондаренко А. В. Международные аспекты борьбы против «трех зол»

в Синьцзян – Уйгурском автономном районе КНР // Известия Ал тай ского гос. ун-та. Барнаул, 2007. № 4/2. С. 23 – 27.

14. Бондаренко А. В. Проблема борьбы с уйгурским сепаратизмом в СУАР:

международный контекст // Китай в мировой и региональной политике: История и современность. М., 2007. С. 178 – 198.

Подписано к печати 19.09.2007 г.

Печ.л. 1,9. Тираж — 100 экз. Заказ № Печатно-множительная лаборатория Института Дальнего Востока РАН.

Москва, 117997, ГСП–7, Нахимовский пр-т, 32.

www.ifes-ras.ru

 




 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.