авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ  БИБЛИОТЕКА

АВТОРЕФЕРАТЫ КАНДИДАТСКИХ, ДОКТОРСКИХ ДИССЕРТАЦИЙ

<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Астрологический Прогноз на год: карьера, финансы, личная жизнь


Детерминанты социально-пространственной локализации населения (на примере еврейской автономной области)

На правах рукописи

Кутовая Светлана Владимировна ДЕТЕРМИНАНТЫ СОЦИАЛЬНО-ПРОСТРАНСТВЕННОЙ ЛОКАЛИЗАЦИИ НАСЕЛЕНИЯ (НА ПРИМЕРЕ ЕВРЕЙСКОЙ АВТОНОМНОЙ ОБЛАСТИ) 22.00.04 – Социальная структура, социальные институты и процессы

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук

Хабаровск – 2010

Работа выполнена в Институте комплексного анализа региональных проблем Дальневосточного отделения Российской академии наук

Научный консультант: доктор педагогических наук, профессор Никитенко Виктор Николаевич доктор социологических наук

Официальные оппоненты:

Левков Сергей Андреевич кандидат социологических наук Гребенкина Светлана Васильевна Амурский государственный университет

Ведущая организация:

Защита состоится 30 сентября 2010 года в 14.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.294.04. при ГОУВПО «Тихоокеанский государственный университет», по адресу: 680035, г. Хабаровск, ул.

Тихоокеанская, 136, ауд. 315л.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Тихоокеанского государственного университета.

Автореферат разослан « » _ 20_ г.

Ученый секретарь диссертационного совета П.П. Лях I.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования Социальное пространство, как в планетарном масштабе, так и в границах отдельных государств, регионов и их административно территориальных единиц неоднородно. Оно состоит из локальных «сгустков» населения различных по масштабу и плотности, которые в представленном исследовании именуются поселенческими локусами. Не составляет в этом плане исключения и рассматриваемая в исследовании территория.

Современная социально-пространственная структура в границах современной Еврейской автономной области является результатом е полуторавекового развития. Локализация населения в автономии большей частью осуществлялась под влиянием и контролем государства.

Распределение населения и развитие городов, поселков, сел происходило в зависимости от различных детерминант (политических, экономических, культурных, социальных и других), в дальнейшем оказывающих влияние на формирование социального пространства. Патерналистский со стороны государства подход обеспечивал относительно устойчивое развитие социально-территориальной системы региона. Государственные гарантии в виде различных преференций обеспечивали приток населения на данную территорию.

В настоящее время продолжается изменение картины социально пространственной локализации населения ЕАО под влиянием трансформационных процессов, происходящих в России на рубеже XX ХХIвв., выражающееся в убыли населения из территории и е поселенческих локусов, «вымирании» мелких населенных пунктов, вызванных общим снижением уровня и качества жизни людей.

Сегодня государство пытается принимать меры по улучшению социально-экономической ситуации на Дальнем Востоке России в виде различных программ, стратегий, концепций комплексного развития региона, но предпринимаемые действия пока малоэффективны – территория вс ещ мало населена и отток населения из не продолжается.

Изучение детерминант социально-пространственной локализации в регионе, хотя бы в пределах одного из субъектов Российской Федерации (Еврейской автономной области), является попыткой выяснить, что может влиять, с социологической точки зрения, на приток и закрепление населения на дальневосточных российских территориях. Это напрямую связано с решением проблемы создания необходимых для устойчивого развития территории человеческих ресурсов и повышения социального благополучия живущих на ней людей. В связи с этим обозначенная тема исследования является актуальной.

Состояние научной разработанности проблемы исследования Итоги анализа существующих философских и социологических концепций, представленных в зарубежной и отечественной литературе, заключаются в выявленных теоретических предпосылках, лежащих в основе поиска детерминант социально-пространственной локализации населения на Дальнем Востоке России.

Теоретические основы социально-пространственной организации населения представлены в трудах социологов: О. Конта, Э. Дюркгейма, Э.Гидденса, Г.Зиммеля, Р. Парка, Э. Берджеса, Я. Морено, П. Сорокина, П.Бурдье, А. Лефевра, А. Филлипова, Г. Заболотной, Н. Шматко и других исследователей.

Исследования территориального распределения населения проводятся в рамках таких наук, как география, в том числе и социально-экономическая, регионоведение, политология, экономика, история, социология. К примеру, в работах Д.В. Доленко, С.А Ковалева, Е.Л. Мотрич, В.В. Покшишевского, Т.И.Заславской приводятся основные социально-экономические и географические характеристики формирования субрегиональных систем расселения, развития городских и сельских поселений и их образа жизни, выделены основные типы поселений.

Сущность понятия «жизненное пространство», введенного в науку в 30-е годы XX века К. Хаусхофером, раскрыта в работах Л. Мечникова, Ф.Ратцеля, Г.Риккета, Э. Гуссерля, В. Пахомова, Э.Конитова, В. Устьянцева.

Для исследования локализации населения в социальном пространстве имеет значение категория «места», представленная и раскрытая в трудах Ш.Монтескье, Ж. Бодена, К. Риттера, П. Бурдье, А. Гумбольда, Л.И.Мечникова, В.Ф. Чиркова.

Феномен локальных сообществ раскрыт в трудах Р.Э Парка, Э.В.Берджесса, У.Л. Уорнера, Р. Рорти, И. Фу Туана, Х.Брукфилда, М. Фуко, В.В. Куклиной, В.В.Симоновой, О.С. Новиковой, Т.И. Черняевой, С.В.Пирогова. В работах данных ученых локальность рассматривается как пространственно-временная форма социальной реальности, раскрываются особенности развития малых городов и сельских поселений в контексте их комплексного исследования, изучение социальной, классовой структуры, религиозной жизни сообществ, занятости населения, воспитания детей, отношения между поколениями, системой образования, институтами брака и других сциетальных сфер1.



Вопросы взаимоотношения «центр-регионы», «центр-периферия» отражены в работах Д.В. Доленко, Ю.А. Симагина, Н.Г. Хайрулиной, И.Валлестерайна, Э.Шилза и других.

Социальные проблемы, опосредованные территорией, и варианты их решений с точки зрения трансформационных процессов в регионах Российской Федерации, территориального поведения населения и его идентификации с той или иной территорией представлены в трудах И.П.Рязанцева, О.И. Шкаратана, А.Ю.Завалишина, В.В.Маркина.

См.: Куклина В.В. Локальные сообщества Южной Сибири в полиэтничной среде: культурно географический срез. – Новосибирск, 2006. – 117 с.;

Новикова О.С., Черняева Т.И.. Социологическая интерпретация места. // Вестн. Ставропол. гос. пед. ун-та. – Ставрополь, 2003. – Вып. 35. – С. 38-42.;

Симонова В.В. Интерпретации пространства представителями малочисленных народов севера в различных социокультурных средах. Автореф. дис.... канд. социол. Наук. – М., 2008. – 36 с.;

Чирков В.Ф. Метафизика места. Автореф. дис. … канд. филос. наук. - Омск, 2006. -15 с.

История освоения, развития, заселения и формирования населения на территории Дальневосточного региона России в XIX –XX вв. нашла отражение в работах Ю.В. Аргудяевой, Н.И. Рябова, В.М. Кабузана, А.И.Алексеева, Б.Н.Морозова, В.И. Ишаева, П.А. Минакира, В.В.Миндогулова, Е.Л. Мотрич, Л.Л.Рыбаковского.

Исследованиям, связанным с изучением исторических, экономических, социально-демографических проблем на территории Еврейской автономной области, посвящены работы С.В. Аносовой, Е.Д. Кабанцовой, Т.М.Комаровой, Б.Л.Корсунского, С.Н. Мищук, Г.П. Неверовой, О.Л.Ревуцкой и др.

На фоне многочисленных научных работ по проблеме населения и его формирования процесс пространственной локализации населения в Дальневосточном регионе России представляется малоизученным. В имеющихся работах вопросы влияния факторов, детерминирующих пространственную локализацию населения, либо затрагиваются попутно с другими, либо вообще не рассматриваются. В то же время это есть важная научно-практическая задача, решение которой будет способствовать совершенствованию системы управления дальневосточным регионом как специфическим социально-территориальным образованием.

Цель исследования: выявить факторы, детерминирующие социально пространственную локализацию населения в дальневосточных субъектах Российской Федерации (на примере Еврейской автономной области).

В соответствии с поставленной целью решались следующие задачи исследования:

1. Выявить имеющиеся в научной литературе теоретические и методологические подходы к исследованию факторов социально пространственной локализации населения;

2. Определить основные детерминанты социально-пространственной локализации населения, обосновать их классификацию;

3. Выделить субъективные факторы, влияющие на социально пространственную локализацию населения Еврейской автономной области.

Гипотеза:

Социально-пространственная локализация населения детерминирована комплексом факторов, которые могут быть классифицированы по нескольким основаниям:

1) первичные (географическое положение территории, природно климатические условия и др.) и вторичные (данные факторы формируются при взаимодействии человека с экономическим, культурным, социальным и другими пространствами), 2) внешние (влияние государства, правящей элиты и других заинтересованных акторов) и внутренние (ресурсный потенциал территории, социально-культурные особенности и т.п.), 3) объективные (ландшафтные характеристики территории, политический режим государства и т.п.) и субъективные (степень удовлетворенности индивидов и социальных групп условиями жизни и жизнедеятельности, интеграции личности в социум «малой родины»).

Объект исследования: социально-пространственная локализация населения Еврейской автономной области.

Предмет исследования: факторы, детерминирующие социально пространственную локализацию населения Еврейской автономной области.

Теоретико-методологической основой исследования являются концептуальные положения социологической науки;

результаты исследований отечественных и зарубежных ученых, в которых отражены вопросы формирования социального пространства, социально пространственной локализации населения. Специфика диссертационного исследования обуславливает применение системного, комплексного (междисциплинарного на социологической основе), функционального, субъектно-деятельностного, компаративного (сравнительного), исторического подходов.

Эмпирической базой диссертационной работы являются результаты социологических исследований, проведенных лично автором:

1. «Причины территориальной локализации населения Еврейской автономной области», 2008 г. (n= 529). Генеральную совокупность составили жители г. Биробиджана и пяти административно-территориальных районов Еврейской автономной области от 16 до 74 лет. Тип выборочной совокупности – квотный, в разрезе трех основных характеристик (пол, возраст, территория проживания), случайный на этапе отбора респондентов.

2. Социологический опрос «Выявление основных социальных проблем населения Еврейской автономной области», 2009 г., (n=1104). Генеральную совокупность составили жители г. Биробиджана и пяти административно территориальных районов Еврейской автономной области от 18 лет и старше.

Тип выборочной совокупности – квотный, в разрезе трех основных характеристик (пол, возраст, территория проживания), случайный на этапе отбора респондентов.

3. Глубинное интервью «старожилов» (в возрасте от 65 до 87 лет) в административных районах Еврейской автономной области «Факторы пространственной локализации населения в период освоения Еврейской автономной области», 2009 г., (n=47).

4. Вторичный анализ статистических и архивных данных Российской Федерации, Дальнего Востока и Еврейской автономной области, результатов социологических исследований Института социологии РАН, электронных ресурсов «Интернет».

Научная новизна работы заключается в следующем:

1. Научно обоснована авторская трактовка понятия «социально пространственная локализация населения»;

2. Выявлены субъективные факторы, детерминирующие социально пространственную локализацию в Еврейской автономной области;

3. Выполнена сводная классификация объективных и субъективных факторов, детерминирующих локализацию населения в социальном пространстве региона.

Положения, выносимые на защиту 1. Социально-пространственная локализация населения обусловлена процессом самоопределения взаимодействующих между собой индивидов, социальных групп, социальных общностей и других акторов в границах какой-либо территории с целью дальнейшей жизнедеятельности, социальных отношений и практик. В итоге социальное пространство на той или иной территории приобретает мозаичную картину, состоящую из поселенческих локусов с различной плотностью населения, и эти локусы вследствие влияния различных факторов (детерминант) изменяются со временем.

2. Факторы, детерминирующие пространственную локализацию населения в субъекте Российской Федерации (Еврейской автономной области), подразделяются на взаимосвязанные между собой группы:

1) первичные (географическое положение территории, природно климатические условия и др.) и вторичные (данные факторы формируются при взаимодействии человека с экономическим, культурным, социальным и другими пространствами), 2) внешние (влияние государства, правящей элиты и других заинтересованных акторов) и внутренние (ресурсный потенциал территории, социально-культурные особенности и т.п.), 3) объективные (ландшафтные характеристики территории, политический режим государства и т.п.) и субъективные (факторы, которые с точки зрения индивида, социальной группы являются значимыми и достаточными для жизнедеятельности в границах той или иной территории).

3. Основными субъективными факторами, влияющими на социально пространственную локализацию населения являются: переселенческая практика и практика государственного распределения на работу после окончания вузов, имевшая место в советский период, наличие работы, преемственность поколений, создание семьи, благоприятные природно климатические условия. Для современного социального состояния населения, локализованного в социальном пространстве Еврейской автономной области, характерны социальная напряженность в сфере трудоустройства, миграционные настроения, дифференциация между городскими и сельскими жителями по уровню доходов, доступности и возможностям самореализации.

Теоретическая значимость исследования заключается в обобщении и представлении научно-теоретических положений и выводов о факторах, детерминирующих социально-пространственную локализацию населения Еврейской автономной области, как субъекта Дальнего Востока России.

Практическая значимость исследования заключается в том, что основные положения и выводы о выявленных детерминантах социально пространственной локализации населения в условиях Дальнего Востока России могут быть использованы для разработки федеральных и региональных программ по привлечению дополнительного и закреплению живущего на этой территории населения, восстановлению и развитию социально-территориальной системы региона в современных условиях.

Материалы исследования могут использоваться при подготовке обобщающих трудов по социологическим аспектам освоения и заселения Среднего Приамурья, а также в сфере образования в соответствии с концепцией «россиянина-дальневосточника».

Апробация результатов исследования осуществлялась посредством выступлений на заседаниях ученого совета Института комплексного анализа региональных проблем ДВО РАН, через публикации в центральных и региональных научных изданиях (по материалам исследования опубликовано 12 работ, в том числе 3 в журналах, включнных в Перечень рецензируемых научных изданий, в которых рекомендуется публиковать основные научные результаты диссертационных исследований).





Основные положения и результаты исследования докладывались и обсуждались на Всероссийской научно-практической конференции «Роль и место патриотизма в возрождении России и Дальнего Востока» (Хабаровск, 2007), III Всероссийской научно-практической конференции «Молодежь Востока России: история и современность» (Хабаровск, 2007), IV Региональной школе-семинаре молодых ученых, аспирантов и студентов «Территориальные исследования: цели, результаты и перспективы» (Биробиджан, 2007), III Региональной научно-практической конференции «Высшая школа – государственный ресурс регионального развития» (Биробиджан, 2007, Научно-практической конференции 2008), «Биробиджанский проект: опыт этнокультурного взаимодействия и развития» (Биробиджан, 2007), Международной научно-практической конференции «Иммигранты и этнические диаспоры в региональных политических процессах в Российской Федерации и зарубежных странах» (Екатеринбург, 2007), Общероссийской научно-практической конференции «Молоджь и формирование гражданского общества в России», (Волгоград, 2007), VII Международной научной конференции «Наука и образование» (Белово, 2008), VI Всероссийской научно-практической конференции молодых исследователей, аспирантов и соискателей «Экономика, управление, общество: история и современность» (Хабаровск, 2008), II Международной научной конференции «Современные проблемы регионального развития» (Биробиджан, 2008), XI Международной научной конференции молодых ученых «Дальний Восток России и страны АТР в изменяющемся мире» (Владивосток, 2008), XV Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносовские чтения» (Москва, 2008), III Всероссийском социологическом конгрессе «Социология и общество: проблемы и пути взаимодействия» (Москва, 2008), Всероссийской научной конференции «Сорокинские чтения: «Отечественная социология: обретение будущего через прошлое» (Хабаровск, 2008) а также в рамках конкурсов: Всероссийского конкурса «Устойчивое развитие и экономика современной России» (Москва, 2007), I Всероссийского конкурса «Долгосрочное развитие России и ее территорий» (Москва, 2008), Регионального смотра-конкурса научных работ молодых ученых и аспирантов ЕАО (Биробиджан, 2009, 2010).

Структура диссертационной работы. Диссертация общим объмом 150 страниц включает в себя введение, две главы, заключение, библиографию из 179 источников, 25 рисунков, 11 таблиц и 4 приложения.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность, сформулированы проблема и цель, определены объект, предмет, гипотеза, задачи и методы диссертационного исследования, показаны его научная новизна, теоретическая и практическая значимость, представлены основные положения, выносимые на защиту. Характеризуются основные теоретические и методологические подходы, эмпирическая база исследования.

В первой главе «Теоретико-методологические предпосылки исследования социально-пространственной локализации населения» анализируются основные теоретические подходы к категории «социальное пространство», раскрывается сущность феномена локальности с позиции отечественных и зарубежных ученых, выделены основные уровни и факторы, детерминирующие пространственную локализацию населения.

В первом параграфе первой главы «Социологическая наука о социально-пространственной локализации населения» рассматриваются исходные теоретические положения для понимания категорий «пространство», «социальное пространство», «территория», «жизненное пространство».

Социальное пространство – это освоенная и заселнная людьми часть природного пространства как среды обитания людей, пространственно территориальный аспект жизнедеятельности общества и предметного мира человека, характеристика социальной структуры общества с точки зрения «расположения» социальных групп и слоев, «пространства» (условий, возможностей) их развития 2.

Говоря о пространстве, обжитом человеком, необходимо отметить, что оно социально структурировано и в значительной степени символически освоено. Формы и интенсивность освоения во многом определялись уникальностью средового пространства и потенциалом территории, на которой формировались разнообразные социальные общности. В ряде исследований социальное пространство рассматривается в тесной взаимосвязи с физическим пространством, территорией и локализованным на ней социумом, с учетом факторов и условий, детерминирующих данную взаимосвязь. Основания жизненного пространства человека обнаруживаются в неразрывном взаимодействии См.: Краткий словарь по социологии / Д.М. Гвишиани, Н.И. Лапин. - М., 1988. – С.259.

См.: Чистобаев А. И. Эволюция представлений о социально-географическом пространстве. // Историческое познание: традиции и новации. Тезисы Международной теоретической конференции. - Ижевск, 26- октября 1993 г. Часть 11.-С. 112-113.

повседневного человеческого существования с пространственными структурами общества. Различные горизонты жизненного пространства: а) раскрываются в телесной организации пространства, обусловленной особенностями человеческого тела, ортоградностью (прямохождение), рукотворностью, биологическими и социальными ритмами жизнедеятельности;

б) структурируются под влиянием жизненных ресурсов (человеческих, социальных, информационных) на территории проживания, ресурсов, определяющих возможности реализации человеком базовых потребностей и жизненных планов;

в) закрепляются в институтах, регулирующих территориальные связи и социальные отношения, которые необходимы для сохранения пространства человеческой жизни 4.

В последние годы отечественные социологи, опираясь на постклассические социальные теории, новые концепции в исследовании социального пространства, учитывают территориальную локализацию общественных отношений, производственной и социальной инфраструктуры.

Именно в данном подходе социальное пространство сопряжено с территорией и географической средой. Данный подход позволяет выделить социальное пространство на основе таких поселенческих единиц, как города, села, административно-территориальные единицы, (муниципальное образование, область, край, республика, субъект Федерации и др.), регионы, континенты.5.

Рассматривая локализацию населения в пространстве, то есть некий одномоментный срез, мы можем говорить о точечной локализации населения, которая соответствует местам их жительства и местам приложения труда. В то же время, социально-пространственная локализация является процессом концентрации общностей на той или иной территории, в определнном месте.

Во втором параграфе первой главы «Феномен локальности в социологических теориях» представлены теоретические предпосылки для исследования локальности, места, локальных сообществ, обосновывается сущность понятия «пространственная локализация населения». Приведнные в параграфе идеи взаимообусловленности локальных групп и их пространственного размещения являются теоретическими предпосылками для выявления факторов и причин, влияющих на социально пространственную локализацию населения, для е дифференциации по видам и уровням в Еврейской автономной области, как субъекте Российской Федерации. Начиная с XVIII века, обозначилась линия комплексных изучений, сочетающая интересы философии, этнографии, географии, социологии, с акцентом на определении роли природных условий в локализации населения.

См.: Устьянцев В.Б. Жизненное пространство человека: ценностные и институциональные начала. // Современная парадигма человека. - Саратов, 2000. - С. 110.

См.: Качанов Ю.Л. Производство политического поля в современной теории. // Социологические исследования. – 1997. - №11. – С. 4.

Одними из первых исследования локальных сообществ были осуществлены в рамках Чикагской школы в 1920 годах. В работах американских ученых уделялось внимание различным предметам, связанным с той или иной стороной чикагской городской жизни (Р.Э Парк, Э.В.Берджесс, У.Л. Уорнер и др.): изучение социальной, классовой структуры, религиозной жизни сообществ, занятости населения, воспитания детей, отношения между поколениями, системе образования, институту брака и других. Сообщество рассматривалось как производное от совместного места жительства, как целостный самодостаточный организм с собственным жизненным процессом. Общие интересы членов общности рассматривались как функция от проживания в одном месте.

Традиционный способ анализа локальных сообществ предполагает анализ различных институтов этого сообщества: экономических, управленческих, религиозных, образовательных и т.п. Однако сфера действия этих институтов лишь приблизительно совпадает с основными значимыми на данной территории функциями. Так функции социального контроля могут выполняться как церковью, так и школой, семьей и так далее.

С функциональной точки зрения локальное сообщество представляет собой сочетание социальных единиц и систем, которые выполняют определенные функции, значимые для данной территории 6.

Для обозначения пространства социальных взаимодействий в современной социологии используется понятие «локал» (lokale). Локал представляет собой систему взаимодействий в контексте определенного физического окружения. Развивая разработанное западными географами идеи о пространственно-временной конвергенции, современные социологи выдвигают концепцию регионализации локалов, то есть зонирования социальной жизни в пространстве-времени7.

В отечественной науке факт погруженности человека в конкретное, данное природой пространство, обозначаемое через множество семиотических связей, невозможности существовать его в сообществе вне коммуникаций Ю.М. Лотман обозначил как «семиосфера». В учении В.И.

Вернадского это особое пространство-время, которое проявляется в виде смены поколений8.

В рамках деноменологической традиции, по мнению Д.Н. Замятина, роль современных гуманитарных исследований состоит в том, что они «выявляют, трансформируют не совместимые, но существующие локальные См: Добрякова М.С. Исследования локальных сообществ в контексте позитивизма, субъективизма, постмодернизма и теории глобализации / М.С. Добрякова. // Социология: 4М= Sociology: methodology.

Methods. Mathematical models. М, 2001, №13, С. 27-59.

См: Великий П.П.,. Взаимосвязи социального и территориального пространств / П.П. Великий, Е.В.

Бочарова. // Философия и проблемы современности. – Саратов, 2003. – С. 109-117.

См: Куклина В.В. Локальные сообщества Южной Сибири В полиэтничной среде: культурно географический срез / В.В. Куклина. – Новосибирск, 2006. – 117 с.

(в смысле их генезиса) картины мира, имеющие всякий раз различную образную природу»9.

Образование социально-пространственных локусов достаточно широко представлено в социологической науке. Сам факт существования исследований по проблеме взаимообусловленности людских сообществ и территории их проживания дат основание считать правомерной постановку проблемы выявления причин социально-пространственной локализации населения, то есть поиска ответа на вопрос о том, почему люди живут там, где они живут.

В третьем параграфе первой главы «Детерминирующие факторы и уровни социально-пространственной локализации населения» выделены основные факторы, уровни и типы локализации населения в социальном пространстве региона.

Влияние различных факторов на расселение и распределение населения на территории Земли изучают многие научные дисциплины. При этом внимание исследователей привлечено преимущественно к анализу экономических, политических и ресурсных факторов. Значению и влиянию самой территории на локализацию населения уделяется меньше внимания.

В настоящее время в социологической науке возрос интерес к комплексному анализу отдельно взятого региона. Появились работы, связанные с изучением взаимовлияния географического положения, природно-климатических и социально-культурных условий территории и проживающего на данной территории населения;

социальной структуры локальных сообществ, территориальной идентичности и территориального поведения10.

На основе анализа имеющихся по этому вопросу работ установлено, что социально-пространственная локализация населения детерминирована комплексом различных факторов.

К первичным (базовым) относятся географические, экономические, социальные, политические, исторические, культурные, которые взаимодействуют и изначально имеют доминирующее значение при формировании поселенческих локусов. В последнее десятилетия в данную группу включены и экологические факторы.

На основе первичных факторов и взаимодействия социума с природной средой, ресурсами, другими социальными группами на той или иной территории возникают вторичные факторы, влияющие на дальнейшую локализацию населения в социальном пространстве: социально географические, социально-экономические, социально-культурные, социально-политические, социально-демографические.

См: Замятин Д.Н. Образцы путешествий: социальное освоение пространства / Д.Н. Замятин. // Социологические исследования. – М., 2002. - №2. – С. 12-22.

См.: Зинков Е.Г. Руральные основания формирования социокультурного пространства региона. – Р. н/Д., 2001. – 108 с.;

Кашепов А. Социально-экономические детерминанты демографической ситуации в России. // Общество и экономика. - М., 2001. - №9. - С. 138-160.;

Рязанцев И.П.

Социология региона. – М., 2009.- 408 с.;

Рязанцев И.П., Завалишин А.Ю.Территориальное поведение россиян (историко-социологический анализ). - М., 2006. - 456 с.

Влияние государства, а также любые другие влияния из-за пределов локализованных социальных пространств относятся к внешним факторам.

Влияния же природно-климатических, социально-культурных, ресурсных и других условий непосредственно той территории, на которой происходит социально-пространственная локализация населения, относятся к внутренним факторам. К объективным факторам относятся ландшафтные характеристики территории, политический режим государства, состояние охраны государственной границы и т.п., к субъективным - степень удовлетворенности индивидов и социальных групп условиями жизни и жизнедеятельности, социокультурным окружением, возможностью профессиональной, творческой и другой самореализации в границах той или иной территории, менталитет личности и степень е интеграции с данной территорией (малая родина).

Человек создает условия для своего существования и таким образом искусственно снимает некоторые природные препятствия, ограничивающие его развитие. Социальная форма существования материи отличается от биологической тем, что она способна изменять мир сообразно потребностям людей. Значит, действия субъективного фактора и составляет основную специфичность детерминации социальных явлений. Однако, сами воля, желания, идеи людей детерминированы материальными факторами, за ними следует видеть их материальную объективную основу в виде потребностей и интересов масс, социальных групп, отдельных личностей. В структуру субъективного фактора принято включать осознание, цели, интересы, волю, которые определяют выбор действий, осуществляемых на их основе 11.

В конечном счете, объективные факторы являются основой, на которой базируется субъективный фактор, которая предопределяет социально типичные формы, способы и направления деятельности людей 12.

Структурно социально-пространственная локализация населения представляет собой иерархию уровней: индивидуальный, групповой, в пределах административно-территориальных границ, региональный (в пределах федеральных округов), общегосударственный и глобальный.

Наглядно структура социально-пространственной локализации населения представляется в виде перевернутой вершиной вниз пирамиды, в которой первый уровень - индивидуальный, а далее по восходящей – слои перечисленных выше уровней.

Индивидуальный уровень локализации зависит от желания отдельных индивидов или семей обособится. Например, семья староверов Лыковых, ушедшая в тайгу в 1937 году и найденная геологами в 1978году. К этой же группе относятся обитатели скитов. Известны случаи, когда достаточно состоятельные в материальном и интеллектуальном отношении люди выбирают аскетический образ жизни: из мегаполисов переселяются жить в обособленных заимках.

См.: Алабердина О.Е. Детерминизм как научная основа познания общественного развития. // Общество.

Культура. Управление. М., 2001,С. 86-94.

Там же, с. Второй уровень пространственной локализации - группы людей или семей. Это может быть социальная общность, объединенная какими-либо интересами (творческими, этнонациональными и другими) или же религиозными верованиями. Примером такого обособления служат семьи, уходящие для жительства на хутора и создающие поселения из нескольких дворов, при этом не теряющие взаимосвязь с окружающим миром, использующие современные технические средства в своей жизнедеятельности. Такими примерами являются малые поселения староверов, этнических групп (пос. Джари в Нанайском районе, Улика Национальная по р.Тунгуска и т.п.) Уровень локализации в пределах административно-территориальных границ представлен совокупностями населения муниципальных образований, сложившихся вокруг административных центров.

Региональная локализация (в пределах федеральных округов) – совокупность жителей поселений и муниципальных образований вокруг областных, краевых центров и столиц национальных республик и округов.

Общегосударственный уровень пространственной локализации предполагает распределение населения в границах того или иного государства вокруг их столиц.

Глобальная социально-пространственная локализация включает в себя вс население Земли, распределнное неравномерно и включающее в себя локусы с различной плотностью населения.

Локализация населения в социальном пространстве является одновременно сложившейся концентрацией населения на определнной территории и процессом присоединения индивидов, социальных групп, общностей к уже существующим локальным образованиям. Изучение факторов, уровней, типологии пространственных локусов населения напрямую связано с решением проблемы народонаселения на российском Дальнем Востоке, привлечения в этот регион переселенцев и укоренения в нм уже живущего населения.

Во второй главе «Детерминанты локализации населения на различных этапах формирования социального пространства Еврейской автономной области» диссертации раскрываются исторические предпосылки и основные факторы, влияющие на локализацию населения на различных этапах формирования социального пространства Еврейской автономной области.

В первом параграфе «Факторы локализации населения на начальном этапе формирования социального пространства Еврейской автономной области(1856-1917 гг.)» отражены исторические предпосылки формирования социально-пространственной локализации населения Еврейской автономной области. Основные сведения о формировании населения на дальневосточных территориях России содержатся в трудах историков, географов, экономистов (А.И.Алексеева, Ю.В. Аргудяевой, В.М.

Кабузана, Б.Н. Морозова, Е.Г. Мотрич, И.П. Минакира, Л.Л. Рыбаковского и других) изучавших вопросы освоения, заселения и формирования населения на этих территориях в XIX –XX вв13.

Локализация населения на начальном этапе формирования социального пространства детерминировалась в основном геополитическими и социально экономическими факторами: охрана государственной границы, развитие на дальневосточных территориях сельского хозяйства, поддержание существующих на данном этапе освоения и развития транспортных сетей, связывающих поселения между собой и территорию будущей автономии с Центральными районами России. Основными акторами, участвовавшими в социально-пространственной локализации населения выступали:

государство, казаки, крестьяне, староверы-раскольники, ссыльнопоселенцы, отставные солдаты и иммигранты из Китая и Кореи, коренное же население было представлено немногочисленными даурами, эвенками. На территории будущей Еврейской автономной области социально-пространственная локализация была представлена индивидуальным, групповым и административно-территориальным уровнями, а также преобладал эмерджентный тип формирования социального пространства.

Население локализовалось на рассматриваемой территории в сельских населенных пунктах, в основном вдоль левого берега Амура и реки Биры, проложенной в 1909 г. грунтовой дороги («Амурской колесухи») и введенной в эксплуатацию в 1916 году Амурской железной дороги.

Необходимо отметить значение в развитии процесса социально пространственной локализации населения и транспортных коммуникаций, которые на данном этапе были недостаточно развиты. Основным коммуникационным средством, связывающим приамурскую территорию с Центральными районами России, была река Амур. Вследствие чего были трудности как с доставкой различной корреспонденции, так и во взаимодействии уже существующих локальных поселений между собой. В этой связи в 1898 г. началось строительство самой значительной грунтовой дороги вдоль Амура ("Амурская колесуха"). Строительство транспортных коммуникаций между локальными поселениями внутри территории и центральными регионами России повлияло на дальнейшее социально экономическое развитие территории: развитие промышленности, сельского хозяйства, повысился товарообмен с другими дальневосточными районами Российской империи.

См: Алексеев А. И., Морозов Б.Н. Освоение русского Дальнего Востока (конец XIX в. – 1917г.) / 1.

А.И. Алексеев, Б.Н. Морозов.- М., 1989. – 224с., Аргудяева Ю.В. Этническая и этнокультурная история русских на юге Дальнего Востока России (вторая половина XIX – начало XX в.). Книга 1. Крестьяне / Ю.В.

Аргудяева. – Владивосток, 2006. – 312 с., Кабузан В.М. Как заселялся Дальний Восток (вторая половина XVII – начало XX века) / В.М. Кабузан. – Хабаровск., 1976. – 192 с., Мотрич Е.Л. Демографические тенденции // Экономика Дальнего Востока: переходный период / Е.Л. Мотрич. - Хабаровск-Владивосток, 1995. -С. 120-135., Мотрич Е.Л. Население Дальнего Востока // Дальний Восток России: экономический потенциал / Е.Л. Мотрич. - Владивосток, 1999. - С.35-50., Минакир П.А. Экономика регионов. Дальний Восток / П.А. Минакир. – М., 2006. – 845 с., Романова В.В.Биробиджанский проект / В.В. Романова. // Сб.

материалов науч.-практич. конф. – Биробиджан, 2008. – 102 с., Рыбаковский Л.Л. Население ДВ за 150 лет / Л.Л. Рыбаковский.–М., 1990. – 168 с.

В конечном счете, при заселении Приамурья в этот период изначально были заложены локальные «сгустки» населения будущей территории Еврейской автономной области, которые стали очагами дальнейшей концентрации переселенцев вокруг них. Эти очаги оказывают влияние и на современную локализацию населения области.

Во втором параграфе второй главы «Объективные и субъективные факторы в период интенсивной социально-пространственной локализации населения Еврейской автономной области (1928-1990)» раскрывается роль объективных и субъективных факторов, детерминирующих процесс локализации населения на изучаемой территории.

К началу трансформационных процессов, начавшихся в Российской Федерации в 1990-х годах XX века, структура социально-пространственной локализации населения была уже достаточно сформированной: развита социально-экономическая инфраструктура, налажена транспортная сеть и сообщение между населенными пунктами области, развиты основные социальные институты: образование, здравоохранение, культура.

Период интенсивной социально-пространственной локализации населения детерминирован комплексом факторов, среди которых наличие государственных программ, стимулирующих переселенческие движения на Дальний Восток России, - укрупнение уже существующих населенных пунктов и формирование новых, - усиление миграционных потоков за счет активного привлечения переселенцев из Украины, Молдавии, Белоруссии, - развитие сельского хозяйства, легкой промышленности и машиностроения, - для улучшения социально-бытового и социально-культурного уровня идет интенсивное строительство жилья, детских садов, школ, учреждений культуры.

Для выявления субъективных факторов, повлиявших на локализацию населения Еврейской автономной области на этапе интенсивной социально пространственной локализации, проведен социологический опрос жителей области, участвовавших в ее формировании и развитии в этот период.

Главным методом сбора информации явилось глубокое интервью, имеющее форму относительно продолжительной беседы (от получаса до двух часов). При формировании выборки мы стремились отбирать людей, способных рассказать не только о своей жизни, но и том, как и по каким обстоятельствам, приезжали другие люди в Еврейскую автономную область.

Следует отметить, что большинство респондентов приехали в автономию в основном по направлению от образовательных учреждений, партийных ячеек, а также в случае, если были военнообязанными. Но были эпизоды и самостоятельного переезда. В отношении семейного положения, то основная часть переселенцев приезжала с семьей. В то же время на территорию области приезжали незамужние и неженатые, которые в течение недолгого времени обзаводились семьей и обосновывались в том или ином районе области.

Переселение происходило из разных республик и автономных национальных образований бывшего СССР: Украины, Молдавии, Грузии и других. При этом респонденты отмечают, что никогда никто не дифференцировал друг друга по национальной принадлежности.

Относительно состава и роли интеллигенции в различных населенных пунктах большинство информантов отмечает, что в сельскую местность, кроме рабочего и крестьянского люда, ехало и городское население с высшим образованием, полученным в престижных вузах страны. Это были зоотехники, врачи, учителя, ветеринарные врачи и люди других специальностей. Сложившийся на селе элитный костяк из интеллигентной прослойки организовывал в совхозах и колхозах досуговую деятельность:

открывались театральные кружки, спортивные секции, организовывались поэтические вечера.

Рассказы респондентов, приехавших в Еврейскую автономную область в период е интенсивного заселения, показывают, что основными факторами, влияющими на этот процесс на территории области были:

- заинтересованность государства в освоении дальневосточных территорий, выражавшаяся в активной агитации жителей западной и центральной части Советского Союза, а также в предоставлении государственной поддержки переселенцам;

- переселение населения по направлению от партийной организации, образовательного учреждения или в связи с переводом военнообязанных на границу с Китаем;

- благоприятные природно-климатические условия;

- возможность получения земли и ведения собственного хозяйства;

- возможность карьерного роста;

- внутренние идеологические установки;

- чувство патриотизма;

- появление семьи.

В рассматриваемый период население на территории Еврейской автономной области локализовалось в уже сформированных на начальном этапе населенных пунктах, при этом происходило формирование новых:

появлялись города и поселки городского типа. Кроме индивидуального, группового и административно-территориального имела место и региональная социально-пространственная локализация.

В качестве важнейшего актора пространственной локализации выступало государство, с патерналисткими формами регулирования данного процесса (государственная политика, направленная на стимулирование переселенческого движения). Необходимо отметить, что для привлечения на рассматриваемую в диссертационном исследовании территорию использовались различные методы: предоставление различных преференций, использование средств массовой коммуникации (газеты, журналы, и в появившихся радио и телевидении), формирование агитационных групп, работавших в Европейской части Советского союза (Украине, Молдавии, Белоруссии и других республиках).

В третьем параграфе второй главы «Локализация населения в условиях трансформации социального пространства Еврейской автономной области (с 1991 г. по настоящее время)» дан анализ современного состояния локального распределения населения, выделены субъективные причины, влияющие на пространственную локализацию населения в Еврейской автономной области.

Современный этап пространственной локализации населения на территории Еврейской автономной области связан с социально экономическими и политическими изменениями, происходящими в России в конце XX в., повлекшими за собой административно-территориальное переустройство. Так в 1991 г. Съезд народных депутатов РСФСР признал право автономных областей и округов на выход из состава краев и областей.

В 1991 г. в соответствии с постановлением Верховного Совета РСФСР «Об основных началах национально-государственного устройства РСФСР (О Федеративном договоре)» Еврейская автономная область стала равноправным субъектом Российской Федерации.

Социально-экономические и политические преобразования усилили процессы в различных сферах жизнедеятельности населения, что привело к негативным для данной территории результатам. На современном этапе социально-пространственной локализации растет дифференциация социальной структуры региона, происходит увеличение социально экономической дистанции между важнейшими стратификационными группами как внутри, так и вне региона. Данная тенденция проявляется в увеличении доли бедного и малообеспеченного населения, уменьшения средней прослойки и появления региональной элиты, обладающей основными ресурсами (экономическими и политическими полномочиями) 14.

Кроме того, трансформационные процессы, происходящие в России с 1990 годов XX века, увеличили скорость демографических процессов в Еврейской автономной области, детерминирующих социально пространственную локализацию населения, показатели которых зависели от социально-экономического положения как самого региона, так и его жителей. Пиковым в динамике численности населения Еврейской автономной области является 1991 год, в котором численность населения составила 221, 5 тыс. чел. В дальнейшем, за период реформирования, численность населения области снижается (область потеряла почти 19% населения). К 1995 году абсолютная убыль населения (по отношению к году) составила 8,3 тыс. чел., к 2000 году – 18, 2 тыс. чел., к 2005 – 4,5 тыс.

чел., к 2007 – 3,5 тыс. чел.

Данное снижение связано с резко ухудшающимся социально экономическим положением жителей области, снижением рождаемости, миграцией населения в центральные районы России, в страны ближнего См.: Рязанцев И.П. Социология региона / И.П. Рязанцев. – М., 2009.- С. 186.

зарубежья, а также значительной миграцией еврейского населения в Израиль, Германию, Соединенные штаты Америки. Более 75 тыс. человек постоянно проживающего в области населения выехало в зарубежные страны. Только начиная с 2007 года естественная убыль компенсируется миграционным приростом. Таким образом, динамика социально-пространственной локализации населения области в изучаемый нами период детерминирована объективными факторами, воздействие которых дифференцировано в пространстве. Кроме того, выделяются внешние факторы (политика федеральных властей, роль которых особенно велика в период трансформационных процессов) и внутренние факторы, которыми являются сложившаяся структура экономики, степень освоенности территории, демографическая ситуация, социокультурные особенности населения, детерминирующие уровень жизни и социальную мобильность населения, развитие человеческого капитала.

На сегодняшний день Б.Л. Корсунским и С.В. Аносовой выделены основные барьеры, стоящие на пути социально-экономического развития области:

- сокращение численности, так называемое «старение» населения, рост доли пенсионеров;

- гендерная диспропорция;

- высокий уровень имущественного расслоения, бедности, заболеваемости, смертности, низкий уровень рождаемости населения;

- зависимость экономки области от ресурсодобывающего сектора и сельского хозяйства;

- депрессивное состояние многих предприятий промышленного комплекса;

- барьеры для жилищного строительства и объектов инфраструктуры;

- недостаточное развитие сектора услуг, прежде всего бизнес-услуг, современных форм торговли и платных услуг населению;

- отсутствие достаточной ресурсной (финансовой) базы регионального развития;

- отсутствие транспортно-логистических систем;

- высокая степень износа основных фондов15.

Социально-пространственная локализация населения детерминирована и субъективными факторами. То есть тем, что для индивида или социальной группы является привлекательным в выборе территории проживания и удовлетворяющим его социальные, физиологические, психологические и другие потребности.

Для выявления субъективных детерминант социально пространственной локализации населения Еврейской автономной области проведен социологический опрос.

См.: Корсунский Б.Л. Механизм управления и источники реструктуризации экономики проблемного региона / Б.Л. Корсунский, С.В. Аносова. // Власть и управление на Востоке России. – 2007. - №3 (40). – С.

50.

В качестве факторов, влияющих на локализацию населения, использованы индикаторы ожидания работниками безработицы, оценка перспектив трудоустройства. В данном случае наиболее значимой является оценка личностных ресурсов в условиях рынка труда: чувство страха потерять работу и тесно связанная с ним оценка возможности трудоустройства в случае потери работы.

Распределение ответов на вопрос «Уверены ли Вы в возможности трудоустройства в случае потери работы?» показывает, что только 27,4% уверены, 27,6% - ответили «и да, и нет». Для 45% перспектива трудоустройства оценивается не очень высоко (рис.1). Необходимо отметить, что оценки возможностей трудоустройства заметно различаются от их профессионально-статусных характеристик, пола и возраста. Наибольшие опасения в отношении потери работы наблюдается у женщин в возрастной группе от 45 до 55 лет (19, 5%). Наименьшие - у мужчин, работающих на руководящих должностях в этой же возрастной группе (2,8%).

Дополнительным основанием для опасения потерять работу служит экономический кризис. Так, для работников средней и низкой квалификации, преимущественно физического труда, оно проявляется угрозой потери работы, а для квалифицированных работников - в виде повышенной нагрузки.

27, 27, уверены и да и нет не уверены Рисунок 1. Распределение ответов респондентов на вопрос «Уверены ли Вы в возможности трудоустройства в случае потери работы?» Следует отметить, что только 7,5% респондентов оценивают свое материальное положение как хорошее, 58,7% - как среднее. 32,3% как плохое. В данную группу входят пожилые люди, молодежь. В отношении дифференциации материального положения городского и сельского населения, отмечаются существенные различия по уровню материального благосостояния. Так среднедушевой доход домохозяйства в городской местности в 1,6 раза превышает средний уровень дохода сельского домохозяйства.

В отношении ожидаемого улучшения или ухудшения жизни респондентов в ближайший год выделены две группы: «оптимисты» -18,8%, и «пессимисты», их доля составила 46% от общего числа респондентов. У 35,2% опрошенных данный вопрос вызвал затруднения. В группу оптимистов входят в основном молодые люди в возрасте от 18 до 34 лет с высшим образованием и имеющие постоянную работу. Пессимистическим настроениям привержены респонденты в возрасте от 45 лет и старше, имеющие семью и, как правило, двух- трех детей.

Пессимистичные настроения коррелируют с показателями, осложняющими жизнедеятельность респондентов. В первую очередь респондентов беспокоят низкие доходы – 34,9%, опасения потерять работу 15,3%, плохое здоровье, трудности с лечением – 10,6%. Кроме того респондентов беспокоит недостаток свободного времени (8,1%), безысходность и отсутствие перспектив в жизни (5,2%), пьянство и наркомания кого-либо из членов семьи (4,5%), невозможность дать детям хорошее образование (4,3%) и другие трудности.

Для анализа исследуемого населения по материальному положению использована стратификационная модель российского общества, разработанная З.Т. Голенковой. В результате выделены следующие стратификационные группы:

- богатые (средства позволяют не только удовлетворять свои потребности, но и организовывать самостоятельную экономическую деятельность) -0,5 %, - состоятельные (средств достаточно не только для высокого уровня жизни, но и для преумножения капитала) – 3,5%, - обеспеченные (средств достаточно для обновления предметов длительного пользования, улучшения жилищных условий за свой счет или с помощью кредита, для собственного переобучения и образования детей, организации отдыха во время отпуска) – 17,3%;

- малообеспеченные (средств хватает только на повседневные расходы и в случае крайней необходимости – минимум средств для лечения и укрепления здоровья) – 57%;

- неимущие (наличие минимальных средств только для поддержания жизни и отсутствие средств для улучшения своего существования) – 21,7% Большая часть опрошенного населения по материальному положению отнесла себя и свою семью к среднему слою (49%), 35 % - к категории ниже среднего. Выявлены также семьи, относящие себя к низшему слою (10 %) и социальному дну (2 %). Существует некоторое смещение в уровне доходов и отнесении себя к высшему и среднему социальному слою среди сельского населения. Это объясняется тем, что у сельских жителей области уровень социальных притязаний гораздо ниже, чем у городских.

См.: Голенкова З.Т. Основные тенденции трансформации социальных неравенств // Россия:

Трансформирующееся общество./ под. ред. В.А. Ядова. М.: КАНОН – Пресс - Ц, 2001. С.90-103.

49, 35, % 9, 10 2,7 2, 0, й ий о го й го ни дн ни не не зш рх ед ое ед ед ни ве ср ьн ср ср ал е е ш ж ци ни вы со Рисунок 2. Субъективная оценка респондентами своего социального положения В ходе анализа полученных данных среди респондентов были выделены две группы: закрепившиеся – это люди, желающие остаться для дальнейшего проживания на территории области и потенциальные мигранты, планирующие уехать за пределы населенного пункта, в котором проживают. Рассмотрим основные характеристики выделенных групп.

68% 31% 1% закрепившиеся потенциальные мигранты неопределившиеся Рисунок 3. Распределение респондентов на группы «закрепившихся» и «потенциальных мигрантов» В первую группу вошли примерно одинаковое количество мужчин (50,3%) и женщин (49,7%). Следует отметить, что 66,2 % это люди, прожившие на территории области более 10 лет или же родившиеся здесь (19,4%). По возрастным характеристикам в основном группа представлена респондентами в возрасте старше 35 лет, имеющих начальное профессиональное (22, 4%), среднее специальное (36,2%) или высшее образование (14,7%). Более половины респондентов имеют семью и детей.

Основными факторами, влияющими на желание остаться на территории области, респондентами были выделены благоприятные природно-климатические условия, наличие работы, хорошее социально культурное окружение.

Необходимо отметить, что в группу закрепившихся вошли в основном городские жители (70,6%) имеющие более выгодные позиции в плане выбора работы, возможности проведения досуга, профессиональной и творческой самореализации как самих себя, так и своих детей и внуков. Сельские жители представлены 29,4%. В эту долю входят категории, обладающие низкой мобильностью из-за сдерживающих факторов: инвалидность, пенсионный возраст, наличие семьи и детей, живущих на данной территории пожилых родителей.

В отношении второй группы - «потенциальные мигранты», то по семейному положению респонденты представлены в следующем соотношении: 31% имеет семью, 24% разведены и 43% никогда не состояли в браке, 2 % респондентов – овдовели.

Среди доминирующих факторов, оказывающих влияние на решение переехать в другую местность или регион, респондентами были отмечены -отсутствие достойной работы, низкая заработная плата – 46,6%;

-отсутствие жилья – 33,1%;

-нет возможности для самореализации – 11% ;

-учеба в другом городе – 9,3% (рис.4).

9, 46, 33, нет работы нет жилья нет возможности для самореализации учеба в другом городе Рисунок 4. Детерминанты миграционных настроений респондентов (в процентах) При исследовании предпочтений потенциальных мигрантов в выборе региона или страны будущего проживания, выявлено, что 27% респондентов переехали бы в крупный город в Дальневосточном регионе, 35% указали на Европейскую часть России, из которых 24% переехали бы в крупный город, 9% - в малый и 2% - сельскую местность. Для 12% потенциальных мигрантов предпочтительнее проживать в Сибирском регионе России. Выбор также пал на крупные города региона - 10% и сельскую местность – 2%.В выборе страны проживания предпочтения были отданы США – 14% и 8% Европейским странам (Франция, Швеция, Венгрия и Италия). Затруднения в выборе места проживания возникли у 4% респондентов.

Отмечаются различия в выборе того или иного региона в зависимости от проживания в городской или сельской местности, а также от района. Так жители удаленных от центра районов области (Октябрьский и Ленинский районы) выказывают предпочтения остаться на территории области или Дальневосточного региона, но проживать в малом городе, когда жители Смидовичского, Биробиджанского и Облученского районов в большинстве предпочитают проживать в крупном городе Центральной части Российской Федерации.

Таким образом, проведенное социологическое исследование позволяет сделать следующие выводы о социально-пространственной локализации населения на современном этапе.

В данный период сохраняются уровни локализации, сформированные на этапе интенсивной локализации (индивидуальный, групповой, административно - территориальный, региональный), Основными объективными факторами, детерминирующими социально пространственную локализацию, выступают географическое положение территории области, дающее возможность сотрудничества со странами АТР;

наличие больших неиспользованных пространств и природных ресурсов, пригодных для промышленного и аграрного развития.

В отношении субъективных факторов, то в данный период наблюдается преобладание собственных интересов индивидов над государственными. Это проявляется в изменении социально психологических характеристик населения, выражавшемся в формировании новой потребительской ментальности, которая не наблюдалась в прошлом, а также в размывании понятия «малая родина», что приводит к миграционным настроениям. Но все же для населения остается важным иметь достойную работу, приличный заработок, жилье, а также существует потребность в творческой и профессиональной самореализации.

В Заключении сформулированы выводы, обобщены результаты проведенной работы и намечаются направления дальнейшего исследования темы.

Общий вывод заключается в том, что локализация населения в социальном пространстве является одновременно сложившейся картиной концентрации населения в поселенческих локусах разной плотности в определнных границах территорий и процессом присоединения индивидов, социальных групп, общностей к уже существующим локальным образованиям. Социально-пространственная локализация населения детерминирована первичными и вторичными, внешними и внутренними, объективными и субъективными факторами. Каждый из перечисленных факторов является доминирующим на том или ином этапе формирования поселенческих локусов.

Выявленные субъективные факторы, детерминирующие социально пространственную локализацию населения Еврейской автономной области отражают существующие на сегодняшний день социальные проблемы населения: социальную напряженность и маргинализацию в сфере трудоустройства, миграционные настроения, дифференцированность населения по уровню доходов, доступности к социально-экономическим и социально-культурным благам.

Основные положения и результаты диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

Кутовая С.В. Основания для типологии территориальной 1.

локализации населения Еврейской автономной области / С.В.

Кутовая // Известия высших учебных заведений. Социология.

Экономика. Политика. – 2009. – №1(20). – С. 33-35.

Кутовая С.В. Факторные влияния на территориальную 2.

локализацию населения российского Дальнего Востока / С.В.

Кутовая // Власть и управление на Востоке России. – 2009. – №2(47). – С. 185-191.

Кутовая С.В. Причины локализации населения в Приамурье в 3.

XIX-XX вв. / С.В. Кутовая // Научные проблемы гуманитарных исследований. – 2009. – Вып. 5 (2). – С. 55-62.

Кутовая С.В. Миграционные процессы в системе детерминант 4.

территориальной локализации населения Среднего Приамурья / С.В.

Кутовая // Иммигранты и этнические диаспоры в региональных политических процессах в Российской Федерации и в зарубежных странах: сб. докл. междун. науч.-практ. конф. – Екатеринбург:

«Экспресс-дизайн», 2007. – С. 105– 108.

Кутовая С.В. Основные причины процесса территориальной 5.

локализации населения в Приамурье / С.В. Кутовая // Современные проблемы регионального развития: мат-лы II междунар. науч. конф. – Биробиджан: ИКАРП ДВО РАН, 2008. – С. 195-196.

Кутовая С.В. Факторы территориальной локализации населения в 6.

Еврейской автономной области / С.В. Кутовая // Региональные проблемы. – 2008. - № 9. – С. 123-126.

Кутовая С.В. Основания для типологии локального распределения 7.

населения Еврейской автономной области / С.В. Кутовая // Региональные проблемы. – 2008. – №10. – С. 102-107.

Кутовая С.В. Причины территориальной локализации населения в ЕАО 8.

/ С.В. Кутовая // Экономика, управление, общество: история и современность: мат-лы шестой Всерос. науч.-практ. конф. молодых исследователей, аспирантов и соискателей. – Хабаровск: Изд-во ДВАГС, 2008. – Ч.1. – С. 319-323.

Кутовая С.В. Участие основных социальных групп в территориальной 9.

локализации населения Приамурья в XIX – XX вв. / С.В. Кутовая, В.Н.

Никитенко // Экономика, управление, общество: история и современность: мат-лы шестой Всерос. науч.-практ. конф. молодых исследователей, аспирантов и соискателей. – Хабаровск: Изд-во ДВАГС, 2008. – Ч.1. – С. 323-329.

Кутовая С.В. Изучение факторов территориальной локализации 10.

населения в Еврейской автономной области / С.В. Кутовая // Высшая школа – ресурс регионального развития: сб. мат-лов региональной межвуз. науч.-практ. конф. – Биробиджан: АмГУ БФ, 2008. – С. 30-33.

Кутовая С.В. Этапы российской колонизации Приамурской территории 11.

в XIX – XX вв. / С.В. Кутовая // Наука и образование: мат-лы VII междун. науч. конф. – Белово: ООО «Канцлер», 2008. – Ч.3. – С. 581 584.

Кутовая С.В. Демографические процессы в системе детерминант 12.

социально-пространственной локализации населения Еврейской автономной области / С.В. Кутовая // Региональные проблемы – 2009. – № 11. – С. 91-94.

Кутовая Светлана Владимировна Детерминанты социально-пространственной локализации населения (на примере Еврейской автономной области) Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата социологических наук Подписано в печать 21.07.10 Формат 60 84 1/16.

Бумага писчая. Гарнитура «Таймс». Печать цифровая. Усл. печ. л. 2.

Тираж 100 экз. Заказ Отпечатано: ООО «Эпиграф» 679000, г. Биробиджан, ул. Саперная, Т.: (42622) 6-63-

 

Похожие работы:





 
2013 www.netess.ru - «Бесплатная библиотека авторефератов кандидатских и докторских диссертаций»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.